Напарник оборотня - Анастасия Деева

Краем глаза она заметила несущегося в сторону дома Тимура и бегущих от ворот в их сторону полицейских. Те не были посвященными в Магическую Тайну, и вообще не понимали, что происходит, просто видели цветной дым, к которому уже стал примешиваться дым от возгорания.

Тимур, датчики которого фиксировали погашенную, но все еще распространяющуюся магию Хаоса, метнул в дом вторую гранату.

На Марте, сдерживая последствия антимагической волны, с треском лопнул последний артефакт. Гамельт истошно завопил, хватаясь за ухо, из которого потекла кровь… Его контузило.

На лейтенанте тоже разрядился артефакт. Продолжая следить за уровнем хаотической энергии, Нариев отметил, что фон быстро и резко снизился. В воздухе все еще сверкала разноцветная пыль, но главная опасность миновала.

Он бросил взгляд на дом. Тот, не считая крыши и снесенной стены веранды, почти не пострадал. Даже окна не выбило.

Тут Нариев заметил газовый баллон. Он был обезврежен от взрывчатки, но возгорание в самом доме уже произошло. Пришло понимание: если огонь подберется к пропан-бутану, всё взлетит на воздух.

Оценив степень опасности, лейтенант запрыгнул на веранду, на ходу переводя протезы на максимальную грузоподъемность. Подхватив баллон на плечо, почти не ощущая его веса, соскочил обратно. Лишь отбежав от дома на приличное расстояние остановился.

Тут он увидел округлившиеся глаза одного из полицейских и, спохватившись, поставил газ на землю.

— Да в нём всего двадцать два килограмма! — бросил он и обернулся в сторону к дома.

Огромная, размером с крупную кошку, искаженная Хаосом крыса пробежала по веранде и нырнула куда-то под половицу в подполье.

«Только искаженных мутантов нам тут в Шаголе не хватало!» — подумал Тимур, заметив развороченную клетку.

Глава 21

«Подарки» от Винта

— Геннадий Александрович, вы меня слышите? — Марта, склонившись над Гамельтом, почти кричала.

Тот попытался приподняться, но не смог.

— Мы с крысюками… почти всё… и баллон тоже… Но внутри ещё… что-то есть… — прохрипел он. —

Подбежал Тимур, взглянул, пытаясь оценить состояние старшего лейтенанта.

— Как он?

Всё вокруг было в разноцветном дыму, и лишь датчики магического зрения фиксировали искрящуюся в воздухе энергетическую пыль Хаоса. Антимагическая граната — хорошая штука, но даже ей не под силу ликвидировать всё, что попало в воздух при взрыве.

Тимур взглянул на крышу дома, которая в нескольких местах занялась огнём. Он знал, что минут через пять подъедет пожарная команда, но её команда не подготовлена к тому, чтобы идти в зараженное Хаосом пространство дома.

Марта, заметив примчавшихся полицейских, бросилась к машине. Недалеко от колеса стоял закрытый от ветра фонарик с горевшей внутри восковой свечой. Чуть в стороне от него лежал маленький самодельный станочек для добывания трением Живого Огня. Когда Гамельт ушёл на разминирование, а Тимур — обследовать третий подозрительный дом из списка, она, как опытный ритуалист, решила добыла Живой Огонь.

В ритуалах у Золотаевой был древний магический обряд Дома Ведающих — «Кресение». Он способен защищать территорию от любой тёмной энергии и мог погасить остаточную энергию Хаоса вокруг дома. Капитан взяла светильник в руки, и направилась в сторону покосившейся деревянной калитки.

— Куда? — Тимур удивленно взглянул на пламя в руках напарницы. Оно горело чистым белым светом.

— Не отвлекай. Знаю, что делаю.

Нариев перегородил ей дорогу. Пустить в любимую девушку к опасному дому он не мог.

— Не сходи с ума! Там, внутри, могут быть ловушки и взрывчатка!

Ответные слова звучали, как приказ:

— Товарищ лейтенант, ждите меня здесь.

Тимур замер. Капитан Золотаева — старше по званию, но у неё, специалиста исследовательского отдела, почти полное отсутствие боевого опыта. Приближаться к заминированному зданию — опасно. Да он с ума сойдет от беспокойства, наблюдая за ней со стороны. А разве у него есть выбор? Марта — единственный человек в их группе, кто отлично знает «очищающие» ритуалы.

Гамельт тоже понимал степень опасности. Он сел, постучал рукой по уху, из которого текла кровь. С этой стороны сапёр не слышал. Во втором ухе шумело, но звуки он различал.

В это время со стороны Нариева из сугроба у забора выбралась крыса. Она, заметив хозяина, быстро побежала в его сторону. Тимур выхватил пистолет, чтобы её прикончить.

— Стой! — прохрипел сапёр. — Тоху не тронь!

Лейтенант опустил ствол. Крыса добежала до Гамельта, забралась ему на плечо. Похоже, это был единственный зверёк, который не пострадал.

— Прости, не хотел. Я видел других, их Хаосом раздуло, — виновато произнёс Тимур. — Подумал: вдруг и этого — тоже.

Ему снова стало немного жаль коллегу. Он сам в детстве болезненно переживал смерть домашних любимцев, знал, что это — больно.

Сапёр тряхнул головой, не то избавляясь от звона в ушах, не то отгоняя от себя тяжелую мысль о гибели целого выводка волшебных помощников. Искаженные Хаосом грызуны — это не те же самые крысы, которых он воспитывал. Они стали опасными монстрами, у которых от стремительного попадания в эпицентр страшной аномалии уродливо деформировалось тело и внутренние органы. Животные сейчас, скорее всего, сходят с ума от боли и искаженных эмоций.

— Я иду в дом, — резко бросил Тимур, заметив, что несколько подбежавших полицейских с огнетушителями, взятыми из машин, полезли на крышу тушить начинающийся пожар.

— Я с тобой, — Гамельта шатало, но упрямство и чувство долга не позволяли взрывотехнику оставить товарищей.

— Прими эликсир и дождись «скорую». У тебя сейчас, должно быть, голова раскалывается от боли.

— Идём вместе! — сапёр поднялся, постоял, пытаясь справиться с головокружением и лёгким приступом тошноты. — Закончим начатое.

Между тем у Марты пламя в светильнике стало разгораться все больше. Она двигалась вокруг дома, рисуя в воздухе невидимые символы Живым Огнём. Тимур, у которого зрение было максимально усилено на восприятие волшебных всплесков, видел, как в воздухе за Золотаевой разливался яркий, искрящийся, как бенгальский огонь, невидимый для обычных людей след.

Марта двигалась быстро и умело. Снег вокруг дома был расчищен, именно поэтому напарница быстро обогнула дом, замкнув невидимое кольцо ритуала. Места, где прошла Золотаева, едва заметно отличались слабым свечением. Искорки живого огня из открытого фонаря вылетали и замирали в воздухе, подобно крохотным светлячкам.

Цветной дым резко взметнулись вверх вместе с чудовищными и уродливыми протуберанцами Хаоса в кольце, образовав лёгкий вихрь. Из него ворохом вырвался целый ураган белых хлопьев, похожих на клочья пушистой ваты. Падая на землю, они тут же испарялись. Вместе с ними исчезало и