Конец игры… - Вячеслав Киселев

предстоящего «спектакля» синхронно оказались на сцене, что само по себе выглядело совершенно невероятным, учитывая огромные расстояния, преодолённые этими «лицами» по морю и суше. Теперь от меня требовалось срежиссировать предстоящее действо таким образом, чтобы по его окончании оказаться со своими людьми на VIP-местах «в ложе», а не в «оркестровой яме» в виде двухсотых.

А вот с этим уже намечались первые проблемы, поскольку никто не соизволил проинформировать меня о прибытии в Стирлинг короля с подкреплением. Конечно, возможно я слишком строг к Георгу и его генералам, которые не работают в моём режиме. То есть, не придают серьезного значения своевременному обмену информацией и организации взаимодействия, или просто считают, что я и так в курсе происходящего. А возможно и нет. Теперь ведь сила на стороне короля, он больше не зависит от меня и, наверняка, решит взять руководство операцией в свои руки. Или, что более вероятно, в руки своих генералов – Джона Уэста и Джона Кэмпбелла.

Но, как говорится – не больно то и хотелось. Я всегда работаю «от себя», на «чужого дядю» надежд не возлагаю и держу в уме возможность предательства. Поэтому особых переживаний у меня, конечно же, не возникло – завтрашняя война маневр подскажет, а я свой план уже предварительно накидал и ночью приступлю к его реализации. А ещё я сам послал в город гонца с письмом, в котором пригласил Георга с его полководцами к восьми утра в замок – на военный совет.

***

Одиннадцатое марта, замок Стирлинг

– Доброе утро господа, хотя ничего доброго оно нам не предвещает, – без раскачки и политесов начал я совещание, сразу пригласив всех (Георга, Уэста, Кэмпбелла, Грейга и Вейсмана) к столу с картой города и окрестностей, – противник собрал свои силы в кулак и вскоре будет готов приступить к действиям. У них подавляющее численное превосходство и есть артиллерия, поэтому город нам не удержать, и я вижу наш единственный шанс на победу в том, чтобы перехватить инициативу, заставив их вступить в бой немедленно – без разведки и прочей подготовки!

– Ты предлагаешь вывести три тысячи ополченцев без артиллерии в поле и завязать открытое сражение против четырехкратно превосходящих сил. Это больше похоже на самоубийство, чем на план сражения, Иван! – с пренебрежительной ухмылкой на губах прокомментировал мои слова король.

– Нет Георг, я не предлагаю выводить ополченцев в поле, пусть сидят в городе и не путаются под ногами, справимся без них, – ответил я ему с аналогичным выражением на лице и перевел взгляд на Уэста, – граф, что вы можете сказать об армии противника, прибывшей со стороны Эдинбурга?

– Там вся конная гвардия: «Синие» и «Королевские драгуны», ещё 3-й драгунский полк, и три пехотных полка: 34-й Камберлендский, 38-й Стаффордширский и 4-й Ланкастерский, с ними генерал-майор Конвей, я хорошо разглядел его фигуру во главе колонны «Синих». Уверен, что именно он командует армией парламента сэр!

– Гвардия – это же замечательно, – довольно улыбнулся я, – могу предположить, что ваши лейб-гвардейцы станут отличным раздражителем для «Синих» и лично генерала Конвея, не так ли граф?

– Несомненно сэр!

– В таком случае, слушайте план сражения господа, – ткнул я остриём стилета, использованного мной в качестве указки, в перекресток дорог у замка, – вот сюда мы поставим лейб-гвардейский полк, а сами расположимся неподалёку, на пригорке, чтобы нас было хорошо видно из лагеря противника. Я, его королевское величество, барон фон Вейсман, вы граф, и вы герцог – мы послужим отличной приманкой. Не заметить нас будет невозможно и я уверен, что генерал Конвей не захочет упустить свой шанс – одним ударом уничтожить короля и его лейб-гвардейцев, поэтому ему придётся задействовать в атаке только кавалерию, чтобы не упустить такую добычу!

Вопросов или возражений пока не последовало, и я продолжил в полной тишине, водя стилетом по карте:

– Между нашими позициями протекает небольшой ручей, преодолеть который в галопе, не свернув себе шею, можно только при невероятной удаче – там по колено грязи. Поэтому я и говорил о необходимости немедленного начала сражения, пока они не провели детальную разведку местности и не подготовили достаточное количество проходов, но о самом наличии ручья Конвей, несомненно, знает, поэтому дальше возможны несколько вариантов. Возможно, атака сразу пойдёт вдоль дороги, возможно, кто-то попробует перескочить ручей, нас устраивают оба. Поскольку, в любом случае, основная масса кавалерии сможет продолжить атаку только по дороге, и только колонной. Тут то мы их и встретим!

– Но у нас нет артиллерии сэр, а одним полком нам всё равно с ними не справиться! – высказался Джон Уэст.

– Конечно граф, – согласно покачал я головой, – для этого у меня приготовлен сюрприз. Мы времени даром не теряли и заложили у моста через ручей мощный заряд, который будет приведен в действие, как только половина кавалерии Конвея окажется на нашем берегу, остальное довершат лейб-гвардейцы!

– Как же ваши люди смогут поджечь заряд сэр, если на мосту и рядом окажутся люди Конвея? – с сомнением на лице, поинтересовался Джон Кэмпбелл.

– Это мой небольшой секрет герцог, – развёл я руками, – могу только сказать, что вот здесь, в двух сотнях ярдов от пригорка встанут несколько повозок с десятком моих людей, они всё и организуют!

– А дальше, – снова взял слово Георг, – если мы разобьём кавалерию Конвея, что ты предлагаешь делать дальше?

– Не если, а когда. С гвардейцами Конвея мы обязательно справимся, а затем, когда они лишатся командования, кавалерии и боевого духа, у тебя появится прекрасный шанс убедить английскую пехоту вновь исполнять данную тебе присягу, а наёмники всегда держат «нос по ветру», поэтому с ними договориться будет несложно, вопрос лишь в количестве фунтов. Решайся Георг!

Король ненадолго задумался, нервно крутя губами, а затем украдкой взглянул на Джона Кэмпбелла, который едва заметно кивнул ему в ответ, а затем с довольной ухмылкой на лице повернулся в мою сторону. Я, естественно, сделал вид, что ничего не понял и ответил шотландцу вполне дружелюбно…

К десяти часам утра мы заняли свои позиции согласно моему плану. При этом, Джон Кэмпбелл дополнительно притащил с собой на пригорок троих подручных, весьма похожих на него типажом, словно имеющих с ним какую-то степень родства. Такие же подозрительные и, одновременно, высокомерные взгляды, неплохое сложение, и суровые, словно рубленные из камня черты лица, только с поправкой на молодость. Я на них «официального» внимания, естественно, не обращал – не царское это дело, за «холопами» глядеть, но «зарубку» себе в уме сделал. И группе Висбю, которая страховала нас с Вейсманом с тыла, условный сигнал «Особое внимание», конечно же,