Земля зомби. Справедливость торжествует - Мак Шторм

— Что разумного в этом решении, если результатом войны стала гибель многих наших братьев?

— Начиная войну, именно этот результат и ожидали занимающие первую ступень. Слишком много братьев её хотело и не слушало их доводы против войны, поэтому, чтобы избежать бунтарских настроений, они сделали изящный ход, отправив на войну, с которой им уже не суждено будет вернуться, тех, чей разум затаили личные низменные желания. Тем самым очистив наши ряды от людей, разлагающих дисциплину и не искренне верующих.

— А если бы мы одержали победу над непосвящёнными?

— Тогда кто бы посмел их обвинить в блестяще спланированной битве и победой над непосвящёнными?

Артём снова показал мне знаком, что нужно брать заложника и рвать когти, а не лежать в кустах и греть уши. Как бы мне не хотелось послушать продолжение этого разговора, я согласно кивнул, понимая, что он прав. Пока есть возможность, нужно действовать.

План захвата был предельно прост. Более старшего сектанта решено было застрелить, а молодого пленить. Ни я, ни Артём не разбирались в их званиях, или, как они говорят, ступенях Великой Пирамиды. Может, возрастной сектант стоял на более высшей ступени, чем его сын, но он был слишком умён и фанатично предан своему делу, поэтому лучше взять более глупого и молодого. Его запугать будет легче, а знает он, судя по разговору, не меньше своего отца, просто хуже обрабатывает информацию и делает выводы.

Я приготовился к забегу, как только прозвучат выстрелы Артёма. От подскочившего адреналина бешено застучало сердце и начали предательски дрожать пальцы рук. Я начинал всё сильнее любить это чувство: когда ты погружаешься в коктейль из страха и куража, а кровь начинает кипеть, пробуждая скрытые резервы организма.

Рядом со мной раздался тихий металлический лязг затвора, который быстро повторился два раза. Дождавшись, пока оба сектанта начнут падать на землю, а Артём прекратит стрелять, я распрямился, словно сжатая пружина, и, подскочив с земли, побежал к подстреленным сектантам.

С разбегу ударив тяжелым ботинком по челюсти молодого, я отправил его в глубокий нокаут, но немного не успел, чтобы сработать чисто: пока я бежал к нему он, получив ранение в бедро чуть выше колена, упал и успел коротко вскрикнуть от боли, прежде чем я вырубил его сильным ударом ноги в лицо.

Его короткий вскрик не остался незамеченным, голоса сектантов, находившихся в церкви, замолкли. Мельком взглянув на убитого сектанта, я увидел у него два пулевых отверстия и неподвижные широко раскрытые от удивления глаза, в которых отражалось небо. «Допрыгался, ганд…н престарелый? Твой владыка тебя уже заждался у раскалённого котла.» — злобно подумал я, поднимая и взваливая себе на плечо тяжелое тело молодого сектанта.

Артём стоял и прикрывал меня, направив ствол своего автомата на двери церкви. Я бежал с бессознательным раненым сектантом на плече и думал, что пора бросать курить, дыхалка стала слабой, пробежал всего ничего, а уже весь запыхался. А ещё потом нужно у кого-нибудь умного спросить, почему человек, находясь в отключке, становится тяжелее, что за парадокс такой.

Сзади послышалось негромкое металлическое лязганье затвора и звуки колотящих по деревянной двери пуль. Через секунду Артём, больше не опасаясь быть обнаруженным, проорал:

— Давай быстгее, нас сгисовали, бежишь, как еба…я черепаха!

Мне стало обидно, потому что я бежал как только мог, на пределе своих возможностей. Но отвечать ему я не стал, чтобы напрасно силы не тратить. Зато совсем не вовремя в памяти всплыл старый анекдот про черепаху:

«Собрались звери в лесу, на праздник, чтобы выпить.

Сели за большой стол и стали думать, кого за водкой послать.

Кинули жребий. Выпало черепахе. Ждут её звери целый час.

Нет её. Ждут 3 часа. Всё ещё нет. Тут уж они её недобрыми словами

вспоминать начали: «Где, мол, эта черепаха, чёрт бы ее побрал!».

Ждут дальше. Наступил вечер, уже стемнело. Нет черепахи.

Тут все звери вконец рассердились: «Ну, черепаха, пи…ец тебе!!!».

Черепаха из-под стола: «А будете пи…деть — вообще никуда не пойду!».»

Интересно, что потом стало после этих слов с черепахой? Наверное, нифига, спряталась в свой панцирь и обломала всем пьянку. А вот если я сейчас скажу подобное Артёму и никуда не пойду, нас сектанты быстро пустят на ремни.

Собрав все силы в кулак, я старался бежать как можно быстрее, даже не оборачиваясь назад, твердо уверенный, что Артём прикрывает мою спину. А если ему не повезло, и я остался без прикрытия, то недолго мне бегать. Одному против вооружённой толпы не справиться, хоть я и прокачал свой скилл стрельбы за последнее время, бессмертным терминатором это меня не сделало.

Позади меня раздались громкие выстрелы, это означало, что сектанты опомнились и вступили в схватку. Теперь вся надежда на Артёма, надеюсь, он сможет их задержать и выиграть мне небольшую фору.

С каждым шагом тащить пленного становилось всё тяжелее, нахрена я его вырубал? Надо было просто дать пару раз прикладом в зубы и бежал бы сам впереди меня, спасаясь от новых зуботычин. Но что сделано, то сделано, тем более с ранением в бедро много не побегаешь.

Видимо, удача имеет определённый лимит и за сегодняшний день я его уже исчерпал. Выбежав на набережную, я обнаружил у себя на пути мертвеца. Он брел между брошенных на дороге машин на звуки выстрелов, двигаясь в мою сторону.

Увидев меня, зомби радостно оскалился и, впившись в меня взглядом своих кровавых глаз, начал идти ко мне. Вот этого мне сейчас только не хватало для полного счастья. Бессознательный пленник располагался на поём плече так, что дотянуться до автомата не представлялось возможным. Мой косяк, не подумал, что могу нарваться на мертвецов, все мысли были о том, как удобнее тащить бессознательное тело сектанта.

Чтобы избежать встречи с красноглазым монстром, немного пришлось поиграть с ним, встав около машины и дождаться, пока он начнет идти вдоль неё, чтобы обежать его с другой стороны автомобиля. Мертвец явно не ожидал от меня такой подлости, поэтому замер на несколько мгновений и, развернувшись, продолжил преследование.

Под тяжестью своей ноши я передвигался не быстрее зомбака, поэтому он неотрывно преследовал меня, ковыляя в трех метрах позади. У меня не было сил, чтобы разорвать дистанцию между нами, но она хотя бы не сокращалась, и на том спасибо.

Из узкого проулка справа на дорогу передо мной неспеша вышли ещё два мертвеца, омрачая мою преждевременную радость. Как назло, именно на этом участке дорога