Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

class="p1">В небольшой и даже скромной для человека такого уровня комнате рядом с переговорной находился офис для приема посетителей. Мебель и убранство были дорогими, но демократичными — без вычурности и роскошеств. Борис Абрамович разговаривал по телефону на английском, а когда зашел Гриша, резко прервал беседу и замахал руками, приглашая подчиненного присесть на диван.

— Григорий! Меня твоя история натолкнула на одну мысль, — сразу по делу начал разговор Березовский. — Судя по всему, большие колебания на мировых валютных рынках продолжатся еще не один год. Заработать много на этом проблематично. По крайней мере, не с российскими капиталами. Но не поиметь на этом выгоды мы с тобой не вправе! В связи с этим у меня в голове родилась одна схемка. Я тебе ее сейчас расскажу, а ты меня поправишь, если я вдруг ошибаюсь. Согласен?

— Конечно! — стараясь выглядеть серьезным и взрослым, ответил Гриша. — Какая схема?

— Вот смотри. За неделю курс немецкой марки или английского фунта может меняться на несколько процентов, а то и больше, правильно?

— Да. Если брать разницу между экстремумами за неделю, то изменения могут достигать и десяти процентов.

— Вот! Мне кажется, что ты уже догадался… — предположил Борис Абрамович и хитро посмотрел в глаза Тополеву.

— Вы хотите по бумагам покупать валюту по минимумам, а продавать клиентам по максимуму, чтобы таким образом забирать их активы себе? — предположил Григорий.

— Не совсем… Хотя такой схематоз мне тоже нравится! Представь себе авиакомпанию Аэрофлот. У нее огромное количество представительств по всему миру. Там работает уйма народу, и всех их надо обеспечивать валютой. Нам как обслуживающему банку практически ежедневно приходится осуществлять такого рода транзакции, правильно?

— Да, я еженедельно отправляю в представительства по несколько миллионов долларов в эквиваленте других валют.

— Вот! А можем отправлять и ежедневно миллионы фунтов, марок, франков. Я предлагаю следующее… — Березовский хитро улыбнулся, взял чистый лист бумаги и принялся чертить квадратики и стрелочки. — Я открою инвестиционную компанию «Икс» в офшоре. Наш банк и Аэрофлот заключат с ней договор об обслуживании. Ты будешь продавать задним числом «Иксу» по минимальной цене за неделю, а клиенты будут покупать у «Икса» по максимальной цене. Таким образом вся прибыль станет оседать в каком-нибудь Белизе или на Каймановых островах без налогов. Как тебе схемка?

— Да, но при этом, если я не смогу угадать минимум недели и реально купить валюту, мой отдел и банк окажутся в минусах, причем может так случиться, что в больших! — поделился своей озабоченностью Гриша.

— Ну и что? Для меня разницы никакой нет! Я из одного своего кармана переложу деньги в другой, причем еще и заработаю на этом, не уплатив налоги.

— Для вас-то да, но для меня как сотрудника разница огромная! Я получаю бонус от прибыли, а вы меня этой схемой его лишите…

— Так ты учитывай эти сделки отдельно и в расчет своего финансового результата не бери. Скажешь всем, что я разрешил. Так пойдет?

— Так пойдет! Так выглядит элегантно. Мы сможем за счет этой схемы еще и сверхприбыль минимизировать, если таковая случится.

— Правильно мыслите, молодой человек! Ну что? Принимается?

— Да! Когда приступать? — улыбаясь, воодушевленно поинтересовался Тополев.

— Я думаю, недели через две-три приступим, — прикинув в голове возможные сроки и немного подумав, ответил Борис Абрамович. — Я тебя еще позову к себе для окончательного утверждения. Надеюсь, не надо объяснять, что наш разговор должен остаться тайной для всех. Не только для сотрудников банка, но и твоих близких родственников.

— Понимаю… — утвердительно кивнув и немедленно убрав улыбку с лица, ответил Гриша.

Вскоре объем сделок по Аэрофлоту, «Акрону» и «Дорогобужу» увеличился в разы. Непосредственный куратор дилинга и заместитель президента АвтоВАЗбанка-Москва Вадим Михайлович Чудинов никак не мог понять, почему при балансовых убытках вверенного ему подразделения дилеров не только не увольняют с работы, но и продолжают выплачивать им нехилые премиальные за якобы отличные результаты торгов. Он несколько раз заикался об этом на правлении, но каждый раз получал ответ от Березовского, что это не его дело, а в последний раз вообще услышал роковую для себя фразу «Не суй свой нос в те дела, в которых ты не соображаешь!», после которой был уволен.

Весной 1997 года Грише в банк неожиданно позвонила мама. До этого она практически никогда не беспокоила его в рабочее время, прекрасно понимая занятость сына. Голос у нее был озадаченный и слегка встревоженный. Задав дежурные вопросы о здоровье и делах, она попросила его как можно скорее приехать к ней в офис. На вопрос «Что случилось?» она ответила многозначительной паузой и интригующе пообещала рассказать подробности при встрече. Григорий обязался прибыть сразу же после работы.

В кабинете матери его дожидался друг семьи — полковник ФСБ Олег Сырников. Высокий, больше двух метров, он инстинктивно горбился, чтобы казаться не таким могучим на фоне низкорослых генералов его ведомства. За ним даже закрепилось прозвище «длинный». Он работал в управлении Т — безопасность на транспорте — и курировал в том числе Аэрофлот. Будучи настоящим патриотом своей страны, он не мог спокойно смотреть на то, как ее безбожно грабит Березовский. Так как у олигарха на самом верху его ведомства были приличные связи, Олегу приходилось вести свое расследование в тайне, не привлекая внимания. Он прекрасно знал, что сбор доказательной базы на Бориса Абрамовича может обернутся против него не только увольнением, но и потерей жизни. Взвесив все за и против, он решился обратиться за помощью к сыну лучшей подруги своей жены, понимая, что может подвергнуть риску как его, так и всех его родственников. Но тем не менее он позвонил Екатерине и попросил о встрече. По невероятному стечению обстоятельств Тополев оказался единственным источником информации в окружении Березовского и мог знать о возможных махинациях подозреваемого магната.

— Здравствуй, Григорий! — поздоровался Сырников.

— Добрый вечер, Олег Викторович! — удивленный присутствию друга семьи в офисе мамы, ответил Гриша.

— Не стану тратить наше с тобой время на пустые расспросы о здоровье и перейду сразу к делу. Не возражаешь?

— Я вас внимательно слушаю.

— Катя сказала, что ты работаешь в АвтоВАЗбанке и занимаешься обслуживанием валютных операций Аэрофлота. Это так?

— Не только Аэрофлота. На мне все денежные операции банка: как клиентские, так и собственные.

— Отлично. Тогда послушай меня, Гриш. Мне очень нужна твоя помощь! Я расследую преступную деятельность Березовского, и у меня не складывается пазл, как он выводит деньги заграницу. Может быть, ты сможешь мне подсветить недостающие фрагменты?

— Олег Викторович! Я обещал Борису Абрамовичу, что никто и никогда не узнает эту информацию. И я