Звезды в его глазах - Юлия Лисовская

— Да, ты даже не думай. — Дэвид плюхнулся в кресло напротив меня.

— Ба, в восторге от тебя. Сестра у меня добрейшей души человек. Ну знаешь, такой забавный мультяшный гном Весельчак из Белоснежки. Хотя иногда мне кажется — в ней помещаются сразу все семь гномов. Она прилетает не одна, а с подругой, вроде. Ее я не знаю. Но, думаю, проблем не будет. После ужина как раз обсудим дела. Я сейчас уже выезжаю в ночь. За день все должен утрясти с поставщиком и к вечеру вернусь. Так что жду тебя завтра к семи.

— Ок. А кто твою сестру встретит в аэропорту? Помощь не нужна? — Предложил я.

— Не. Она сама прекрасно доберется. Я спрашивал. Ой, чуть не забыл. Хотел попросить тебя о помощи. Ба велела купить домашнее овсяное печенье в лавке миссис Лайн. Ну, в той, что мы тортик брали, когда у Одри день рождения было. Помнишь? — и Дэв неопределенно махнул рукой в сторону.

Я кивнул головой.

— Так вот, — парень продолжил, — это печенье до одури любит Джул, сестра моя. Оно продается только там. Сейчас покажу упаковку. Я его купил сегодня утром, но все съел. — Повисла пауза.

— Не надо на меня так смотреть, я тоже люблю это печенье. Ну не удержался, с кем не бывает! — и Дэвид рассмеялся.

— Эрик, прошу тебя! Завтра купи ты эту выпечку. Я, боюсь, не успею. Ее до обеда уже разбирают. Если не будет у Джулии печенья, она съест меня. Очень прошу!

С этими словами, приятель сложил руки в молитвенном жесте и состряпал несчастное лицо. Эта пантомима рассмешила меня.

— Хорошо, заеду. Но скажи честно, ты меня позвал, чтобы не быть одному в своем женском царстве? — с улыбкой сказал я.

— Ты меня раскусил. — И, подмигнув, Дэвид пошел за упаковкой из — под печенья.

Джулия.

До магазина я решила пройтись пешком. За эти два года, проведенных вдали, я столько раз в своих снах бродила по родным улочкам! А сейчас я наяву шла и наслаждалась сегодняшним волшебным утром. Солнечные лучики играли на фасадах старых домов, вокруг пели птицы. А мне казалось, что это поет моя душа. Листва старых деревьев, колышась на легком ветерке, создавала таинственные тени в тихих переулках. Воздух был наполнен запахом цветов и утренней свежести. От удовольствия я замерла и зажмурила глаза. Как же было хорошо сейчас! Среди всего этого великолепия до меня донесся аромат выпечки. Губы сами расплылись в довольной улыбке. И в таком расположении духа я направилась к магазинчику миссис Лайн. Кто бы мог подумать, что скоро мне так испортят настроение...

Напевая песенку, я стала бродить среди прилавков. Тут были не только продукты, но и всякие милые сердцу безделушки ручной работы. В детстве мне казалось, что хозяйка этой лавки — волшебница, которая все это создала, и я, когда вырасту, — обязательно буду тут работать. Это столько возможностей бы открылось передо мной! Я смогла все потрогать и понюхать. По своей натуре я, скорее всего, кинестетик — живу и пробую мир на вкус. Для меня важны ароматы и тактильные ощущения. Вот и сейчас, не изменяя себе, рассматривала игрушки, сшитые из лоскутков. Какой милый котик, а это кто? Лисичка? Да, точно, — разноцветная лисичка. Какое все красивое вокруг! Из груды этого великолепия на меня смотрели два огромных черных глаза — пуговицы.

— А это кто тут спрятался? — я извлекла на свет медведя.

На ощупь он напоминал мягкое облачко, обернутое в шершавую лоскутную шубку. Взгляд его больших глаз казался суровым и, в то же время, несчастным. Я подалась первому порыву и прижала его к себе. На бирке, прикрепленной к лапе, было написано «Привет, меня зовут Гризли. Давай дружить!» Нет, обратно не положу. Мне определенно нужен этот злюка с милой заплаткой в виде сердца на груди!

— Пойдем за печеньем, Гризли. — прошептав на ухо медведю, направилась к полкам со сдобой.

Подойдя к прилавку, я поняла, что осталась последняя пачка и стоит она на самом верху.

Вздохнув от несправедливого отношения к коротколапым, начала оглядываться в поиске хоть чего — нибудь, что помогло бы мне достать вожделенную пачку. Что, прикажете мне карабкаться по полочкам? Только я встала на мысочки, как меня накрыла большая тень. Опрокинув голову назад, я поняла, что за мной встал очень высокий парень и тянет свою лапу к моему печенью. Я аж замерла от такой наглости! А он, не замечая меня, взял пачку и собрался уходить!

Моментом крутанувшись на месте, я крикнула:

— Эй, мужчина! Вы мое печенье забрали!

Человек — гора медленно обернулся и уставился на меня, не мигая. Мне захотелось спрятаться от его взгляда, и я интуитивно прижала игрушку к себе, как бы ища защиту у нее.

Столько эмоций промелькнуло на лице у незнакомца! Ледяной холод безразличия, удивление, злость, раздражение, — и после этого опять его черные глаза наполнились холодом.

Преодолевая страх, я подошла к нему близко и, указав пальцем на печенье, выдавила:

— Мое, — пытаясь схватить пачку.

Парень резко поднял руку вверх, и сдоба оказалась на недосягаемой для меня высоте.

— Мелочь, отстань. Мне не до тебя. — низким голосом проговорил человек — гора.

— Что? Я не мелочь! Ты чего обзываешься! — во мне закипала злость.

— Я не обзываюсь, а констатирую факт. Отстань, ме — лочь. — по слогам сказал незнакомец и пошел прочь.

От такой наглости у меня аж дыхание сперло.

— А ты… а ты… Гризли двухметровое! — брякнула первое, что пришло на ум.

Парень, не останавливаясь, кинул взгляд через плечо и одарил меня такой ухмылкой, что мне дико захотелось кинуть ему в его широченную спину банку с консервированными персиками, что стояла на стеллаже рядом. Вот так мне испортили настроение и оставили без печенья...

Ну я хоть была не одна и домой возвращалась с лоскутным мишкой, бережно прижимая его к себе.

Эрик.

За много лет я уже привык к ночным кошмарам. Они не пугали, а, скорее, нагоняли дикую тоску и чувство безысходности. А утру я радовался всегда. Не важно, светило ли солнце или лил дождь, просто начало нового дня вызывало ощущение свободы. Ночь я мог сравнить с погружением в глубины вод, чем дальше от поверхности, тем меньше света и тепла. Темнота медленно, как бы пробуя меня, начинала обволакивать. И вот, поняв,