Лунный свет среди деревьев 2 - Екатерина Александровна Боброва

К брату я отправилась перед ужином, однако опоздала. Дежуривший у дверей евнух надменно известил, что его высочество ушел в уединение и готовится к ритуалу, а потому никого видеть не может. Ему даже еду под дверь ставили – сама видела, как раз ужин принесли. Еще и скромный такой… Вода, да хлеб. И вот как они рассчитывают, что он, обессилев от голода, сможет позвать дракона? Идиоты!

Пришлось уйти, так и не поговорив с братом.

А вечером меня почтил визитом князь.

Глава 12

Его ждал накрытый столик с двумя кувшинами вина.

– Дешево, – горячилась я, – не купится. Да я раньше свалюсь, чем он.

– А я на что? – не менее горячо возмущался братец. – Верь мне, сестренка. После небесной амброзии еще ни один смертный не оставался на ногах. Чтоб ты знала, капли с росы нефритовых листьев подаются лишь на пиру у Владычицы Запада. Клянусь, он ничего не будет помнить завтра, наплетешь ему все, что угодно. Князь у тебя воспитанный, не станет опровергать. А сама заранее выпьешь противоядие.

– Он не мой, – буркнула я исключительно из чувства противоречия, ибо другого плана все равно не было.

– А по мне – неплохой мужик, – пожал плечами дух, и поймав мое перекошенное лицо, поднял руки: – Помню-помню о том, что он хотел тебя убить. Но у кого из нас нет недостатков?

Еще и подмигнул, сводник, чтоб ему бессмертие дверью прищемило!

Князя мы планировали отравить. Самую малость. Напоив до беспамятства.

Не знаю, откуда Ло достал небесную амброзию – видимо, с прошлых времен осталась. Он долго высчитывал количество капель на наш с его сиятельством вес. При этом бормотал, что возиться с идиотами до конца дней – верх невезения.

– Это точно сработает? – я с сомнением смотрела, как он, высунув от усердия язык, отмеряет двадцать восемь капель на кувшин из прозрачного хрустального флакона. Капли мерцали, словно жидкое солнце и медленно стекали в кувшин, издавая тихий звон. В воздухе стояла смесь ароматов меда, жасмина и легкой пряности, от которой щекотало нос и слегка кружилась голова.

Амброзия не внушала доверия, но Ло глянул так, что стало ясно – лично в князя вольет, если я откажусь.

– Будете пить, – капли золотом потекли во второй кувшин, – ему наливай чуть больше, чем себе. Девять пиал. Можешь говорить все, что угодно – все равно ничего не вспомнит. Одного кувшина достаточно, чтоб его срубило. Второй – на всякий случай. Противника нельзя недооценивать, – и он многозначительно поднял палец вверх.

И вот мы с его сиятельством друг напротив друга. Повисшее напряжение напоминает дуэль. Оружие – пиалы с вином. Пули – наши взгляды. Тишина – адъютантом – ждет, кто первый ее нарушит.

Я не решаюсь, да и Тяньцзи сегодня странно задумчив.

Сердце пребывает в смятении от близости к объекту воздыхания. Вчера оно переживало за прятавшегося в купальне братца и ему было не до трепета, а вот сегодня обещан не просто вечер в компании князя, а вечер вседозволенности.

«Только представь, – умилительно шептало сердце, – любимый. Рядом. Милый и беспомощный. Мы можем делать с ним все, что угодно – он ничего не вспомнит! Расскажем о наших чувствах. Погладим по волосам – какие они у него гладкие и блестящие! А потом… Даже… Поцелуем…».

И мое дыхание участилось… Прям малолетка на первом свидании!

Надо отдать должное – на поцелуях фантазия той части настоящей Линь Юэ, которая оставалась со мной, заканчивалась. Щадя ее строгое воспитание, я не стала продолжать… А вот ведь можно было и дальше зайти… Красивый он, что тут отрицать. Не кукольной красотой айдолов, а нормальной такой… Мужественной. Породистой. На лбу прям написано: аристократ в …дцатом поколении. Меч держать, на лошади скакать, войско в бой вести и стихи сочинять обучен. Еще и маг. Куда без этого… Других к себе император не приближает. Бездарность не ценится короной.

Так что… Я оценивающе посмотрела на князя, и фантазия дошла до связанных рук, его ошалелого взгляда и…

Так, стоп!

Тут и поцелуй равен брачной клятве. Хотя вру. За руки подержались, чуть дольше друг на друга посмотрели – можно сватов засылать. Для благородных так и работает – при условии, что родители одобрят брак, ведь женятся тут не на друг друге, а на семье.

А я принцесса… Его сиятельство даже производственная необходимость провести расследование не спасет, если нас застанут за, гм, поглаживанием волос…

Это с одной стороны, с другой… Целовать такого все равно, что камень. Эмоций столько же. У него же лицо… Надменно—благородное… И выражение меняется, лишь когда сквозь маску воспитанности прорывается злость.

Кажется, я здорово бесила Тяньцзи. Иногда казалось – придушить готов.

Еще бы… Свалилась на голову… Интересно, он помнит меня ребенком? Не важно. По статусу я должна была войти в ближний круг, но по факту… О прошлом я не распространялась. Бежать пыталась. В убийстве замешана. Еще теперь и меня убить хотят… Словом, его сиятельство явно был не рад нашедшейся принцессе.

А пауза затягивалась… И напряжение возрастало. Я уже не на иголках – на копьях сидела. Еще и спина чесалась от взгляда, притаившегося за решеткой, братца. Он явно место себе не находил от возмущения. По его плану сиятельство уже должен было похрапывать, довольный собой, уронив голову на стол.

– Разрешите вам налить, – я изобразила улыбку и потянулась за кувшином. Плеснула сначала ему почти до краев – по старшинству, потом себе – скромно половину пиалы.

Одна из дежурных служанок, стоявших у дверей, дернулась было помочь, но я отрицательно качнула головой. Справлюсь сама. Окажу честь, так сказать.

Его сиятельство вздрогнул, выныривая из своих мыслей. Спорим, он раздумывал, как меня расколоть на допросе? Ну ладно, разговорить на светской беседе.

Тяньцзи принял от меня пиалу, поднес ко рту, принюхался.

– Вино? – изумился, вздергивая брови.

Ну да… Не чаем же его поить, если только с мухоморами…

Князь отставил пиалу, и до меня донесся горестный вздох Ло.

– Ваше высочество, наш разговор деликатен, попросите вашего стража удалиться, а служанок встать с той стороны дверей.

Я стиснула зубы. С другой стороны, я еще не в допросной, палач не греет щипцы и не звенит лезвиями…

Братца просить не пришлось. Вышел сам. Глянул на князя, взглядом втаптывая в пол. Предупреждающе поиграл огоньками, пропустив их меж пальцев и с оскорбленным видом покинул нас.

– Преданный он у вас, – не впечатлившись, спокойно заметил Тяньцзи, – но с ним будет непросто. Духи порывисты.