Кофе с собой или Свадьба (не)отменяется! - Елена Северная

Внезапно тепло закончилось, сменившись таким могильным холодом, что, казалось, я примёрзла к собственным мыслям. Распахнув глаза, я онемела. Не от восторга, а от увиденного, фееричного, загадочного и ужасного в своей непонятности. Пространство над нами уходило в бесконечность клубами серого тумана. Мы с Марком висели в воздухе над какой-то мелкоячеистой сеткой. Она простиралась далеко, насколько хватало взгляда. Кое-где ячейки начинали исчезать, образуя дыры, сквозь которые тут же начинали просачиваться щупальца чёрной субстанции, и становилось ещё холоднее. Когда за щупальцами появлялось круглое блестящее тело, пространство рядом лопалось, выпуская призрачных магов. Чем больше было чёрное существо, тем больше магов окружали его и своим огнём заставляли усунуться обратно под сетку, а сама сетка от яркого пламени восстанавливалась. Но самое жуткое в этом всём была тишина. Не было слышно ничего, словно я оглохла сразу на два уха. Стало страшно — а вдруг, и в самом деле, лишилась слуха?

— Что это? — выдохнула я.

К огромному облегчению свой голос я услышала. Но он звучал глухо, как через вату.

— Это — грань, — так же глухо прозвучал ответ Марка. — Она отделяет наш мир от мира пожирателей жизненной энергии и магии.

И тут в группе призрачных полупрозрачных магов я увидела лорда Жильверна. Он тоже увидел нас, а после изгнания чёрного пожирателя приветственно помахал рукой, словно мы тут на променаде вечернем для лучшего сна, и исчез.

— Он умер? — ужас сковал душу. Как же так? Я ведь только вчера с ним разговаривала!

— Нет, конечно, — руки Марка продолжали крепко держать меня над золотистой сеткой. — Ты видела ментальное тело. Сюда проникать можно только так.

— А как же мы?

— Мы? — мужчина внимательно и пристально посмотрел мне в глаза. — А мы с тобой носители уникального дара Стражей. Я — излучатель созидающего огня. Ты — проводник. Смотри! — он протянул руку, показывая на вновь появляющуюся брешь. На глазах она стремительно увеличивалась, и уже толстый пожиратель наполовину выбрался на поверхность. — На твоих ладонях сейчас вспыхнет огонь. Направь его на этого гада. Вспомни свои фирменные кружева!

Марк притянул меня к себе спиной и обнял двумя руками. Мы снова горели ярким огнём, а на моих ладонях танцевали маленькие лепестки пламени. И как я могу отправить их в пасть чудовищу? Они же такие крохотные, у них не хватит силёнок, это же детки огня, а не сам огонь…

— Тина! Быстрее! — прогрохотал голос Марка.

Я вздрогнула. Пожиратель выполз почти весь, повернул на голос свою морду и радостно оскалился, предвкушая качественный обед. Обедом стать я не рассчитывала. И ужином тоже. Но маленькие лепестки огня испуганно задрожали.

— Тина! — Марк встряхнул меня сильнее. — Он сейчас проберётся в наш мир и сожрёт кого-нибудь!

Инстинктивно я прижалась спиной к своему магу сильнее. Стало нестерпимо жарко. Казалось, меня распирает от жара. Ещё немного и я взорвусь, как сырое яйцо в духовке.

— Пропусти огонь через себя на ладони и бросай! — голос Марка звучал откуда-то из безумного далёко.

Собрав силы, я направила их на руки. Пальцы снова автоматически сплели кружевное заклинание. И мои маленькие огонёчки моментально взметнулись в огромное пламя, ринувшееся золотой стрелой в чёрного гада. Тот не просто исчез под сеткой, — он лопнул! С противным «чпок!» и брызгами, которые с шипеньем испарились под действием жара огненного вихря, что кружил над гранью в поисках новой цели. Не найдя больше никого, он растёкся по самой грани, зализывая раны и восстанавливая повреждённые ячейки. С испугу, что могла полностью не уничтожить пожирателя, я скастовала несколько заклинаний подряд, и с каждым броском огненные вихри жадно вычищали ячеистую грань от серого налёта чуждой энергии. Нехилую я тут генеральную уборку устроила!

Наконец, я выдохлась. С пальцев сорвалось последнее огненное кружево, которое так и осталось кружевом, не сумев превратиться в вихрь. Оно плавно взмыло над поверхностью грани, постепенно растягиваясь, словно тонкая паутина, накрывая её своим полотном. А потом вся поверхность сети подёрнулась рябью, как будто усердная горничная встряхнула покрывало, чтобы стряхнуть с него мусор и пыль. Потом, когда всё успокоилось, грань вспыхнула ярким золотистым светом, сияя новенькими ячейками. И сразу дышать стало легче.

Оглянувшись назад, столкнулась с усталыми глазами Марка. Его лоб покрывали крупные капли пота, лицо посерело, а огонь в глазах еле теплился. И кокон пламени, что раньше бушевал вокруг нас, стал намного слабее. Ой, я что, выкачала полностью его резерв? А как же мы вернёмся?

— М-марк?

Он наклонился, нежно целуя меня в макушку.

— Ты справилась. Умница. Теперь — домой!

Возвращение домой было… эпичным. Во-первых, я, продираясь сквозь хаотичные потоки бушующей энергии, дала себе страшную клятву: научиться контролировать свои эмоции. Просто чудо, что Марк смог удержать в себе немного магии. Только благодаря этому мы сейчас, хоть и медленно, но возвращались в свой мир. Во-вторых, мне просто необходимо узнать о проводниках, так как я об этом никогда не слышала. И в-третьих, нужно определить сестрёнку. Ведь, как я понимаю, император теперь вцепится в нас мёртвой хваткой. И не факт, что я всегда буду возвращаться живой. Зато можно отстоять своё право на свободу от навязываемой идиотской свадьбы. Отменить все! А то удумали, — женить всех как им выгодно. Самодуры!

На обратный путь у нас с Марком ушли почти все последние силы. Осталось чуток, и те, лично у меня, ушли на то, чтобы взглянуть на полуразрушенную часть дворца, узреть злющего, пыльного императора, усыпанного каменной крошкой, и отключиться.

В себя пришла, выплывая из густой, тягучей нирваны, с одним желанием: посетить комнату задумчивости, то бишь туалет. Мир, как говорится, спасён, теперь себя бы спасти!

С усилием разлепив веки, отдирая их от липкого сна, обнаружила себя в небольшой белой комнате. В нос ударил резкий специфический запах трав. Ясно, — я в лечебнице. Пошевелилась. Слава богу, всё на месте и в рабочем состоянии. Я бы даже сказала, что пара особо трудолюбивых органов работала без перерыва на обморок. Результат — если не доползу до фаянсового трона, то плыть туда уже не надо будет. Это большой минус. А из плюсов: на мне длинная больничная рубашка. Чистая.

Подъём дался с неимоверным трудом. Голова кружилась, ноги дрожали, и очень хотелось есть. Но первым делом — туалет! И радовало то, что меня поместили в премьер-палату. Здесь есть индивидуальная уборная с душем. Освободившись от продукта деятельности трудолюбивых органов, я озаботилась более приятными вещами,