Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

Вот только взгляд ее устремился не на кузена, а на Нелидова. Впрочем, Стрельцов, кажется, этого не заметил. Когда он подносил к губам кружку с чаем, веки его тяжело опустились, и на миг мне показалось, что он отключится прямо сейчас, с недопитым чаем в руке.

— Я просто исполнял свой долг.

— Какой же ты скучный! Нет чтобы сказать что-то вроде «Я не мог поступить иначе, когда опасность угрожала милой барышне!»

Я испугалась, что сейчас милой барышне действительно начнет угрожать опасность — куда там медведю! — но Стрельцов лишь сказал:

— Мы не в романе. К счастью. И я поговорю с тетушкой, чтобы повнимательней следила за твоим чтением.

— Ябеда!

Стрельцов проигнорировал выпад, и графиня переключилась на Нелидова.

— А вы, Сергей Семенович? Вы ведь тоже не стояли просто так.

Скулы управляющего порозовели.

— Боюсь, я только все испортил.

— Так не могло быть! Вы наверняка действовали храбро и решительно!

Чашка в ее руке неосторожно накренилась, так что чай едва не пролился на платье. Нелидов, не то польщенный, не то обескураженный настойчивым вниманием графини, явно старательно подбирал слова.

— На самом деле я попытался отпугнуть его шаровой молни… — Он осекся под предостерегающим взглядом генеральши. Было ли дело в упоминании шаровой молнии или в Вареньке? — Но только разозлил.

— Ах, ваша стихия молния! Это такой редкий дар, я рада, что вы его развиваете! Современные молодые люди так часто не уделяют достаточно внимания магии, считая, будто она не способна соперничать с техническим прогрессом.

Марья Алексеевна, сидевшая рядом со мной, тихо фыркнула и наклонилась к моему уху:

— Бедный мальчик. Еще немного, и она потребует от него продемонстрировать все известные ему заклинания. А наш исправник вот-вот лицом в чашку упадет.

— Надо спасать обоих, — хихикнула я.

Марья Алексеевна постучала ложечкой о блюдце. Стрельцов вскинулся, будто просыпаясь, и тут же снова прикрыл глаза — впрочем, спина его оставалась безупречно прямой.

— Поздний час! — заявила Марья Алексеевна. — Варенька, дорогая, мужчины устали, и нам всем нужно хоть немного поспать. Завтра, все героические подробности завтра.

— Но… — попыталась возразить графиня, однако я поднялась, не дослушав, зная, что вслед за мной, хозяйкой, подскочат и мужчины.

— Марья Алексеевна совершенно права. Всем нам необходим отдых.

Нелидов благодарно посмотрел на меня, явно радуясь возможности избежать дальнейших расспросов и восторгов.

— Да, конечно. — Голос Стрельцова прозвучал твердо, но при виде его осунувшегося лица с ввалившимися глазами мне захотелось завернуть его в одеяло и отвести в постель.

Пока я ошалело пыталась осознать это странное желание, Нелидов спросил:

— Проводить вас, Кирилл Аркадьевич? Магическое истощение…

— Не в первый и не в последний раз, — отрезал тот. — С вашего позволения.

Я нырнула в кровать, но, едва начала проваливаться в сон, по щеке пробежал сквозняк. Что опять?

— Глаша, ты спишь?

Не дожидаясь моего ответа, Варенька продолжила:

— Послушай! Напрасно жизнь в деревне казалась мне скучной! Сегодня ночью мне довелось услышать о примере подлинного героизма, какой не встретишь и в самых захватывающих романах…

Я накрыла голову подушкой. Полкан, свернувшийся у меня в ногах, заворчал. Вареньку это не смутило.

— Под светом полной луны, серебрившей луг, разыгралась настоящая драма. Представь огромного медведя — не того дрессированного бедолагу, что танцует на ярмарках, а дикого лесного исполина! — и двух благородных мужчин, ставших между зверем и беззащитной барышней. Ах, если бы ты могла видеть, как луна серебрила их фигуры, ты бы не смогла оторвать от них глаз! Два истинных героя, и никаких рыцарских доспехов — только отвага и благородство души…

Не выдержав, я запустила в нее подушкой.

— Если ты сейчас же не уснешь, я нажалуюсь на тебя кузену.

Полкан подтверждающе гавкнул.

— Как тяжела жизнь истинного творца! — Графиня подхватила подушку и прижала ее к груди, запрокинув голову жестом поэтессы. — Вдохновение терзает днем и ночью, не давая покоя, а окружающие, закоснев в повседневных заботах… — Она бросила в меня пуховый снаряд. — … подушками кидаются.

Полкан опять гавкнул.

— Вот! Даже пес гонит меня прочь, неспособный ни оценить мой талант, ни проявить сочувствие… — Однако в ее голосе уже слышался едва сдерживаемый смех.

Не дожидаясь, пока я снова рявкну, Варя тихонько притворила двери, но я успела услышать:

— Катенька умрет от зависти!

Когда я проснулась, понять, сколько времени, оказалось невозможно: шторы по-прежнему плотно закрывали окно. Я прислушалась. Дом был тих, но это само по себе ничего не значило: вчера (или сегодня) все легли поздно.

Приоткрылась дверь, я подняла голову. Стеша. Девушка поклонилась. Протараторила, будто школьница вызубренный стишок:

— Его сиятельство граф Стрельцов просили передать, что если вы уже встали, то он будет рад разделить с вами утренний кофий в столовой.

Я улыбнулась ее интонации и тут же подскочила. Кофе! Полцарства за кофе!

— Передай его сиятельству мою искреннюю благодарность. Я буду через четверть часа.

Привести себя в порядок получилось даже быстрее. Все же есть своя прелесть в восемнадцати годах. В своем настоящем возрасте после такой ночки я бы шарахнулась от зеркала, испугавшись отражения. А сейчас мое состояние выдавали только легкая бледность и синева под глазами, хотя самой мне казалось, будто вместо головы у меня тяжелый и пустой чугунок. Вся надежда на кофе.

Стрельцов улыбнулся мне, когда я вошла в столовую, и я не удержалась от ответной улыбки, будто и не было ночной ссоры. На чайном столике горела спиртовка, над которой стояла медная джезва. В воздухе висел густой аромат кофе.

— Где вы раздобыли такое сокровище? — не удержалась я.

— Привез из Скалистого края.

— Я о кофе.

— Гришин привез из Больших Комаров вместе с моими вещами.

— Похоже, ему цены нет, вашему Гришину. — Я жестом предложила ему сесть, сама опускаясь за стол.

— Совершенно верно. К сожалению, его жалование по общему штату присутственных мест не так велико, как он заслуживает.

— Еще и бескорыстен? — не поверила я.

— Я предпочел не проверять, а просто платить столько, сколько он заслуживает, по моему мнению.

— Умно. Получается, он предан лично вам?

— Гришин — честный человек, верный слуга государыни, каким и полагается быть на его должности.

— Простите, я не хотела обидеть