«Птеродактиль над городом» - Дарья Романовна Герасимова

Даже Проглот, видя, что происходит что-то интересное, принёс резиновую косточку.

Кит не знал, что ему положить у входа. Он открыл рюкзак. Там была пара тетрадей, ручка, ключи от дома и маленькая лягушка. Кит достал золотую лягушку и посадил её рядом с остальными предметами.

Несколько минут ничего не происходило. А потом лягушка вдруг квакнула. Сначала негромко и неуверенно. Потом громче и громче.

— Ой, вы носите с собой главную дождевую лягушку?

Кит никогда не видел ни на чьём лице такого изумления, как у Жени с Верой.

— Как это главную? Просто ношу лягушку!

— Так та, которая сама запевает, всегда самая главная! Остальные только подхватывают, но никогда-никогда не поют первыми. У нас есть несколько. Но они всегда молчат.

— А зачем они?

— Дождь приманивать! — раздался тихий голос у них за спиной.

Кит не заметил, как к ним подъехала женщина в инвалидном кресле.

— Или дождь останавливать! Когда квакают все семь лягушек — начинается дождь! Когда молчат и прыгают — дождь заканчивается! Вы носите с собой главную лягушку и не знаете? — Ольга Кирилловна сильно удивилась.

Но ещё сильнее удивились все, кто стоял рядом с Китом.

— Мама!

— Мама!

Женщина продолжала смотреть на лягушку.

— У меня была в детстве похожая. Но ваша точно сильнее!

Из-под домика выглянула посылка, про которую все забыли, и уселась рядом с блюдечком, полным машинного масла.

Фёдор Гансович тут же схватил её и прижал к себе.

— Можно мне посмотреть лягушку поближе? — попросила Ольга Кирилловна.

Кит поднял лягушку и протянул её женщине.

— Я понимаю, что у вас очень редкая лягушка, — Фёдор Гансович зачем-то снял очки и посмотрел на Кита. — Но не могли бы вы хотя бы на несколько дней оставить её у нас? Понимаете, целый год мама ничего не говорила, ну, после аварии… И почти не ходит сама, хотя могла бы заниматься. И первое, что её заинтересовало за всё это время, — ваша лягушка. Мама как будто проснулась…

Они стояли у ворот. Начинало темнеть, и Киту надо было возвращаться на почту, возле которой он оставил свой велосипед.

— Хорошо… — неуверенно ответил он, — только это, в общем-то, не совсем моя лягушка. Я её нашёл…

— Естественно! — Беренголь даже не удивился. — Такую лягушку редко можно купить или украсть, они вечно теряются в магазинах, пропадают при перелётах и пересылке, если чувствуют, что могут попасть не туда. Если вы её нашли, значит, она точно ваша!

Кит не был уверен в этой логике. Но в то же время что-то внутри него подсказывало, что будет правильно оставить лягушку тому, кто понимает, зачем она нужна.

— Ну тогда да… Хорошо! Пусть пока побудет у вас!

Он положил лягушку на ладонь Фёдора Гансовича и пошёл по вечерней улице по направлению к почте.

Велосипед одиноко стоял у почтового отделения. Марат уже уехал. На улицах включили фонари. Но Кит подумал, что ему не хочется ехать на велосипеде через посёлок. Проще было добраться на электричке.

Когда стоял на станции, позвонила мама.

— Представляешь, я сейчас разговаривала с соседкой, оказывается, у нас несколько дач в посёлке ограбили!

— Так вроде бы каждую осень куда-то залезают, ты сама рассказывала…

— Да, но в этот раз всё не так. Раньше могли залезть в пустующие дачи, а сейчас в те, где кто-то живёт. И представляешь, так удачно подгадывают, когда хозяев нет дома или сломалась сигнализация…

Подошла электричка.

Кит завёл велосипед в вагон и тут же развернул его так, чтобы удобнее было выкатывать.

Проехать надо было всего одну станцию.

В вагоне почти никого не было. Только на сиденье неподалёку, спиной к Киту, дремали какие-то люди. Мама продолжала рассказывать про ограбленные дачи:

— И, говорят, не просто так собирают кастрюли или старые керосиновые лампы, как раньше было. Залезают именно туда, где есть что брать…

— А зачем лезть туда, где нечего брать? — с удивлением спросил Кит.

Один из людей обернулся и с интересом посмотрел на Кита.

Это был человек, похожий на цаплю!

Несколько секунд он рассматривал Кита, потом толкнул второго, встал с лавки и пошёл по направлению к Киту.

Электричка подъехала к станции. Двери открылись. Кит быстро выкатил велосипед, вскочил на него и поехал к выходу с платформы.

Человек, похожий на цаплю, успел выскочить через закрывающиеся двери и побежал за Китом.

— Эй, пацан, погоди, дело есть!

Второй, похожий на капибару, выйти не успел и, что-то крича и барабаня по стеклу, уехал дальше, к Фабричной.

Кит скатился с платформы и как ветер понёсся мимо новых лавочек и фонарей, по Первой линии, к парку.

«Лучше поеду прямо, а потом поверну пару раз и только потом — к себе». Он оглянулся. Человек-цапля несколько раз метнулся по платформе, то в сторону Кита, то в сторону уезжающей электрички, где остался его друг. Потом остановился у лестницы, достал из кармана мобильный и стал кому-то звонить.

Кит долетел до конца улицы, повернул направо, потом ещё раз направо. У калитки быстро достал ключ, огляделся. На улице никого не было. Он загнал велосипед во двор. Запер калитку и прислонился к воротам.

Сердце колотилось как сумасшедшее. Руки дрожали.

«Он услышал мою фразу и решил, что я тоже собираюсь куда-то залезть? Или вспомнил, что видел меня?» — Кит не мог решить, какая мысль его пугает больше.

Постепенно дыхание немного восстановилось. Кит загнал велосипед в сарай и пошёл домой.

Глава 5. 22 сентября, пятница

Утро началось плохо. На улице царил туман. Солнце с трудом пробивалось сквозь серое марево, и его неяркие лучи расходились во все стороны, как на детском рисунке. А Кит так надеялся, что будет хороший и ясный день!

Когда Кит вышел на кухню, мама мрачно пила кофе. Оказалось, что вчера вечером папе позвонил заказчик, которому надо было сделать что-то срочное. И папа всю ночь просидел перед компьютером, расставляя на страницах сайта красивые фотографии с видами далёкой северной страны.

Кит не знал, что сказать. Это было неожиданно. Папа всегда устраивал короткий отдых после того, как сдавал большую работу. Он или отказывался от новой работы, или говорил, что сможет взяться за неё только через неделю. И они все вместе выбирались в зоопарк, в театр или просто гуляли