Темный феникс. Возрожденный. Том 6 - Фёдор Бойков

— Ну тогда это меняет дело, — немного воодушевился Грох. — Но я всё равно не понимаю… а ладно. В общем, как я вижу, благодаря нашей крови вот этот артефакт позволяет любому тёмному перемещаться через изнанку.

Он указал на довольно изящную цепочку с металлическим кругом без драгоценных камней. На тёмном металле было выгравировано изображение крыла теневого ворона. Что самое интересное, этот кулон не обязательно было привязывать.

Любой тёмный, кто его наденет, сможет беспрепятственно перемещаться по изнанке. Единственное, я не знал, до какого уровня. Защита от энергии изнанки стояла очень мощная, но погружаться дальше третьего-четвёртого слоя я бы не рекомендовал никому.

Вторым украшением оказался мужской перстень. Эта печатка с ровной площадкой, украшенной таким же изображением крыла теневого ворона, так же, как и кулон, не имела драгоценных камней, но зато нуждалась в привязке к хозяину. И вот она, на мой взгляд, была даже интереснее предыдущего украшения.

После привязки этот артефакт мог окружать владельца подобием моего пламени. Активация была автоматической и срабатывала в ответ на атаку любым видом энергии — от света и тьмы до стихийной и некротической. Защитный купол мог не только защищать, но и перерабатывать всю направленную энергию, усиливая владельца.

Потрясающая вещица. Она заменяла моё пламя и мой купол, почти полностью их копируя. Я поглощал и перерабатывал энергию монстров, а потом и энергию узлов и некромансеров, тратя собственные силы и испытывая боль. Артефакт позволял делать это почти незаметно для владельца.

Но было и условие — кольцо работало только если у тёмного, надевшего и привязавшего его к себе, был подходящий дар, позволяющий впитывать чужеродную энергию.

— К себе привяжешь? — поинтересовался Грох, внимательно рассмотрев оба артефакта.

— Нет, конечно, — я мотнул головой. — Зачем мне то, что у меня и так уже есть? Подумаю, может Юлиане или Виктории передам. У них как раз подходящий дар, который можно усилить этими артефактами.

— Если так рассуждать, то у твоей невесты именно с поглощением лучше дела обстоят, — рассудительно заметил Грох. — Она по части энергии сильнее. А сестре бы больше подошло что-то, усиливающее её возможность находить слабые места.

— Таких артефактов мы точно не найдём, — задумчиво протянул я. В словах Гроха было зерно истины, но мне нужно хорошенько подумать, прежде чем передавать такой ценный артефакт кому-либо. — Даже в моём мире я их видел всего пару раз. И то они работали по принципу усиления взора тьмы, который у Виктории только начал формироваться.

— Откуда знаешь? — с интересом спросил кутхар.

— Иначе она бы не смогла видеть уязвимые места барьеров, энергетические следы и стихии одарённых, — объяснил я. — У неё может быть другая разновидность, но суть одна. Это как с Эдвардом Рейнеке — у него тоже есть взор, но сильно урезанный. Максимум, на что он способен, это видеть отголоски чужой силы и распознать присутствие одарённых поблизости.

Я убрал оба артефакта в карман и потянулся, разминая мышцы. Кристаллы света и тьмы я решил оставить в сокровищнице, а вот остальные артефакты отдал Гроху. Ничего особенного в них не было, а он заслужил свои трофеи.

После я вернулся в свои апартаменты и ещё долго лежал без сна. Проверять артефакты на себе было бессмысленно — у меня уже есть собственные умения, так что оценить полезность я не смогу. Вариантов у меня не много — либо Александр Рейнеке, либо Леонид Орлов.

Решив, что займусь этим завтра, я наконец уснул, прижав к себе Юлиану. Проснувшись, я ощутил прилив сил, какой бывает после хорошего отдыха. Я спустился на завтрак и сразу же отметил три пустых стула, где раньше сидели бабушка, Феликс и Эдвард.

— Доброе утро, — поприветствовал я всех и сел на своё место. — Сегодня после завтрака у нас по плану тренировка. Леонид, твои способности я ещё не успел оценить. Расскажи, чем ты можешь удивить в бою?

— В основном я сражаюсь при помощи своих артефактов, но и магией могу ударить неслабо, — Орлов растянул губы в скупой улыбке. — Я архимаг, так что резерв источника у меня соответсвенный.

— Вот и славно, поможешь мне в одном деле, — сказал я и принялся за еду.

Сначала я хотел протестировать кулон на Александре, но он нужен для тренировки дара прекрасной половины нашей группы. Ни на ком из девушек проводить испытания артефакта работы древних мастеров я точно не собирался, а Леонид как раз специализируется на артефактах, так что будет даже полезнее Александра.

Борис бросал на меня странные взгляды, пока мы завтракали. Кажется, он хотел что-то рассказать или наоборот спросить. Едва он доел, как сразу же выскочил из столовой, но из дома не вышел, а спрятался в тени на втором этаже у моих апартаментов.

Я закончил завтракать и последовал за ним.

— Слушаю тебя, — сказал я, остановившись рядом с тем местом, где паутина показывала брата.

— У Вики день рождения послезавтра, — тихо сказал он. — Если хочешь её порадовать, то предложи испытать свои силы в очаге или вроде того. А то она считает, будто ты её специально отстраняешь.

— Интересное заявление, — я нахмурился. — Когда бы я успел её отстранить, если сам мотаюсь по империи и очагам?

— В общем, я тебе сказал, а дальше сам решай, — прошептал он и рванул через тень к полигону.

Я переместился на изнанку и тут же наткнулся на Тарана. В этот раз он не пытался давить на жалость или подлизываться, вместо этого просто смотрел грустными глазами и выдыхал чёрный дым.

— Скоро отправимся в путешествие, — пообещал я ему, подумав над словами брата. — Там у нас в монгольских степях есть слабенький очаг, в котором, судя по карте дедули, на третьем слое изнанки прячется один из якорей. Заодно Викторию с днём рождения поздравим, если амулет пройдёт испытания.

— Это хорошо, — Таранище снова выдохнул дым из ноздрей. — Мне скучно и совсем нет движения.

— Скоро мы это исправим, — я покачал головой. — Я бы с радостью сунулся прямо сейчас в центр сибирского очага, но надо подготовиться. У нас осталось тринадцать якорей, которые нужно уничтожить до битвы с Вестником.

— Зачем? — Таран с интересом склонил голову набок.

— Затем, что к этим якорям привязаны гнёзда некромансеров, — я всё же выпустил когти и почесал ему