Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова

- Мой, мальчик, ты произнёс это с таким апломбом, как будто работает твоя ненаглядная Лора.

- Никаких «как будто», - хмуро сказал Эрик. – Работает. Только не знает об этом. Конли пристроил её в собственную семейную фирму. Втихаря. Время от времени она посещает с отцом званые обеды среди деловых людей. Он специально делает так, чтобы Лора иногда возвращалась в его дом – типа отдохнуть и пожить бесплатно, что в их с мужем финансовом положении весьма приветствуется. И он звонит своей дочери в тот момент, когда чуть позже ожидается или назначается какая-нибудь крупная коммерческая сделка. Звонит и говорит, что соскучился. И не надо ухмыляться. Он не подкладывает её под кого-либо. Он просто появляется с нею – это так порядочно, по-семейному: «Господин Конли с дочерью!» Она просто высиживает рядом с ним вечер до конца, а потом он кладёт на её счёт проценты от готовой сделки. Я бы сам не поверил, если б не видел его документы с финансовой отчётностью, где Лора вписана в качестве сотрудника пиар-отдела.

- Заинтриговал, - промурлыкал Логан. – И в чём связь: удачная сделка – Лора на вечере бизнесменов?

- Не знаю. Но связь есть. Как-то Конли проговорился, что его дочь обладает немалым обаянием.

- Финансисты и обаяние хорошенькой мордашки? Ты меня околдовал своей Лорой. Хочу её увидеть – и немедленно.

- Как только придёт в себя, - поправил Эрик.

- Ладно, пока её обаяние не доказано – всё это романтика. – Старый Логан с удовольствием принюхался к прозрачной жидкости в монументальном стакане, поднесённом им к самому носу, хрящеватому, оттого и хищному. – Почему у меня впечатление, что ты забыл ещё кое-что рассказать?

- Её муж существует только на деньги отца Лоры. Семья Эмиля давно и напрочь отказалась финансировать его, хотя она богата и в их среде это принято.

- То есть железный Конли содержит не только дочь, но и её мужа? – задумчиво переспросил Логан.

Эрик оглянулся на него исподлобья.

Логан поднял бровь, чувствуя, что сказано ещё не всё.

- Нет, это Лора содержит своего мужа на те деньги, которые поступают на их общий семейный счёт со счетов фирмы её отца. Причём, чтобы запутать, откуда именно они, поступления идут с разных счетов, поэтому Эмиль уверен, что и он на содержании своих родителей. Если Лора узнает об этом, она не будет разводится с Эмилем, потому что иначе ему не на что будет существовать.

- Хм… Сделки, совершаемые при помощи Лоры, приносят такой доход, что Конли может позволить себе содержать молодую пару? Интересно… Итак, суммируем. Первое препятствие на твоём пути к девочке – это её отец. Второе – муж, которого она не оставит в случае, если узнает о его плачевном финансовом положении. Первое решаемо, если ты перестанешь быть ослом. Второе – подвисает. Этот наш муж – что он умеет?

- Образование – экономическая статистика. Баллы неплохие. Но диплому жить – полгода. Далее он недействительный. Из того, что Эмиль действительно умеет, – это жить полной жизнью на балах. Малый, честно говоря, неисправимый донжуан.

- Лора знает?

- Знает. У них отношения не супружеские, - ответил Эрик и тут же раздражённо замкнулся: старый Логан опять сумел, непрерывно задавая вопросы по нарастающей и почти не давая подумать, вытянуть из него всё.

- Хм. Любопытная фигура – этот ваш Эмиль. Я давно приглядывался к таким мотылькам, порхающим на балах, в какой области их можно было бы использовать.

- Логан, не вмешивайся. Ты и так слишком многое узнал.

- Опыт, мой мальчик, - ощерился старик, с хищной теплотой поглядывая на остатки виски в своём стакане. – Всего лишь опыт, мой милый. А теперь, детки, дайте старому деду посидеть и подумать, как расколоть эту задачку его одряхлевшими мозгами, а то без пищи уму мозги вот-вот напрочь скукожатся. Идите, детки мои, идите.

Эрик и Ингрид переглянулись, подняв брови: ну что с этим въедливым типом сделаешь? Ингрид было открыла рот, но Эрик торопливо закачал головой, благо старик стоял – отвернувшись, и кивнул на дверь. Оба, жутко недовольные, вышли.

Старый Логан, снисходительно наблюдавший последнюю сцену в одном из зеркал, затрясся от подступившего саркастического смеха, и затем допил виски. Мелюзга… Думают, и правда без него смогут справиться… Он поставил стакан на стол с вирт-экраном, после чего зашёл в космосеть и набрал «Светские хроники». Задачка-то для него и впрямь любопытная нарисовалась.

… Темно. И эта темнота странная, как будто в ней отсутствует понятие твердыни. Нет низа и верха. Нет боковых сторон. Только неопределённое пространство, в котором тонешь. И свет появляется неуверенно. Лучше бы его не было. Ведь с его появлением начинают появляться те, из-за одного вида которых становится плохо. Плоские лица, будто с раздавленными сверху глазами и узким длинным ртом, надвинулись, быстро смещаясь: то одно заглядывало с холодным любопытством палача, то другое выезжало из-за плеча первого и постепенно заменяло его в этом странном оглядывании; потом появился длинный коридор, запруженный лежащими телами – в крови, беспорядочно раскинув руки; а среди них – сидящие на корточках фигуры, которые разглядывают на своих ладонях кучки тускло блестящих камешков… И исхудалое лицо Эмиля, который равнодушно смотрит в потолок, потому что знает: он никому не нужен – и готов умереть из-за этого… И хочется плакать от ужаса, но нельзя. Лучше зажмуриться, чтобы образы, наплывающие толпой, перестали быть такими многочисленными и угрожающими. Лучше пусть полыхнут искры на чёрном под закрытыми веками, только бы забыть о том, что заставляет быть в напряжении…

Порывом ветра, бушующего среди холодного ливня, мотылька швырнуло, намертво влепило в оконное стекло. Куда пропал тот блистательный мир светлых, просторных бальных залов, где мотылёк недавно порхал легко и безмятежно? Холодно, до внутреннего леденящего мороза…

Снова и снова с закрытыми глазами Лора вглядывалась в тёмный поток страшных видений и чувствовала, что замерзает – чем дальше, тем сильней. И уже не помогает старание сильней скорчиться, чтобы ощутить собственное тепло… На кого опереться в новой жизни, которая началась с того момента, когда Эмиль открыл дверь и его чуть