Бюро магической статистики - 2 - Галина Дмитриевна Гончарова

Когда он впал в апатию, стало чуточку получше. По крайней мере, он перестал активно убивать себя, и не перешел с вина на дурман. Уже лучше. И мысли о самоубийстве оставил, тоже хорошо.

А сидеть и страдать… ну, это занятие такое, рано или поздно надоест. Тут-то Хью и подскажет, и поможет. Жозеф уж и дело для сына придумал… не пригодилось.

Хью рассказывать не мог, сказал, что Робин будет работать на Корону, вот и слава Богам. Только вот… и сейчас ему Фелиция могла нарушить складывающееся равновесие.

Робин потерял все, из чего состояла его жизнь. Он залез в берлогу, он заново выстроил себя и свой мир… выстраивает. Нужна ли ему рядом мать с ее кипучей энергией?

Сложно сказать.

Жозеф считал, что если бы мальчик хотел, он бы задержался в столице.

Нельзя, как хотите, нельзя парней кутать в вату!

Дайте им возможность стоять на своих ногах, дайте возможность самим справляться с неудачами и невзгодами… да, подстраховать! Это Робин, наивный мальчик, думал, что семья его оставила в покое, а Хью обо всем писал, так-то. Раз в неделю – точно.

Сейчас сын начал оттаивать, принял свои увечья, или хотя бы начал относиться к ним спокойнее, но все равно – рано. Для урагана по имени Фелиция время еще не пришло.

Вот, когда надо будет размести осколки старой жизни и старых страхов ради чего-то нового – дело другое. А пока не ко времени.

- Конечно, в столицу Робину пока еще рано. Но для начала я заказала на его адрес доставку журналов. Пусть будет в курсе столичных дел.

- Зачем, Фели?

- Пусть привыкает. Рано или поздно он вернется в столицу.

- допустим. А что еще ты сделала?

Нет ответа. Только очень невинный взгляд. Точь-в-точь, как у кошки, которая слопала всю колбасу и вовремя удрала.

- Фели!

- Когда ты кричишь, ты такой… у меня даже колени дрожат!

- Фели, что именно ты сделала?

- ну….

- ФЕЛИЦИЯ!!! – прорычать имя без единой рычащей было сложно, но рент Жозеф справился! Жена топнула изящной ножкой.

- Прекрати на меня кричать! Ничего такого я не сделала, просто у моей подруги есть дочка, милейшая девочка, тоже маг, хотя только третьего уровня, и она ТАК восхищается Робином… так трогательно говорила о его подвиге!

- И?!

- Я дала ей адрес Робина. Она обещала написать мальчику.

Жозеф застонал.

Вот экзальтированной романтической идиотки мальчику точно не хватало! С другой стороны, письма – это не так страшно. Ну, разозлится сынок. Так что же? Позлится, да и успокоится, может, оно и полезно.

- Только написать?

- Да, милый.

- Ну… ладно! Но Фели, такие вещи надо обсуждать с Робином!

- Зачем?

Удивление на лице супруги было неподдельным. Действительно, зачем о таких мелочах с мальчиком разговаривать? Он же не согласится!

- А со мной?

- Я и не подумала, дорогой!

- В следующий раз думай!

- Конечно-конечно, милый.

Увы, это согласие никого из них не обмануло.

***

- Ух ты!

Элисон была совершенно не готова к увиденному.

Перед ней, на пороге дома, стояла… такая… что вот просто ух! И нет других слов!

Алина Эрмерих улыбнулась.

Она отлично знала, что хороша собой, она привыкла к такой реакции, и вообще, Элисон была не первой, кто вот так ахал.

Причина была.

Алина впечатляла, иначе и не скажешь.

Высокая, стройная, статная, с фигурой, которая не оставила бы равнодушным никого. Классические «песочные часы», причем выдающиеся грудь и тыл соседствовали с тончайшей, несмотря на четверо родов, талией. Пшеничные косы толщиной в руку, аж до пояса, громадные голубые глаза, нежная бело-розовая кожа… и это в сорок с хвостиком. Почти в пятьдесят, ей нельзя было дать даже тридцать пять, с расстояния в несколько шагов она казалась ровесницей своей старшей дочери. Контрольным – грудь была не менее пятого размера.

Элисон оставалось только завистливо вздохнуть.

- Добрый день, рент Борг. Рента…

- Баррет, - подсказал рент.

- Проходите, рента Баррет.

А вот голос у красотки подвел. Увы, ей бы что-то нежное, а вместо этого очаровательное создание изъяснялось низким басом. Но и так голос был роскошным, этакое густое, низкое звучание струны.

Кто бы выдержал на месте Элисон?

- Вам бы с такой красотой не в Левенсберге, за портным, а в столице, при дворе блистать!

Алина улыбнулась краешками губ.

- У меня семья не из богатых, рента Баррет. Жениться на мне никто бы не женился, а в блуд… у меня отец был старой закалки. Выдал замуж за Альдо, я и глазом моргнуть не успела. И ведь не прогадал, как с другим, не знаю, а с мужем я счастлива. Нужен ли мне тот двор?

Элисон задумчиво кивнула.

Действительно, что дороже? Материальный достаток – или обычное счастье? Пусть у Алины нет бриллиантового колье, но, судя по всему, ей хватает. Она умеет быть счастливой имеющимся, и это главное. Была бы она так спокойна в столице? Или там бы ее попросту сожрали?

- Простите, рента. Я была бестактна.

- Ничего страшного. Я привыкла. Пойдемте, рента, я покажу вам комнату Лизы.

- А еще, пожалуйста, сразу. Мне нужны вещь вашего мужа, вещь Лизы и вещь Марии. И объяснить, где что.

- Зачем?

- Если в ее комнате есть что-то чужое… - Элисон не сразу подобрала подходящие слова. – Человек обладает аурой. Его аура, как запах, оставляет на всем свой отпечаток. Вот, если есть чужой запах…

- Ах, вот оно что? Сейчас принесу, - согласилась рента Алина, и действительно, через несколько секунд вернулась со шляпками в руках.

- Мужа, моя, Лизы, Марии. Вот комната Лизы.

Элисон коснулась дверной ручки, помедлила немного, и шагнула вперед.

Комната Лизы была невелика. Обычная комната, ничего такого. Кровать, накрытая белым покрывалом, шкаф, сундук, он же стул, стол – все. Никакой особой роскоши, но все беленькое, чистенькое, на окнах занавески…

Элисон медленно коснулась одной шляпы, кожаной и с пушистым пером. Аура хозяина была видна совершенно четко, словно след… прикрыть глаза, обвести взглядом из-под ресниц комнату…

- Ваш муж тут не бывал. За последние несколько месяцев точно.