Реванш отвергнутой герцогини драконов - Марина Павельева

Ну, там видно будет, что.

Поэтому юридические тонкости Катя свалит на юриста, а сама займется брендом овощной лавки. Клянчить деньги у мужа на свое содержание хорошо, но даже при положительном его ответе этих смехотворных сумм не хватит на безбедное существование, только на прокорм. Да и просить Катя не привыкла. Не тот характер. К тому же заниматься чем-то надо. Великолепный артер, художник, не может сидеть сложа руки. Скучно же.

А вообще, если честно, хотелось утереть Клименту нос и доказать, когда бизнес раскрутится и начнет приносить доход, что Катрин Бристенсен вполне самостоятельная женщина, способная прожить без мужа-изменника.

Катрин.

Конечно, Катрин.

Ведь Катя теперь она и есть. Поэтому – вперед!

Покорять неприступные крепости!

- Сегодня тоже в платье цвета фуксии пойдешь? – спросила ее Ниртак, увидевшая, как отражение свесило с кровати ноги и снова потянулось. – Оно тебе идет. Очень. Сама, небось, почувствовала, как все мужики, кто тебя видел, слюни пускали. Карилидиса бы…

- О, нет, - помотала Катя головой, отрицая. – Этого барана я соблазнять уж точно не буду. С ним нужен только деловой разговор. Поэтому вчерашняя одежда не подойдет. И он меня в ней видел, - подошла к шкафу с вещами Катрин и открыла обе створки, чтобы посмотреть, что там есть из приличного. – Я читала в какой-то книжке, давным-давно, что успешные женщины не должны ходить в одном и том же два дня подряд. Хм-м… - нахмурилась, потому что выбрать было нечего.

- Там старье, которое отчим покупал, жмот несусветный. Ни кружев на воротничках, ни пышных юбок. Даже корсеты не везде.

- Вижу, - Катя перебирала вешалки с унылыми платьями.

- Тогда может позавчерашнее, бирюзовое? Всё-таки не два дня подряд, - Ниртак в шкаф лезть не захотела, прекрасно зная, что там, и лишь наблюдала за подружкой, усевшись на стул перед зеркалом и сложив руки, как прилежная ученица.

- Не, бирюзовое не пойдет. Оно, понятно, неплохое, но для серьезного надо построже. Оно для мужа больше, чтоб красотой радовать, - Катя подумала, что бедняжка Катрин наверняка старалась для Климента, добавила, - если муж любимый. И любящий. Тогда радовать приятно. А я сейчас к соседу. Поэтому нужно что-то коричневое, фиолетовое или темно-серое, но не черное, - пригляделась к паре платьев, под эту категорию подходящих.

Вытащила одно, цветом темного гречишного меда, который ела в детстве у дяди на пасеке, повесила вешалку на открытую створку шкафа, стала рассматривать пошив.

Квадратный вырез окантован белой тесьмой. В принципе симпатично, но хорошо бы вместо тесьмы белые кружева. Права Ниртак. Кружева добавили бы платью легкости и изысканности.

Катя медленно провела рукой по вырезу, представляя, как бы это выглядело по ее задумке и… удивленно отпрянула, увидев, как тесьма превратилась в красивые витые кружева. Повернулась к подруге:

- Оно что, волшебное?

- М-м… - удивилась и Ниртак. – До сего момента было самое обычное.

- А это тогда откуда?

Глава 11. Чуточку колдовства не повредит. Не всем

- Ой! Я догадалась! – Ниртак радостно захлопала в ладоши. – Это прабабушка Клименсина, бабуля Амрансы по прямой линии. Она так умела.

- Что умела? – не поняла Катя и отошла от шкафа подальше. На всякий случай. Мало ли что ещё может произойти с этим платьем, а заодно и с ней.

- Не-не, не бойся, - это увидела подружка и поспешила её успокоить. – Обычное колдовство. Причем твоё. А точнее силы рода. О! Прикинь. Ты теперь умеешь делать всё, что могли предыдущие ведьмы.

- Хм-м… Как-то мутно.

- Фу, какая же ты бестолковая, Катюх! Ну, что, разжевать тебе?

- Нир, я, конечно, сейчас совсем не злюсь, но меня начинает напрягать, что ты постоянно забываешь, что я не из этого мира. И колдовство для меня что-то такое… из области фантастики. У нас ничего подобного нет. Только в книжках. А книжки, как ты сейчас наверняка догадалась, догадливая ты наша, это не жизнь.

- Ой, да, - Ниртак махнула на Катю ладошкой. – Извини. Забываю. Но сама посуди. Ты всё та же Катрин. Внешностью. А чего ты злишься? Я ж не нарочно.

- Я не злюсь, сказала ведь, - вздохнула Катя, не хватало ещё поссориться из-за ерунды, как обычно бывает между близкими людьми.

- Не злишься? Не врешь? – подружка с подозрительность во взгляде приблизила лицо к зеркалу со своей стороны и некоторое время глядела на Катю.

- Просто напрягает. На этом всё, - та улыбнулась как можно дружелюбнее и щелкнула по зеркалу в том месте, где у Нир был нос. – Так что ты там собиралась рассказать о прабабке? Она тоже была ведьмой и… - подсказала начало ответа.

- И умела шить, - подружка отпрянула, будто Катя реально попала ей по носу, и даже почесала указательным пальцем кончик. – Была портнихой. Но иногда приколдовывала, помогая бедным жительницам Кентиакля, обновлять их старые платья, если им надо было срочно куда-то выйти, а денег на новое нет. Или хватало лишь на недорогое новое, а девушкам хотелось из разряда «уф».

- В смысле офигенское.

- Ага. С рюшечками, тугим корсетом, бантами, лентами и прочими украшениями. Чтобы перед парнями выглядеть как модель с витрины магазина госпожи… э-э… забыла. В общем, «уф».

- Тогда и мы сейчас попробуем это «уф» сотворить.

Катя подошла к светло-коричневому платью, покрутила его со всех сторон, снова повесила вешалку на дверцу шкафа и представила, что можно сделать, чтобы добавить – талии тонкости, юбке пышности, коротким рукавам изысканности. Причем узким рукавам, доходящим до локтя, Катя добавила бы сверху форму фонарика, собрав его снизу красивым бантом, перетягивающим руку, а еще ниже пустила бы юбочкой-клеш белые кружева, чтобы локоть закрывали. Потому как платье предполагалось деловое.

Угу. Далее.

Непременно корсет с вставкой спереди из более бледного оттенка, чем остальной материал. И зашнуровать вставку той же бежевой лентой, что и бант у рукава. Чтобы смотрелось гармонично. Ну, а юбка – просто добавить ткани и на талии посильнее собрать. В-о-о-т, уже лучше. В голове художницы сложился вполне очаровательный образ. Осталось за малым – как это всё осуществить в реале.

- Я придумала. А теперь что? – Катя повернулась к подружке, которая за ней наблюдала. На этот раз молча. Видимо, не хотела своей постоянной болтовней сбивать Катю с мысли. – Сказать «бамбарбия» и