Чума Эпсилона (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич

Чтобы не терять времени даром, я создал себе несколько новых личностей со своими легендами. Аванс от «наследников», составляющий основную часть денег, которыми я располагал, ушел по цепочке посредников и лежал на анонимном счете за пределами Содружества, но у меня на руках все еще была сумма, которая позволит мне купить билет из системы Эпсилона практически куда угодно.

Добраться бы только до платежного терминала.

Теперь уже я практически не сомневался, что обе мои предыдущие личности были известны спецслужбам Содружества и объявлены в розыск, а возможность изменить внешность, отпечатки пальцев и прочие отличительные особенности, была утеряна вместе с кораблем, но я решил, что пока об этом беспокоиться не стоит. В конце концов, у меня оставалось всего полторы недели, и если мусорщики не явятся сюда до того, как эти полторы недели пройдут, все это уже никакой роли не сыграет.

Доведя все три набора данных до состояния, в котором их можно будет загружать в сеть, я задумчиво откусил кусок сухпайка и запил его глотком воды.

Еда была отвратительна на вкус, у воды никакого вкуса и вовсе не было. Прошло всего несколько дней после потери «Старого Генри» и моего заточения в аварийной капсуле, а кислород уже утратил свою первоначальную свежесть. Дальше все будет становиться только хуже.

— Посмотри на эту ситуацию с другой стороны, кэп. Нам несказанно повезло, что мы до сих пор здесь. Мы ведь могли и не пережить ту схватку.

Или я мог бы послать Гришу к черту еще на Новом Далуте, мрачно подумал я. Неприятностей с имперской разведкой это мне избежать бы не помогло, но, по крайней мере, у меня остался бы мой корабль.

Или я мог бы выбрать другое направление, прилететь для продажи не на Эпсилон-Центр, а куда-нибудь еще. Не знаю, насколько бы это помогло, если люди «Кэмпбелла» все равно дышали мне в затылок, но, возможно…

Все, что мне сейчас оставалось, это строить призрачные планы на сомнительное будущее и прокручивать в голове события прошлого, которые и привели меня сюда. Я не стал бы этого делать, будь у меня какое-нибудь другое занятие, любое другое занятие, но выбор мой был крайне ограничен.

Изредка я включал камеры и осматривал окрестности. Двигатели я не включал, сберегая энергию, так что мы продолжали лететь по инерции. Другие обломки «Старого Генри» уже давно исчезли из поля зрения, но капсула — достаточно крупный объект, чтобы привлечь внимание мусорщиков, и я не думал, что они могут пролететь мимо.

Они непременно здесь объявятся. Ключевой вопрос — когда.

Забавно будет, если я умру до их прибытия, а они подберут капсулу и просто отправят ее в плавильную печь, или на свалку, или что они тут еще делают с найденными в космосе обломками, так и не узнав, сколько денег просвистело мимо них. Артефакт ведь наверняка стоит дороже, чем весь мусорный флот системы.

Черт его знает. Наверное, через неделю я буду рад и появлению «Звездного Доминатора», имперского линкора или корабля пиратов, торгующих человеческими органами, пусть они и существуют только в приключенческих сериалах. На самом деле, для торговли органами вовсе не нужен космический корабль. Хватит и обычного подвала где-нибудь на окраине большого города, но главный герой, мужественно побеждающий врагов в подвале, смотрится не так впечатляюще. Да и лишний повод продемонстрировать дизайнерский боевой скафандр всегда пригодится.

— Партию в шахматы, кэп? — предложил Генри.

Доски и фигур у нас тут, разумеется, не было, но мы оба способны держать все это в уме. Ну, было бы странно, если бы нейромозг не был на такое способен.

— Давай, — согласился я. — Я буду играть белыми.

Если бы дело происходило в приключенческом сериале, то мусорщики появились бы аккурат на исходе второй недели, когда бледный, истощенный, сходящий с ума, но все еще мужественный герой в дизайнерском скафандре считал бы каждый глоток кислорода, прикидывая, как он будет рвать собственное горло скрюченными пальцами.

Но в реальности корабль мусорщиков появился уже на шестой день.

Сенсоры засекли движение, я включил камеры и увидел свое возможное спасение.

Корабль обладал идеальной формой шара около двадцати метров в диаметре и заходил с условного низа. До того, как он подцепил аварийную капсулу своим гравизахватом и присоединил ее к куче собранного до этого момента груза, находящегося в сорока метрах от его условной кормы, я отключил камеры и сенсоры, снизив энергетическую активность до возможного минимума. Мне было бы совсем не с руки, если бы управляющий мусоровозом нейромозг заподозрил, что имеет дело не с обычным обломком.

В общем, я сидел тихо и не рыпался. Поскольку корабль управлялся нейромозгом, брать его на абордаж не было никакого смысла. У него нет экипажа, следовательно, на корабле нет ни атмосферы, ни еды, ни воды, ни комфортного температурного режима. А поскольку у него нет и прыжкового двигателя, выбраться на нем за пределы системы все равно не получится.

Оставалось только ждать, пока он притащит груду собранного им мусора куда-нибудь поближе к обитаемым мирам, и принимать дальнейшие решения в зависимости от того, что это окажется за мир.

Судя по количеству собранных им обломков, это должно было произойти в ближайшее время. Хотелось бы надеяться, что он не будет таскаться по космосу еще пару недель.

— А если будет? — поинтересовался Генри, когда я поделился с ним своими соображениями.

— Тогда мне придется вмешаться, — сказал я.

— Почему бы не сделать этого прямо сейчас, кэп?

— Потому что любое вмешательство связано с риском обнаружения, — сказал я. — И если кто-то заподозрит, что на корабле не все идет штатно, кто знает, кого этот кто-то пришлет для проверки. А мы сейчас не в том состоянии, чтобы отбиваться от очередной порции перехватчиков при помощи гравизахвата и чувства глубокого морального превосходства.

— А я бы пошвырялся в них мусором, — сказал Генри. — Все лучше, чем торчать тут без рук и глаз. Не говоря уже обо всем остальном, что я утратил.

Я подумал, что мог бы захватить этот корабль и отдать его под контроль Генри, но тогда, чтобы не привлечь подозрений, моему нейропилоту придется выполнять возложенные на мусорщика функции, и вряд ли он будет от этого в восторге.

Делать этого я, разумеется, не стал, сохранив верность своей прежней стратегии. В конце туннеля забрезжил свет, и надо было проявить немного терпения, чтобы определить его источник. Выход ли это или несущийся прямо на нас скоростной состав?

— Знаешь, кэп, я как-то совсем по-другому себе все эти космические приключения представлял, — пожаловался Генри. — Конечно, драться с перехватчиками, подбирать тебя в космосе и драпать от «Доминатора» было довольно весело, но все это слишком быстро закончилось, а то, что началось потом и длится до сих пор, навевает на меня исключительно уныние.

— Возможно, это всего лишь маленький шаг на пути к тому, как ты будешь управлять собственным крейсером, — сказал я.

— И мы отправимся гонять пиратов на границе сектора?

— Обязательно, — сказал я.

— И ты снова врешь, кэп, — сказал он.

— Ладно, я не горю желанием гонять пиратов, — сказал я. — Но не буду иметь ничего против, если ты займешься этим самостоятельно. Только не прилетай жаловаться, если они отстрелят тебе ходовой реактор.

Я почувствовал ускорение. Мусорщик обработал этот район. Похоже, что аварийная капсула была последним куском хлама, который он здесь подобрал, и теперь он направился… ну, я надеялся, что не в погоню за очередным отлетевшим от «Старого Генри» обломком.

— И когда мы уже наконец начнем действовать, кэп?

— Когда поймем, куда именно он нас тащит, — сказал я.

Вариантов на самом деле было немного, и тот, в котором нас отвезут на Эпсилон-Центр или пересадочную станцию, откуда я смогу взять билет прочь из системы, среди них отсутствовал.

Если Содружество все еще пытается понять, что тут произошло, и не удовлетворилось полученными от руководства корпорации объяснениями, то обломки притащат на какую-нибудь военную базу Четвертого флота для тщательного изучения в рамках текущего расследования. Выбраться оттуда будет совсем непросто, но, по крайней мере, я выполню свои обязательства перед имперской разведкой и передам артефакт в руки «наследников».