Страх и голод 4 - Константин Федотов

– Ты вот вроде до седых волос дожил, а сейчас рассуждаешь, как наивный пацан! Не всем помощь нужна, и далеко не все ее ценят! – ответил я.

– Человеком нужно всегда оставаться, если есть возможность, то помоги. Я же не дома сижу, самогон попивая, а тут с вами, потому как могу вам помочь, уяснил? – суровым тоном заявил он мне.

– Эх, жаль Степановна не дожила до нашей с тобой встречи, прям два сапога пара! Голос совести и разума, итить вашу мать! Спелись бы, да еще и поди поженились до кучи. – хохотнул я, отмахнувшись от летуна.

– Алина рассказывала про нее, говорит, хорошая баба была, тебя, уголовничка, крепко в узде держала. – рассмеялся в ответ летун.

– Не держала, но свое мнение у нее на любую ситуацию было. – согласился я. – Только где она теперь?

– Там, где она, вас нет, а могли бы вместе лежать или еще того хуже, рабами ходить. У вашего брата это не в чести, а у нас, у военных, не зря говорят: «Сам погибай, а товарища выручай».

– Знаешь, Гаврилыч, пьяным ты мне больше нравился. – честно признался я.

– Да и мне тоже пьяным больше быть нравилось, всего этого дерьма не видел. – рассмеялся он в ответ.

– Мы готовы! – раздался голос из динамиков.

– Принято, ждете команды. – ответил я в микрофон. – Алина, расчищаем путь и ведем транспорт за собой! Гена, Макс, следите в оба, стреляйте, если что, только гражданских не зацепите. – дал команду я, и мы приступили к выполнению спасательной операции.

Набрав скорость, мы раскидали сотни зомби в стороны, размазывая их по асфальту, тем самым позволили створкам ангара распахнуться, и оттуда, словно пробки из бутылки, выскочили два гражданских автобуса. Затем мы встали в колонну, первым ехал я, за мной автобусы, а прикрывали нас Алина и Гена, что стоял за пулеметом.

– Ехать куда? – спросил я у летуна.

– А мне откуда знать? – возмутился он.

– Эй, Димка, куда едем? – спросил я у парня.

– Понятия не имею, но туда, где нет зомби! – ответил он.

– Отлично! Можно подумать, я знаю, где это место! – негодуя, ответил я.

– Поехали дальше по трассе, обратно возвращаться все равно смысла нет! – предложил Гена.

– И то правда. – согласился с ним я. – А ты, Гаврилыч, пока думай, где новую птичку достать!

* * *

Веки уже словно свинцом налились, то и дело хотят упасть вниз часиков так на восемь, а в глаза словно песка насыпали. Дорога была крайне тяжелой и требовала максимальной концентрации.

На улице ни с того ни с сего ударил проливной дождь и поднялся шквалистый ветер. Узкие дороги были забиты ходячими мертвецами и брошенным транспортом. Летун корпел над картой и искал альтернативные маршруты, но куда бы мы ни сунулись, все кишило зомби. В сумерках при сильном дожде нам даже мощное дополнительное освещение толком не помогало, так как дороги просто не было видно из-за огромного количества мертвецов.

В какой-то момент их количество все же пошло на спад, и дорога постепенно стала куда более простой и спокойной. Димка связался с нами по рации и сообщил о том, что топливо в автобусах уже на исходе и надо бы найти место для остановки, что опять начало давить на меня. Я же не бесчувственный сухарь, и если на взрослых мне плевать, но в транспорте же есть дети, и в какой-то мере я чувствовал за них ответственность.

Проехав еще пару десятков километров, мы увидели в стороне пустое железнодорожное депо, около которого не было ни единого состава. Было решено разведать это место, и, оставив колонну на дороге, я повел грузовик в него. Перебравшись через железнодорожное полотно, я подъехал к цеху и осветил его фарами.

– Берегись! – закричал во всю глотку Гаврилыч и, схватив меня одной рукой за ворот кителя, а второй Макса за ногу, потащил вниз прямо из его пулеметного гнезда.

– Тише ты, это свои! – успокоил я летуна, заметив розовый кончик челки на голове парня, что стоял за утесом и целился прямо в нас.

– Здорово, малой! – приоткрыв дверь, поприветствовал я старого знакомого.

– Ля, Михалыч! Здрасти! – расплылся в улыбке тот и помахал мне рукой.

– Все сюда! Тут чисто, точнее почти, здесь, оказывается, Ил расквартировался. – произнес я в рацию.

– Кто? – уточнил Димка.

– Наш товарищ. – ответила за меня Алина.

Загнав машину в ангар, я был приятно удивлен следующему моменту: рядом с Илом ко мне шел здоровенный серый пес, с виду очень напоминающий волка, и весьма симпатичная девушка.

– А ты, я смотрю, времени зря не теряешь. – улыбнулся я и пожал парню руку.

– Да уж. – махнул он в сторону девушки. – Это Туз, мой шерстяной братишка, а это Герда, моя… – завис он на полуслове. – Короче, та еще коза. – улыбнувшись, добавил он и переключился на Макса.

– Здорово, братан. – поприветствовал его Макс.

– Привет-привет, а ты, я смотрю, все так же среди пенсионеров путешествуешь. Смотри так, раньше времени деменцию подхватишь, седеть начнешь, стручок завянет. – начал подначивать он паренька.

– Слышь, стручок! За языком следи, а то я тебе его укорочу. – рассвирепел Гаврилыч.

– Чего?! – тут же вспылил за секунду Ил. – Слышь, пенсия, я тебе сейчас абонемент на кладбище выпишу! – закричал Ил.

– Ах ты, маленький гаденыш! – возразил ему Летун.

– Маленького ты у себя в штанах увидишь! – парировал Ил и положил руку на приклад пистолета.

– А ну все, ша! – фыркнул я, приведя парочку в чувства, видя то, что наши знакомые въезжают в здание.

* * *

Изначально я, мягко говоря, был не в восторге от идеи помогать кому-то, и особенно в очередной раз вписываться в чье-то спасение. Но когда двери автобуса распахнулись и из него стали выходить люди, мое сердце больно кольнуло в груди. До взрослых, как всегда, мне было все равно, каждый сам волен выбирать свой путь, но дети, они ни