Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

В Турине это именовали не иначе как «мечта Аньелли», а во всём остальном европейском футболе — как «трансфер Сергеева», и термин этот следующие пятнадцать лет означал не конкретное событие, а единицу измерения. Любую крупную сделку сравнивали с ним.

Прощание с «Камп Ноу» Сергеев попросил сделать благотворительным событием. Барселона против сборной мира. Четыре-четыре, несколько миллионов долларов в фонд мира и выведенный из обращения номер сразу после финального свистка.

Что интересно, в итоге продажа Сергеева хоть и помогла Нуньесу тактически, но стратегически в итоге его утопила. Сосьос не простили такого предательства, тем более что проблемы Хосе были известны хорошо. Так что уже в девяносто пятом году город выкупил у него «Камп Ноу» обратно, а потом он был уволен из клуба.

Ну а Сергеев в итоге стал для Каталонии главным капитаном и спортсменом в её футбольной истории. Именно он затем стабильно возглавлял все и всяческие списки самых достойных, а имя Слава ещё долго оставалось очень популярным в Барселоне и её окрестностях.

Эпилог 2

Турин ждал Сергеева восемь лет. Ровно столько прошло с момента, когда Джанни Аньелли в первый раз попытался купить молодого торпедовца у советской федерации. Восемь лет это была не просто несостоявшаяся сделка, а самый большой позор Джанни. Еще бы. Он не только упустил тогда Сергеева, но и фактически оказал спонсорскую помощь советскому автопрому на десятки, а потом выяинилось что и на сотни миллионов долларов.

Настоящая незаживающая у Аньелли, известная в Турине каждой собаке. И когда летом 1994-го Нуньес позвонил в Турин сам, и сделка наконец состоялась, в городе случилось то, что в туринской прессе следующих месяцев будут называть короткой формулой: «гештальт Аньелли закрыт».

Сергеев прилетел в Турин шестнадцатого августа, через четыре недели после московского финала. В аэропорту Казелле его встречал лично Аньелли. Семидесятитрёхлетнего президента «Ювентуса» в кадре фотографы поймали в тот момент, когда он обнимал Сергеева одной рукой за плечи на трапе, и фотография эта неделю стояла на первой полосе «Туттоспорт». От аэропорта до центра Турина дорога заняла больше трёх часов: вдоль трассы стояли люди в чёрно-белых шарфах, на въезде в город пробка из машин с флагами и сигналами растянулась на пять километров. На площади Сан-Карло, где «Ювентус» по традиции представлял новые приобретения, собралось около сорока тысяч человек. Сергеев вышел на балкон с Аньелли и тренером Марчелло Липпи, поднял над головой чёрно-белую футболку с десяткой, и площадь пела «O capitano» не сорок минут, как пишут одни источники, а час пятнадцать, как уточнили потом репортёры РАИ-3 по своим хронометражам.

Дома в районе Колл-делла-Маддалена, на холмах над городом, ждали Катя с детьми, прилетевшие неделей раньше. Шестилетнего Сашу осенью записали в детскую школу «Ювентуса» на «Стадио Комунале», и по утрам за ним заезжала машина из клубного парка, та же, что возила в школу двух внучек Аньелли. Четырёхлетняя Маша оставалась дома с матерью. С Джанни Аньелли у Сергеева отношения сложились не «со временем» и не «отеческими в каком-то условном смысле». Они стали отеческими с первого дня, потому что Аньелли в Сергееве с самого начала видел не футболиста, которого он купил, а парня, которого восемь лет назад у него увели, а теперь наконец вернули. Это была не клубная связь, а личная. Знаменитые субботние обеды у Аньелли в Виллар-Пероза, на которые приглашали полтора десятка близких, Сергеев с семьёй посещал с осени 1994-го регулярно, и Маша научилась говорить «buongiorno, Avvocato» одновременно с «доброе утро, бабушка».

Сезон 1994/95 начался без раскачки. Марчелло Липпи поставил Сергеева на позицию рядом с молодыми Дель Пьеро и Виалли, и команда, два года ходившая по чемпионату вторым номером, к весне выиграла его уверенно. С 1994/95 по 1998/99 «Ювентус» Липпи и Сергеева взял четыре чемпионата Италии за пять сезонов. В 1996 году в Риме взял Кубок УЕФА. И в мае 1997-го в Мюнхене на «Олимпиаштадионе» вышел в финал Лиги чемпионов против «Аякса» Ван Галла.

Тот «Аякс» был последней золотой амстердамской командой в истории. Литманен, Овермарс, Клюйверт, братья де Бур, Зеедорф, Райцигер. Голландская школа от Круиффа через Ван Галла, в её полной зрелости, на следующем после Сергеева витке. Финал начался ударом Литманена на двенадцатой минуте, и почти весь первый тайм «Аякс» катал свой «тотальный» футбол по немецкому газону, а «Ювентус» бегал за мячом. Перед перерывом Сергеев со штрафного с двадцати восьми метров вколотил в верхний угол левый. Один-один. Во втором тайме Зидан, проведший рядом с Сергеевым к этому моменту девять месяцев и уже игравший вторым голосом, отдал на правый фланг под рывок Дель Пьеро, и Дель Пьеро не промахнулся. Два-один. В концовке матча Овермарс однажды попал в перекладину, и больше у голландцев ничего не получилось.

Это была единственная Лига чемпионов «Ювентуса» того десятилетия и вторая большая европейская победа Сергеева как игрока, после последнего барселонского кубка В Европе.

К весне 1998-го, когда первая туринская волна давно спала и началась рабочая жизнь, Сергеев получил то, что в Турине называют тишиной чемпиона. Это не равнодушие, а признание. «Ла Стампа» в обзоре сезона напечатала формулу, которая в Турине считается классической: «Capitano è uno, e lo sappiamo». Капитан один, и мы это знаем.

Зинедин Зидан, перешедший в «Ювентус» из Бордо летом девяносто шестого, провёл рядом с Сергеевым три сезона. Об их совместной игре потом много говорилось, но самое точное наблюдение принадлежит Дель Пьеро. На банкете в Турине весной две тысячи десятого года, когда оба, и Зидан, и Сергеев, приехали на юбилей семьи Аньелли, Дель Пьеро поднял бокал и сказал по-итальянски такую вещь.

— Я играл рядом с двумя великими. Только один понимал футбол лучше всех кого я знаю, а второй был футболом.

* * *

В начале июня 1999-го к Сергееву в туринский особняк прилетел Гари Линекер. Линекер к этому моменту был генеральным директором «Ньюкасла» уже два года. После окончания игровой карьеры он не стал тренером, если подумать это логично, где Гарри, а где тренерская работа, а ушёл в клубный менеджмент, и владелец «Ньюкасла» сэр Джон Холл взял его в проект восстановления клуба.

Проект был серьёзный: главным тренером с осени 1999-го должен был стать сэр Бобби Робсон.Ну а капитанил у сорок Алан Ширер, к этому моменту тридцати лет, лучший бомбардир Премьер-лиги двух лет подряд к тому же еще и наведший шороху на последнем Евро.

Линекер за обедом на террасе был красноречив:

— Слава, у