Академия верховой езды. Тайна Чероки - Наима Циммерманн
Наступил понедельник. После обеда на уроке по вольтижировке месье Лински должен решить, что будет с Чероки. Ещё и эта заводчица приезжает из Италии, чтобы посмотреть на Чероки и, возможно, забрать его с собой…
Получив в пятницу сообщение от сеньоры Бьянки, девочки рассказали обо всём месье Девильду. Он связался с заводчицей на следующий же день и получил от неё фотографию украденного жеребёнка и описание его особой приметы: белого ромбика на задней поверхности правой задней ноги чуть повыше копыта.
Сомнений не оставалось. Это действительно был Чероки.
Месье Девильд предупредил Агнес, что сеньора Бьянка вполне может захотеть забрать Чероки. И к этому надо быть готовой. Это подтвердил и месье Лински. Грустно склонив голову в красной шляпе, он сказал, что повременит с решением о смене лошади до отъезда заводчицы.
Всё это совершенно не добавляло спокойствия Агнес, которая и так проревела все выходные. Девочка уже жалела о том, что начала копаться в прошлом Чероки. Надо было просто больше тренироваться и помогать ему справляться с травмой. Но теперь уже ничего не поделаешь. Заводчица вот-вот должна приехать.
В полдень Агнес выбежала из замка. На полпути к конюшне она встретила Полину.
– Заводчица уже приехала. Она сейчас у Чероки вместе с моим отцом.
Агнес чуть не разрыдалась, услышав слова подруги.
– Какая она?
– Вроде нормальная, – пожала плечами Полина. – Я её только мельком видела. Она о чём-то говорила с отцом на английском.
– Думаешь, мне надо с ней встретиться? – спросила Агнес.
– Она уезжает завтра вечером. Если ты хочешь с ней поговорить, лучше сделать это сейчас. Я, правда, не знаю, как это у тебя получится. С ней отец, по-французски она не говорит.
Полина была права. При одной только мысли о том, что надо умолять незнакомку оставить ей лошадь, Агнес охватывал ужас. А она ещё и английский не знает. Что же делать?
– Знаю! – внезапно воскликнула Агнес. – Нам нужна Марьяна!
– Сейчас она, наверное, в столовой. Как раз время обеда, – вспомнила Полина. – Но зачем она тебе?
– Увидишь! Бежим!
В столовой Марьяны не оказалось. Агнес быстро набрала себе еды и села за столик к Саше и Натали. Даже не притронувшись к обеду, она достала лист бумаги и начала что-то писать.
– Что ты делаешь? – удивилась Полина.
– Пишу письмо. Марьяна переведёт его на итальянский, и заводчица сможет прочитать.
– И как ты собираешься передать ей письмо? – спросила Полина.
Агнес умоляюще посмотрела на подругу.
– Она же сегодня ужинает у вас?
– Да, отец так сказал, – кивнула Полина. – Хочешь, чтобы я передала письмо?
– Если она ужинает у вас, тебе это сделать будет гораздо проще, чем Агнес, – согласился Саша. – Мы ведь даже не уверены, сможем ли сегодня познакомиться с ней, да и у всех занятия.
– Саша прав! – Агнес была безумно рада поддержке друга.
Вскоре к ребятам присоединилась и Марьяна. Она перевела письмо и написала на конверте: «Для сеньоры Бьянки».
– Так она сразу поймёт, что письмо предназначено именно ей, – пояснила Марьяна.
Полина убрала письмо в сумку.
– Похоже, мы сделали всё, что могли, – сказала она.
– Похоже, да, – пробормотала расстроенная Агнес.
Хотя на самом деле она так не думала. Должен же быть другой способ убедить заводчицу оставить им Чероки! Агнес просто обожает этого коня и делает для него всё возможное…
С другой стороны, если подумать, уже ноябрь, а им так и не удалось исполнить номер перед публикой. Может быть, Агнес действительно не стоит больше ездить верхом на Чероки…
После обеда Агнес переоделась и отправилась на занятия по конному кроссу, которые проводили для всех шестых классов.
Полина рассказала, что заводчица пробудет в Академии до следующего вечера, но Агнес не покидало ощущение, что сеньора Бьянка уже забрала Чероки и уехала домой. Однако, когда она с волнением подошла к деннику, она увидела, что Чероки всё ещё здесь и преспокойно жуёт сено. Сеньоры Бьянки нигде не было. Со вздохом облегчения Агнес приготовила коня к занятиям.
После класса они с ребятами собирались провести очередную тренировку. Агнес решила не сдаваться и использовать всё оставшееся время до отъезда Чероки, чтобы помочь ему.
На занятии всё, конечно, как обычно шло наперекосяк. Пока учитель был далеко, Чероки отлично проходил все препятствия. Но стоило преподавателю подойти ближе, конь начинал обходить барьеры, а не перепрыгивать через них. Под конец Чероки вообще решил брыкаться, прижал уши и стал закатывать глаза.
– Чероки, перестань! Ну пожалуйста! – умоляла его Агнес.
Пришлось крепко держаться за поводья, чтобы не свалиться. Едва сдерживая слёзы, она отвела лошадь в сторону и попыталась успокоить её.
– Смотри, сеньора Бьянка! – показала куда-то в сторону подъехавшая на Меркурии Полина. Агнес увидела женщину с длинной косой и в джинсах, которая как раз шла к выходу из манежа.
– Не может быть!
Агнес была в ужасе. Мало того что занятие прошло ужасно, так ещё и заводчица всё это видела! Теперь она наверняка не разрешит Агнес ездить на своей лошади…
И всё же сразу после урока ребята снова отправились на свою собственную тренировку по вольтижировке. В этот раз Марьяна осталась за пределами левады, а Полина встала рядом с Сашей, к которому Чероки уже вполне привык. Даже если конь и нервничал, виду он не подал и держался молодцом. Как бы Агнес хотелось, чтобы Чероки так же себя вёл на занятиях!
Вернув коня в денник, Агнес крепко обняла его. Её не оставляло ужасное предчувствие, что они видятся в последний раз. Агнес осталась с Чероки до самого ужина. Если бы было можно, она бы спала с ним в деннике, лишь бы не оставлять одного.
Вечером, уже лёжа в постели, Агнес получила СМС-ку от Полины:
Я передала письмо сеньоре Бьянке. Она сказала «граци», то есть «спасибо».
Думаю, она его прочитает. Доброй ночи!
Агнес поблагодарила подругу и потом ещё долго рассматривала фотографию Чероки, которую поставила себе на экран телефона. Что бы ни случилось, она никогда его не забудет! Наверняка и Чероки понимает, как много он значит для Агнес.
Глава 12
Граци, сеньора!
На утро, едва проснувшись, Агнес сразу же побежала в конюшню, чтобы повидать Чероки до начала занятий. Но его в деннике не оказалось!
Агнес так расстроилась, что едва притронулась к завтраку.
– Наверное,
