Земля зомби. Два локтя по карте - Мак Шторм

Я мало понимал в расчете взрывной силы, для которой использовался тротиловый эквивалент. Но увидев ТТХ этой махины, без труда осознал, что прилети она на наш рынок и от него останется большая воронка, с ужасающими разрушениями вокруг неё.

Музей военный мощи впечатлял своими экспонатами и располагал побродить ещё, в тени зеленых аллей, под веселое щебетание птиц, но нам необходимо было показать берсерка местным докторам и посетить рынок. Поэтому экскурсию пришлось прервать.

Покидая музей-парк, я думал о том, что воевать с Рязанью при нынешнем раскладе сил, могут либо дураки, либо самоубийцы, что в моих глазах было практически одно и тоже.

Вернувшись в машину, мы нашли на карте госпиталь и проложив до него маршрут, выехали с пустынной парковки.

Дорога до госпиталя была скучной. Все те же дома, превращённые в крепости. Спешащие по своим делам люди в гражданской одеже. Редкие встречные машины и двойки военных патрулей.

Военный госпиталь располагался на первомайском проспекте, практически в географическом центре города, если судить по выданной нам карте. Это было длинное, старинное четырёхэтажное здание желтого цвета, нижний этаж которого практически скрывался под землей. Если бы не видимые верхние части заложенных кирпичами окон, то легко было ошибиться в этажности здания и решить, что оно трёхэтажное.

Массивные въездные ворота серого цвета, были обложены бетонными блоками. Которые препятствовали тарану ворот, автотехнике на большой скорости. Чтобы добраться до ворот приходилось медленно ехать, всё время виляя по лабиринту из блоков.

Солдаты с красными повязками на рукавах, подали нам знак остановиться. Артём, повинуясь их приказу заглушил двигатель.

Двое рядовых грамотно встали по бокам от автомобиля, готовые в любой момент открыть огонь из автоматов. Третий с сержантскими лычками, подошел к Артёму и сухо произнёс:

— Гражданским въезд на территорию госпиталя запрещен!

— А как нам быть, если у нас ганеные?

— Парковка с другой сторону госпиталя, а дальше в порядке живой очереди. И предупрежу сразу, на бесплатную медицину можете не рассчитывать, она только для военных или участников боевых действий. А вы, как я вижу, вообще из другого города.

— Спасибо за инфогмацию.

Поблагодарил Артём сержанта и принялся медленно сдавать задом, пятясь по лабиринту из бетонных блоков.

— Вот гад заставил нас корячиться, мог бы и сразу сказать, что нельзя сюда въезжать!

Тихо проговорил Кузьмич, опасаясь, чтобы его не услышал сержант. На что Артём усмехнулся и нарочно громко ответил:

— Скажи спасибо, что нас не заставили дышать в алкотестегы, ты бы точно тест на тгезвость не пгошел и уже закованный в нагучники, напгавлялся сидеть и думать над своим поведением в кагцер.

— Тише ты дурак картавый!

Испугано прошептал Кузьмич, опасаясь, что его и правда арестуют, за обнаруженный в крови алкоголь.

Чтобы не терять время, в госпиталь отправили тех, кому необходимо было его посетить. Я не испытывал ни капли сомнения по поводу того, что Яна с Татьяной, смогут уговорить или коррумпировать необходимого для берсерка специалиста, не хуже меня. А может даже и лучше, если специалист будет мужского пола, тогда в ход пойдёт их женское оружие- красивые глазки.

Поэтому выгрузив нашу делегацию каличей на гостевой парковки госпиталя, мы отправились на рынок. Нам перестояло убить двух зайцев, прикупить необходимое снаряжение с боеприпасами и собрать местные сплетни и слухи, о взаимоотношения Рязани и Москвы.

Прикинув по карте маршрут, мы поехали к местному рынку, точнее к двум рынкам, поскольку в Рязани рынки как-то странно разделили на два отдельных, военный и гражданский. Хорошо хоть они находились в одном месте, рядом друг с другом, а не в разных концах города.

Город был непривычно чистый и ухоженный. Не смотря на всё ещё заметные следы сражений и дома превращенные в крепости. Даже преобладание военных патрулей и автомобилей с черными номерами, не портило этот ощущение, даже скорее наоборот внушало некое чувство безопасности и защищенности.

Тем более военные спешили куда-то по своим делам, а неспешно прогуливающиеся двойки патрулей, на моих глазах не разу не к кому из прохожих не подошли. Видимо палочная система, пережившая советский союз и его наследницу Россию, наконец-то умерла вместе с цивилизацией. И начальство больше не требовало от своих подчиненных хватать всех подряд, лишь бы выполнить необходимый план, по составлению протоколов о правонарушениях.

Звезд на оба рынка был общий и так же, как и другие критически важные объекты города, был огорожен бетонными блоками. Блоки делили автомобили на два поток въезжающие и выезжающие. Медленно проползающие по рукотворному лабиринту из искусственных преград автомобили, лениво провожали взглядами солдаты, вооруженные автоматами.

На обочине застыл хищный силуэт БТРа. Сейчас темно-зеленая смертоносная машина спала, заглушив двигатель и миролюбиво задрав ствол своего пулемета к небу вверх. Но в случае тревоги, она могла за считанные секунды проснуться, громко рыкнув двигателем и выпустив в небо облако черной гари. Встать промеж бетонных блоков, полностью перегораживая дорогу и беря её под контроль своего крупнокалиберного пулемёта.

Не только я успел всё это разглядеть и оценить, Артем, крутя руль газели, кидал заинтересованные взгляды по сторонам и после того, как мы миновали блокпост на выезде в торговую зону, произнёс:

— С безопасностью у местных всё на высшем уговне! Если что ни будь учудить на гынке, то пегекгоют догогу когобочкой и хген выскочишь.

Я согласно кивнул и произнёс:

— Да тараном такую махину нам с места не сдвинуть. Тем более до неё ещё надо успеть добраться по лабиринту из бетонных блоков, под огнём пулемета, который смотрит на броню нашей машины как на говно.

— Поэтому лучше ничего не чудить!

Философски произнёс Виктор, показательно уставившись на Кузьмича.

Страдающий от похмелья, престарелый балагур, не смог долго выдержать столь явный камень в свой огород. Он вызывающи уставившись своим взглядом прямо в глаза Виктора, возмущенно затараторил в ответ:

— Слышь ты коммунистическая мумия! Не доводи меня до греха, я и так ели сдерживаюсь, чтобы не похмелиться, а ты сидишь тут подливаешь и масло в огонь.

— У нас в отряде всего два человека любят выкидывать такие сюрпризы, после которых все остальные ещё долго ободряться и «воздают хвалу» этим замечательным людям, стоит ли говорить, что ты один из них?

Абсолютно спокойно и невозмутимо ответил Виктор, не отрывая престольного взгляда от сверкающих бешенством глаз Кузьмича.

Услышав такие обвинения в свой адрес, Кузьмич в очередной раз продемонстрировал свой вспыльчивый характер и заведясь с вполоборота спросил громким, подрагивающим от возмущения голосом:

— Тебе