Бюро заказных убийств - Лондон Джек

– Другом останетесь навсегда. – Холл слегка нахмурился. – Кстати, каковы ваши дальнейшие планы? Агенты бюро последовали за руководителем?

Шефа вопрос ничуть не огорчил.

– Последовали? Да наверняка уже прибыли и ждут, хотя скорее всего кого-нибудь одного оставили на континенте.

– Но каким же образом им удалось нас опередить?

– Очень просто: всего лишь поднявшись на палубу более быстроходного судна. Полагаю, в день нашего выхода в море трое из оставшихся в живых четырех агентов отправились в путь на «Восточной звезде». Тело Грея было обнаружено, и газеты, несомненно, поместили сообщения об этом. Таким образом, преследователи определили наш корабль, а соответственно, и вычислили порт назначения. Должно быть, они причалили вчера вечером. Несомненно, уже ждут, когда мы сойдем на берег.

– Но почему ты так уверен? – удивленно уточнила Груня.

– Потому что поставил себя на их место и представил, как поступил бы в данной ситуации. Нет, дорогая, я не могу ошибиться: точно знаю, что доблестные сотрудники бюро меня встретят.

Груня в страхе схватила отца за руку.

– Но что же делать?

– Не волнуйся, я не паду их жертвой, если тебя пугает именно это. А теперь, дети, слушайте внимательно: за несколько дней до выхода из порта Сан-Франциско я отправил почтовым судном письмо и забронировал вам номера в отеле «Королева Анна». Также в ваше постоянное распоряжение поступит автомобиль с шофером. Сам я не смогу к вам присоединиться, но как только устроюсь, тотчас дам знать.

– Заказали номера для нас обоих? – уточнил Холл. – Но ведь вы же не знали, что я тоже поеду!

Драгомилов широко улыбнулся.

– Всегда ставлю себя на место другого. На вашем месте я ни за что не отпустил бы от себя такую очаровательную девушку, как моя Груня. Поверьте, дорогой Холл: я ни на минуту не усомнился, что встречу вас на палубе.

Он снова повернулся к перилам. Легкие каноэ уже толпились возле борта, а одетые в одни лишь национальные «моло» мальчишки отважно ныряли за монетками, которые пассажиры бросали в прозрачную голубую воду. Белые здания набережной отражали яркий свет солнечного утра. Огромный лайнер остановился, а из порта к нему поспешил юркий катер с лоцманом и готовыми принять багаж носильщиками-китайцами.

«Восточный клипер» оповестил о своем пришествии гордым гудком, на который пассажиры ответили радостными криками. Катер подошел к пароходу, и на борт поднялись официальные лица в островерхих головных уборах и белых шортах, а вслед за ними по веревочной лестнице вскарабкались одетые в синюю униформу носильщики и, в унисон кивая соломенными шляпами, скрылись в лабиринте длинных коридоров.

Драгомилов снова взглянул на спутников и проговорил беззаботно:

– Если позволите, пойду закончу сборы.

Взмахнув рукой, он направился в каюту, а на капитанском мостике появился лоцман. Двигатели «Восточного клипера» снова ожили, набирая обороты, и пароход взял курс на причал.

– Нам тоже не мешало бы заняться багажом, – напомнил Холл.

– Ах, Уинтер, давай еще немного постоим! Здесь так хорошо! Смотри, как живописно из-за города появляются горы! А облака цепляются за вершины! – Груня вдруг умолкла и, с тревогой взглянув на него, сменила тему: – Что, по-твоему, собирается предпринять отец?

– Не стоит за него волноваться, дорогая: возможно, его агентов здесь нет, а если даже они действительно нас опередили, то вряд ли осмелятся напасть в такой плотной толпе. Пойдем.

Они спустились в каюты, а тем временем пароход подошел к пирсу. На причал полетели швартовы, там ловкие руки поймали канаты и надежно закрепили на прочных чугунных столбах. Местный оркестр заиграл знаменитую «Алоху». Со всех сторон послышались радостные возгласы: многих пассажиров встречали родственники и друзья. В воздух взметнулись пестрые косынки. Наконец спустился трап, и оркестр зазвучал громче.

Передав чемодан носильщику, Уинтер Холл вернулся на палубу, остановился возле перил, окинул внимательным взглядом поднятые лица и внезапно вздрогнул: прямо в глаза ему смотрел Старкингтон!

Глава чикагского отделения радостно улыбнулся и приветственно помахал. Холл продолжил осмотр встречающих и вскоре обнаружил еще одного знакомого: ближе к выходу на причале стоял Хановер. Не составило труда предположить, что другие стратегические позиции также не остались без контроля предусмотрительных агентов.

Матросы умело спустили трап и поставили перила. Прибывшие и встречающие начали хаотично двигаться кто вниз, кто вверх, обходя тяжело нагруженных, покачивавшихся под весом багажа носильщиков. Старкингтон оказался среди тех, кто поспешно поднимался на палубу, и Холл пошел ему навстречу.

Самопровозглашенный руководитель бюро любезно улыбнулся.

– Приятная неожиданность, Холл! Рад снова вас видеть. Как поживаете?

– Старкингтон! Вы не должны этого делать!

Глава чикагского филиала удивленно вскинул брови.

– Простите, что именно? Не должен держать данное слово? Не должен исполнять обещание? Не должен хранить верность присяге?

Улыбка по-прежнему играла на его губах, однако глаза пугающе серьезно смотрели поверх плеча собеседника, не пропуская ни единого ступавшего на трап пассажира.

– На этот раз, Холл, шефу не удастся увернуться. Луковиль прибыл на корабль на лоцманском катере и сейчас уже проверяет нижнюю палубу. Хановер контролирует выход с причала. Забившись в угол, Драго совершил непоправимую ошибку.

Холл в ярости заскрежетал зубами.

– Не допущу произвола. Если понадобится, обращусь к властям с просьбой о защите.

– Ни к кому вы не обратитесь, – заявил Старкингтон педантичным тоном, словно профессор, объясняющий непонятливому студенту очевидное правило. – Вы дали честное слово не делать этого как самому шефу, так и всем нам. Ни разу не обращались к властям прежде, не обратитесь и сейчас…

Он не договорил, так как его едва не сбил с ног нагруженный горой чемоданов носильщик-китаец и протяжно, певуче извинился. Рядом с широкой улыбкой на лице возник Луковиль.

– Холл! Что за приятная встреча! Как прошло путешествие? Получили удовольствие? – Он понизил голос: – Скажите, хороши ли были овощи? Предпочел бы отправиться в обратный путь на пароходе с более подходящей кухней. К сожалению, «Восточная звезда» не баловала пассажиров свежими овощами и фруктами. Мясо, мясо и еще раз мясо! Наверное, повара считали, что оказывают нам услугу …

Видимо, Луковиль понял, что Старкингтон ждет, потому что оставил любимую тему и повернулся к главе чикагского филиала.

– Драгомилов внизу. Абонировал каюту номер тридцать один. Разумеется, под другим именем. Чтобы воспрепятствовать побегу, я установил засов с внешней стороны двери. Правда, существует иллюминатор…

– Хановер надежно преграждает путь, – успокоил его Старкингтон и посмотрел на белого как мел Холла. – Может быть, сойдете на берег? Поверьте, все равно не сможете нам помешать.

– Останусь, – с отчаянной уверенностью возразил Холл и в тот же миг почувствовал знакомое прикосновение.

– Груня! Дорогая!

– Уинтер! – воскликнула девушка и обожгла Старкингтона гневным взглядом. – Что вы здесь делаете? Не посмеете навредить моему отцу!

– Мы только что обсуждали этот вопрос, – вежливо ответил тот. – Вам известна наша миссия, как известно и распоряжение отца. Предлагаю вам, мисс Константин, как можно скорее сойти на берег. Воспрепятствовать осуществлению наших планов все равно не удастся.

– Сойти на берег? – переспросила Груня и вдруг решительно вскинула голову. – Хорошо, я исполню ваше указание, но тотчас вернусь с полицией! Распоряжение отца меня не интересует; не позволю его убить! – Огненный взгляд метнулся к Холлу. – Ну что ты стоишь? Чего ждешь? Разве ты мужчина? Хуже этих маньяков! Они хотя бы верят в свою правоту, а ты понимаешь, что они преступники, но даже пальцем не шевельнешь!

Груня вырвала ладонь из руки жениха и, проталкиваясь сквозь постепенно редевшую толпу, бросилась к трапу. Старкингтон посмотрел ей вслед и глубокомысленно кивнул.