Земля зомби. Вояж по области - Мак Шторм
— Мне кажется, это уже вряд ли, только если совсем в глухих деревнях в такое верили.
— Тебе кажется. Я еще до появления зомби гулял по лесу на Машмете с собакой, так много кто прогуливается, лес идет вдоль водохранилища и рядом частный сектор. Там гуляют местные с собаками, с детьми, пенсионеры тоже любят прогуляться, подышать свежим воздухом. Так вот, я сам лично видел, как один продвинутый дедуля на своем телефоне включил одну из недавних речей президента двум бабкам и все трое восторженно её слушали.
— Может быть. Мой круг общения был явно моложе, чем описанная тобой троица. И там никто не питал иллюзий, видя, как обесценивается с каждым годом рубль и растут цены.
— Ладно, это уже не важно, прошлое в прошлом.
— Да, не успело всё само рухнуть, пришли зомби и подтолкнули. Зато теперь любой может попытаться построить справедливое общество.
— Далеко не любой, да и понятие справедливости у каждого своё.
— Мне кажется, слово «справедливо» невозможно трактовать по-другому, оно подразумевает, что всем одинаково хорошо.
Собеседник посмотрел на меня и усмехнулся. Закурив новую сигарету, он проговорил:
— Вот гляди, у тебя перед глазами как раз хороший пример — этот город. Столовая хорошая, кормят вкусно?
— Немного дорого, но к качеству еды претензий нет, приготовлено действительно вкусно.
— А теперь я тебе скажу, что она государственная, как и все другие заведения общественного питания в городе. Частникам нельзя открывать столовые, кафе и другие подобные заведения, это справедливо?
— Я слышал, что все продукты ваше правительство или руководство, не знаю, как его правильно назвать, изъяло в самом начале и ввело продуктовые пайки.
— Так и было, плюсом еще такие ребята, как я, выезжают караванами на поиски еды и, рискуя жизнью, везут её сюда, чтобы людям было что есть.
— Как я понимаю, делаешь ты это добровольно, не хотел бы — давно бы убежал куда глаза глядят, значит, ты тоже считаешь, что, скажем так, «государственное» распределение продовольствия на всех поровну — это справедливо.
— Да, я так считаю. Что есть дети, старики, девушки, которые не смогут в нынешних реалиях самостоятельно выжить, они нуждаются в поддержке. Иначе какой смысл бороться против тварей, если в нас человечности будет не больше, чем в зомби?
— Всё логично, со всем согласен, но ты вроде хотел показать обратную сторону справедливости.
— Конечно, есть и обратная сторона медали. Люди, у кого были свои магазинчики, склады, овощехранилища и другие бизнесы, связанные с продуктами, в одночасье лишились всего, не получив ничего взамен. Как ты думаешь, с точки зрения таких людей, это справедливость или несправедливость и узаконенный грабеж?
— Согласен, вопрос очень философский и имеет много разных граней. Как тебя зовут?
Протянув мне ладонь для рукопожатия, он представился:
— Михаил.
Я пожал ему ладонь, назвал своё имя и предложил посидеть с нами за столом, поговорить. Зайдя в столовую, мы уселись за стол, я представил Михаила своим приятелям и спросил:
— Расскажи про ваши «колбасные караваны».
Михаил, смущенно улыбнувшись, ответил:
— Извини, не могу, это секретная информация. Сам пойми, нельзя первому встречному рассказывать состав, вооружение, маршруты и найденные хлебные места. Поэтому эту тему давайте договоримся не трогать, хорошо?
— Хорошо. — ответил я и стал думать, о чем еще спросить у нового знакомого.
В это время Кузьмич, с опаской глядя на меня, спросил:
— Мы что, даже за знакомство, по паре капель, не выпьем?
Михаил посмотрел заинтересованно на Кузьмича.
— Ты тут местный, в этой столовой можно свой алкоголь пить? — поинтересовался я у Михаила.
— Официально такое не приветствуется, но если сильно не наглеть, не ставить бутылки на стол, то вряд ли кто слова скажет.
Кузьмич радостно полез в свой рюкзак и скомандовал:
— Ни слова больше, давайте мне свои стаканы под столом, по одному.
Пока хитрец, нашедший повод подлечиться благодаря нашему гостю, украдкой разливал алкоголь в стаканы из-под кофе под столом, я пошел к раздаче, взять чего-нибудь на закуску. В качестве таковой мне приглянулись маринованные грибочки и салат из корейской морковки, нарезанной полосками ветчины и порезанного жареного яйца. Взяв под всё это еще полбуханки нарезанного черного хлеба, я возвращаюсь за стол. Тут уже перед каждым стоит стакан с «кофе» и все ожидают меня. Понюхав свой напиток темного цвета, я понимаю, что это какой-то виски, какой именно — по запаху определить не смог.
Все выпили за знакомство, мы рассказали, что успели повидать в городе. Михаил, выслушав нас, в свою очередь, начал рассказывать про то, что происходило тут. Михаил раньше работал в спецсвязи, всё время забываю, как называется его должность, вроде фельдъегерь. Зомби апокалипсис застал их уже в Нововоронеже, когда они привезли сюда что-то по работе. Ему очень повезло, что на работе им положено оружие, хотя его напарника это не спасло, и он в первые часы получил укус.
Происходящее здесь ничем особенно по началу не отличалось от происходящего в городе. Твари кидались на людей и плодили себе подобных. Незатронутой оказалась атомная станция, поскольку объект был режимным и надежно охранялся. Большим везением было то, что охрана станции не растерялась и почти сразу открыла огонь на поражение по монстрам, а потом, проведя экстренное совещание, разделилась. Половина осталась охранять станцию, вторая половина поехала в город, отстреливая на своем пути зомби. Они ездили по всему городу и через громкоговорители просили жителей сидеть дома, крепко забаррикадировав дверь, не выходить на улицу. Конечно, не все их послушали, кто-то кинулся грабить магазины, кто-то хотел мстить за погибших родственников и убивать мертвецов. Были и те, кто, поддавшись панике, бесцельно бегал по улице, попадая в лапы монстров и пополняя их ряды. Поначалу охрана была малочисленная, но постепенно к ней присоединялись выжившие полицейские и простые люди. Кто с оружием, а кто-то вовсе взял в руки подручные средства или ездил на машине, сбивая мертвецов. Первую волну, хоть с большими потерями, но смогли отбить, а уцелевших людей разогнать по домам. Хотя слаженные действия охраны и примкнувших к ней людей смогли сильно сократить количество жертв, но все равно ужасных сцен было много.
Михаил предложил
