Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

Однако, когда мы уже подошли к дому, дед твёрдо сказал:

— Я знаю, что с тобой случилось.

— И что же? — напрягся я.

— После удара головой в тебе наши родовые способности проснулись. А я уж думал, что запретное заклинание заблокировало ваши с Настей способности, но ошибся, — он расплылся в улыбке. — Быть может, когда-нибудь император смилостивится и снимет с нас заклинание, а ты станешь таким же искусным аптекарем, как твой отец.

— Всё может быть, — кивнул я и с облегчением выдохнул.

Как хорошо, что он сам всё объяснил, и мне не пришлось ничего придумывать.

— Переоденься и дай матери руку перебинтовать, а я в подвал. Потом позавтракаем и в лавку, — сказал дед, когда мы вернулись к дому.

— В подвал? А что там? — заинтересовался я.

— Как что? Сушилка. Боярышник высушу, а варенье из жимолости в лавке сварим. С пылу с жару покупатели охотнее берут.

— Я с тобой в подвал, — с готовностью сказал я.

— Ладно, как хочешь. Но сначала руку перебинтуем. Не хватало ещё, чтобы зараза какая-нибудь прицепилась.

Мы зашли на кухню, где Лида готовила завтрак.

— Сашенька, что случилось? — ахнула она, когда увидела разодранную руку и рубашку в крови.

— Не о чем волноваться. Просто на волка нарвались, — махнул я здоровой рукой.

— На волка⁈ — мать закатила глаза и побледнела. Не хватало ещё, чтобы она здесь без сознания свалилась. Одни сердечники кругом.

— Лида, перестань! — прикрикнул на неё дед. — Тащи вату, бинты и спирт.

Мать, охая, куда-то убежала, но уже вскоре вернулась с коробкой бинтов и белоснежной ватой. Вдвоём они обработали края раны раствором под названием «спирт» и обмотали бинтами. Хм, а этот спирт довольно неплохо пахнет. Запах похож на хмельное крепкое вино из перебродивших плодов, которым частенько увлекались алхимики в нашем мире и простолюдины.

Если говорить обо мне, я предпочитал сухое красное вино. Благо его мне постоянно присылали благодарные покупатели моих зелий. Я даже в башне небольшой винный подвал сделал. Так что скажу без ложной скромности, в вине я знаю толк.

Чуть позже мы с дедом перебрали боярышник от сора и спустились в подвал. Вместо пыльного помещения, покрытого паутиной и мышиным помётом, я попал в отделанную белой плиткой комнату с ярким освещением, исходящим от трех больших светильников.

— О! Да здесь же целая лаборатория! — не смог сдержать восторга, рассматривая аккуратные ряды мензурок, колб, пробирок.

Они стояли на полках, прибитых к стенам подвала. Кроме этого, я увидел горелки, ступки, весы, градусники, различные приборы и механизмы.

— Шурик, ты всё шутишь, — дед поставил ведро с ягодами на большой стол и включил прибор с решеткой наверху. — Ты же с отцом здесь чуть ли не ночевал. Хотел стать таким, как он, да не вышло.

Старик тяжело вздохнул, будто о чём-то вспомнил, но тут же спохватился и занялся ягодами. Он высыпал их на решетку и открыл небольшое окно под потолком.

— К вечеру будет готово. Надо только Лиде сказать, чтобы периодически перемешивала ягоды, — проговорил дед и посмотрел на свои наручные часы. — Через полчаса лавку уже надо открывать. Пойдём завтракать.

Он двинулся к лестнице, и мне ничего не оставалось, кроме как пойти следом. Хотя я очень хотел остаться и всё внимательно рассмотреть. Ведь я, по большей части, использовал свою ману для создания зелий и эликсиров, и никакой дополнительной техники и аппаратуры в прошлой жизни не имел. Но ничего, придёт время, и всё изучу.

Завтрак состоял из молочной каши и гренок. Довольно неплохо и сытно. Правда, я обычно заказывал у Урюка выпаренные яйца змей и тушеных моллюсков. Ну да, недешево, ведь их специально привозили для меня. Не сказать, чтобы эти блюда мне сильно нравились, но зато каким-то непостижимым образом быстро восполняли потраченную за ночь ману. А по ночам я работал довольно часто, ведь для создания некоторых эликсиров требовался лунный свет — он активировал нужные мне элементы.

— Сашка, что с рукой? — спросила Настя, как только села за стол. Она была одета в строгое коричневое платье с эмблемой гимназии на груди и с белым ажурным воротником.

— Поранился, — решил не вдаваться в подробности. Рубашку я переодел, а бинты надёжно скрывали рваную рану.

— Ты уж поосторожнее. С тобой каждый день что-то происходит, — она озадаченно посмотрела на меня.

— Хорошо, буду осторожнее, — улыбнулся я.

Волнуется, сестрёнка. Вообще, из воспоминаний Шурика я знал, что они были довольно близки и всегда поддерживали друг друга. Правда, Настя частенько задирала нос, так как считала себя умнее старшего брата. Возможно, когда-то так и было, но не сейчас.

Лида пообещала, что присмотрит за ягодами, а мы с дедом и сестрой вышли на улицу. Настя тут же встретила подружек и поспешила в гимназию, а мы со стариком направились к лавке.

— Ты гляди-ка, кто-то уже ждёт, — сказал дед и кивнул в сторону лавки, возле которой стоял мужчина. — У кого-то закончился чай, а какой завтрак без ароматного напитка? Вот почему важно не опаздывать.

Он нравоучительно поднял палец.

— Кажется мне, не ради чая он пришёл, — вполголоса проговорил я.

— Почему это?

— А ты на лицо его посмотри.

Мужчина выглядел озабоченным и в нетерпении переминался с ноги на ногу. Старик прищурился и пожал плечами.

— Лицо, как лицо.

Как только мы подошли к лавке, мужчина поспешил навстречу.

— Доброе утро, — поздоровался дед, открывая лавку. — Вам чай с чабрецом или с цедрой лимона? Есть также свежий каркадэ. А зелёный чай с жасмином…

— Простите, но я здесь для другого, — прошептал он и оглянулся, не слышит ли кто.

— А зачем? — насторожился дед.

— Мне друзья сказали, что у вас здесь не только чаи есть, но и кое-что получше, — он многозначительно посмотрел на старика, а затем перевёл взгляд на меня.

— Ничего не понимаю. Говорите толком, что вам надо, — деду явно не нравились недомолвки этого хорошо одетого господина. Судя по всему, наш гость при деньгах.

— Дело в том, что Михаилу стало намного лучше после отвара вашего внука. Он даже в лечебницу сходил провериться. Там сказали, что сердце абсолютно здорово.

— Рад за него. Но мы ничего такого