Напарник оборотня - Анастасия Деева

— Старший лейтенант Куклин, — иронично поправил его собровец и обернулся в сторону подошедших. — Позывной — «Гамельт». Это наш — сапёр. А вы, я так понимаю, ёбургские[4] стажеры?

Офицеры поочередно представились.

Гамельт кивнул, подслеповато щурясь от яркого солнечного света. Обернувшись к Потапову, он поинтересовался:

— Захарыч, ты мне вот что скажи: мне самому на разминирование идти, или все-таки моих мутантиков отправить? — он кивнул на крыс в клетке. — Они у меня обучены с такими делами управляться.

Некоторое время Потапов молчал, поглядывая на жилые дома окраины посёлка.

— Да хрен его знает, — буркнул он. — Судя по тому, что мне передал Юрок про свой схрон, там до фига взрывчатки с энергией Хаоса. У нас тут целый район в прямой видимости. Как назло, ветерок в ту сторону. Всё думаю: эта сволота не могла подальше в лес отойти, чтобы закопать свою хренотень? Он же почти в городской черте яму выкопал!

— Да не «почти», а в городской. До ближайшей остановки семь минут пешком. От, блин! — Гамельт прищурился, вытер тыльной стороной ладони слезящиеся от солнца глаза, и ещё раз взглянул в сторону леса, растущего вдоль полотна железной дороги. — Всё понял, сам пойду. Ты мне только еще артефактов защитных подкинь на всякий случай. Вдруг рванет? Впрочем, какая разница? Товарищ капитан, не одолжите еще артефактов защитных на всякий случай? У меня, конечно, саперный костюм и свои защитные есть, но страховка лишней не будет… Если сработает хотя бы одна бомба Хаоса, пойдет цепная реакция. Меня точно ничего не спасет…

— Держи мои, мне все равно в оцеплении стоять. Я за тобой яму копать не полезу, не обучен, — Потапов снял с запястья два одинаковых браслета с тонкой вязью нанесенных на них заклинаний.

Сапер ловко перекинул их себе на руки, щёлкнув замочками.

— Давайте уже выдвигаться. Время идёт. Захарыч, повтори ориентиры. Надо ребятам сузить поиски, чтобы по сугробам не лазить.

— Как я понял со слов Юрка, где-то в двухстах метрах от крайнего огорода должно быть что-то вроде несанкционированной свалки. Место с тайником помечено зарубками на деревьях. Сверху на яму накинуты автомобильные покрышки и листы битого шифера. Глубина — в человеческий рост.

— От, блин, счастье в мёрзлой земле рыть. Крысы яму вырыть не смогут Чего в схроне ждать? Понятно, что там артефакты Хаоса, но твой Юрок не уточнил, какие именно?

— Несколько самодельных бомб, артефакты направленного действия, колбы с магическими зельями, усиливающими действие Хаоса, взрывные устройства, тоже самодельные, и, конечно, исказители.

Марта и Тимур непроизвольно переглянулись. В разговор они не вмешивались, но оба были в лёгком шоке от услышанного.

— Весь набор террориста-хаосита. Впрочем, Юрок в своём репертуаре, наслышан от наших про его выкрутасы пару лет назад, — жестко усмехнулся сапёр. — Жаль, наставник мой на пенсии.

Со стороны леса послышался басистый голос кого-то из сослуживцев сапёра:

— Гамельт, харе лясы точить! Давай быстрее. Ты — копаешь, я и мой пулемёт — прикрываем. Вдруг из тайника какая-нибудь тварь вылезет.

— Ладно, побежал я, — сапёр, подхватив клетку с крысами, лопату, артефактный детектор и побрел в сторону леса.

От, блин, учудил, — жестко усмехнулся сапёр и взглянул на своих крыс. — Вас точно не возьму. Тут человеческие мозги понадобятся

Со стороны раздалось:

— Гамельт, ты что копаешься? Начинаем?

— Ладно, побежал я, — сапёр, подхватив клетку с крысами, бросился к своим.

Тимур, проводив его взглядом, обернулся к Потапову.

— Товарищ капитан, может, введете в курс дела? Раз СОБР, дело серьезно? Если что-то требуется, могу ребятам помочь.

Потапов смерил его взглядом от пояса до макушки, прищурился.

— Вы, товарищ лейтенант, вместе с товарищем капитаном, — он перевёл взгляд на Марту, — в оцепление. Чтобы местные собаководы со своими шавками по тропкам не гуляли, пока там саперы работают и группа магов по нейтрализации возможных последствий… Простите, Марта Максимовна, про шавок — это я не вам.

— Подробности можно? — сухо поинтересовалась Золотаева. — Про схрон с взрывчаткой мы с товарищем лейтенантом уже услышали, но объясните, что происходит.

— Знаете, есть такой белый пушной зверёк?

— Песец? — уточнил Тимур.

— Ага. Меня тут Ирина Сергеевна учит выражаться культурно при дамах, — он хмыкнул, глядя на Марту. — Так вот. Иногда он бывает не только белый и пушистый, но ещё и полный. Вот это тот самый случай… У нас на окраине жилого посёлка яма с бомбами Хаоса. Гамельт правильно сказал: если детонация произойдёт, никому мало не покажется… Что мы стоим? Давайте-ка по местам. Лесок небольшой, тропинок не много, но перекрыть надо всё.

Пока шли, Потапов коротко пояснил, что побывал в Магической Тюрьме у того самого Юрка, на которого подумали в первую очередь при ограблении дома Крязина.

Юрок продолжал отбывать свой срок, но пошёл на сделку со следствием. У него из-за того, что он много контактировал с Хаосом, шла необратимая, крайне болезненная мутация в организме. Вконец измучившийся Юрок в обмен на информацию выторговал себе право перевода на лечение в тюремную больницу. Когда это случилось, он сдал свой схрон, и двух своих выпущенных на свободу сокамерников, которых, пока сидел, посвятил в тайны работы с Хаосом.

— Заслуг моих не так много. Его и без моего визита готовили к госпитализации со дня на день. Его же перекосило всего, изуродовало. От человека в его облике мало чего осталось. Я перед визитом в Магическую тюрьму прочитал заключение врачей. Сразу решил обратить ситуацию в свою пользу. Юрок поломался для приличия, но естественные боли в теле его сломали. Винить некого — сам себя до такой жизни довёл. Как только его из камеры перевели в щадящий режим тюремной больницы, все выложил нашему человеку. Сегодня с утра информация пришла, и вот мы тут.

Минут через сорок всё закончилось. Собровцы обнаружили в месте, где были зарубки на деревьях выкопанную, занесенную снегом яму. Её аккуратно расчистили, и в свете магических фонариков на мерзлых земляных стенах можно было заметить едва уловимый след энергии Хаоса. Бывший схрон оказался пустым.

Гамельт, весь запорошенный снегом, возник перед Потаповым, держа в руках остатки обезвреженной самодельной бомбы.

— Вот и весь улов, Захарыч. Тайник вскрыли, похоже, ещё до начала зимы.

— Я же говорил: белый, жирный и упитанный, — проворчал Потапов.

— Чего? — не понял Гамельт, и снова вытер слезящиеся глаза.

Потапов не ответил, хмуро разглядывая лесок, из которого они только что вышли. Взгляд Тимура скользнул по протезу, который пришлось ремонтировать после контакта со стеной в доме Крязина.

— Если я правильно понимаю, особняк, что подняли в воскресенье, заразили