Обречённые. Дилогия - Эмили Рэй
– Как ты меня… – не договариваю я и отмахиваюсь, – да какая разница.
Намереваюсь зайти в клуб, но Стивен хватает меня за руку.
– Отпусти! – рычу я, не в силах посмотреть ему в глаза.
Невыносимо больно чувствовать его прикосновения и знать, как он поступил с нами. Теперь нас нет. Теперь есть я.
– Поговори со мной!
Впиваюсь в него глазами, полными ненависти. Как он смеет просить меня о таком!
– Пожалуйста, дай мне объяснить!
– Объяснить? – Истерично хихикаю. – Что это вышло случайно?
Пару секунд смотрю на его просветлевшее лицо.
Он правда считает, что я на это куплюсь?!
– Иди к чёрту, Стив, – шиплю я. – И свои объяснения прихвати с собой!
Пытаюсь уйти, но он лишь крепче сжимает моё запястье. Физически я ему не ровня, у меня нет шанса вырваться. Стоять рядом становится всё тяжелее. Чувствую, как к горлу подступает ком.
– Да отпусти ты её! – встревает Одри, но он будто не слышит.
– Я просто хочу поговорить.
– А я нет!
Не понимаю, почему не вмешивается охрана. Да, это не входит в их обязанности, но разве им трудно? Два здоровенных качка делают вид, что это их не касается.
– Оставь меня в покое! – не выдерживаю я и перехожу на крик.
Кажется, парни притихли и стали коситься в нашу сторону.
– Посмотри на себя! – укоризненно замечает Стивен.
Я окончательно теряю дар речи. Внутри всё закипает. Ещё чуть-чуть и меня разорвёт изнутри, как бомбу замедленного действия.
– Что ты делаешь здесь? Пьёшь? Серьёзно?
Он меня жизни учит… пристыдить пытается?!
Глаза распахнуты максимально широко. Мне кажется, что от негодования у меня заметно раздуваются ноздри. Подруга рядом наблюдает, готовая прийти на помощь, если потребуется.
– Ты едешь домой.
Он начинает тянуть меня в сторону парковки.
– Никуда она с тобой не поедет.
Из тени за углом выходит Тони, и на секунду я чувствую облегчение.
Хоть кто-то из мужчин решился вмешаться. Но когда он успел выйти из клуба?
Он в последний раз затягивается и кидает окурок на мокрый асфальт, от чего тот шипит и быстро гаснет.
– Ты ещё кто? – щурится Стив и снова переключается на меня. – Уже успела себе утешение найти?
Не сдерживая силы, от всей души влепляю ему пощёчину. Его рука на миг разжимается, и я, пользуясь моментом, делаю пару шагов назад.
– Мразь, – вырывается из меня шёпотом перед тем, как я возвращаюсь в клуб.
Одри идёт по пятам, пытаясь подобрать слова. Знала бы она, что я слышу лишь далёкие отголоски её фраз. Меня трясёт от напряжения. Я буквально влетаю в женскую уборную, со злостью сжимаю пальцы на раковине и смотрю на своё отражение. Кажется, раковина сейчас сломается под натиском тонких, впивающихся в мрамор, костей.
Да как я раньше не видела его настоящего?!
26. ОДРИ
То ещё развлечение – смотреть, как Джейн лихорадит от встречи с бывшим и знать, что ничем не можешь ей сейчас помочь. Вот Карен была бы очень кстати. Она всегда знает, что сказать, чтобы поддержать.
На мгновение мне показалось, что раковина, в которую она вцепилась, издала треск. Лучше бы она так вцепилась в Стивена, который это заслужил. В голове не укладывается, как он мог использовать её.
– Я принесу салфетки, – говорю я подруге, когда бумажные полотенца в уборной заканчиваются.
Она лишь тихо всхлипывает и кивает. Ей уже лучше. По крайней мере, слёзы уже не льются рекой, а сама Джейн не пытается отломать кусок мрамора.
– Я быстро.
Направляюсь к ближайшему столику. Салфеток, конечно, нет. Ко второму – пусто. Продолжаю идти, пока не начинаю ощущать морозный холодок на спине. Резко останавливаюсь и пытаюсь понять, что это. Как по мановению поворачиваю голову направо и вижу её… это мать Джейн. Пытаюсь проморгаться, но она не исчезает. Образ женщины неподвижно стоит среди танцующих людей. Теперь начинает потряхивать меня.
– Что тебе нужно? – произношу я одними губами.
На Вивьен начинают появляться струи алой крови. Я с трудом сглатываю, не в силах оторвать от неё взгляд.
– А… е… – снова шепчет она, как тогда, когда разбилась статуэтка.
Стараюсь прислушаться, но скорее к внутреннему голосу. Если бы звук исходил снаружи, его совершенно точно заглушила бы грохочущая музыка.
– Калеб… – на этот раз слышу я более отчётливо.
Она истекает кровью с макушки до пят, но абсолютно не замечает этого и продолжает смотреть на меня пустым холодным взглядом. Инстинктивно хочу что-нибудь предпринять, чтобы помочь Деламар, и образ резко исчезает, словно его здесь и не было. Я снова громко слышу музыку и чувствую запахи. Я снова тут, среди живых людей. Жадно хватаю ртом воздух. По ощущениям я не дышала всё то время, что видела призрака.
Тут же на глаза попадаются салфетки. Хватаю их кучей и едва не бегом направляюсь назад к Джейн.
Стоит ли сейчас говорить ей об этом?
Вопрос сам отпадает, когда я вхожу в уборную и вижу, как Тони прижимает Джейн к стене. Зато появляется другой, более важный на данный момент:мне прервать их поцелуй или молча уйти?!
Чувствую себя крайне неловко и подавляю желание сделать вид, что ничего не заметила. Почему глупости совершает Джейн, а краснею я? Прочищаю горло и застенчиво отвожу взгляд:
– Здесь женская уборная…
Ведь будет жалеть потом, что сделала это!
Тони быстро стреляет в меня глазами, что-то говорит Джейн и с довольной улыбочкой проходит мимо, скрываясь за дверью.
– Извини, что прервала вас, но ты сейчас… – осторожно оправдываюсь я и протягиваю подруге салфетки.
– Всё нормально. Это был просто… порыв, – она отмахивается, но кажется, что сама немного в шоке.
27. КАРЕН
Понедельник
Не смейте мне говорить, что лучшие покидают наш мир раньше остальных. Я не понимаю, как я сама могла такое говорить и свято верить, что от этого кому-то станет легче.
Сегодня утром нам позвонила Сара Торн, мама Майкла и Хэлен. Я в это время была уже в школе, но, по словам мамы, Сара сообщила, что Калебу во время утренней пробежки стало плохо. Она нашла его в парке без сознания, вызвала скорую и позвонила к нам домой.
Утро
