Нечистые души - Хань Сун
– Смерть порождает смерть! Смерть порождает смерть!
Отряд нес с собой похищенные у других врачей и больных вещи. Ян Вэй одновременно чувствовал, что спасен и что еще сильнее приблизился к смерти.
Ян Вэй смущенно проговорил:
– Не знаю, как так получилось, но я еще не мертв. Даже удивительно.
Первым откликнулся доктор Дато:
– Ты – уцелевший пациент? В больнице легко сдохнуть. Так что очень даже хорошо, что ты не умер.
– Как нельзя кстати ты подвернулся, – заметил главред. – Сам же видел: все поют и пляшут, набившись под одну крышу. Радует такое зрелище и сердце, и глаз!
– Прямо так уж и радует! – буркнул Ян Вэй.
– Больница вынуждена спасаться собственными силами. Как отличник труда, я обязан что-то предпринять, – отозвался доктор Дато. – Мы должны отказаться от всего наносного и внешнего и вернуться к природе и истине. И люди и машины ошибочно полагают, будто могут превзойти естество, а по факту совершают сплошь и рядом ошибки. Море цифр не так живо выглядит, как порхающий перед самкой самец птицы.
– Пока птаха поет милую песенку и исполняет изумительный танец на потребу самочки, разве не видно, какие убогие мыслишки стоят за всеми его телодвижениями? Эй, больной, а ты знаешь, что за этим скрывается? – спросил главред.
Ян Вэй тяжело проговорил:
– Лечение болезни танцами? Я и сам попробовал на праздничном концерте что-то исполнить, но вышло отвратительно.
Доктор Дато проговорил:
– Вот! Ты, кажись, наконец-то очнулся. Что же до представления, то да, самец не просто рисуется, а показывает самке, что он здоров, при всех нужных атрибутах, без паразитов в животике и с генами, которые заслуживают того, чтобы получить продолжение.
– Самочек-то как раз что-то не видно. Где они? – Но Ян Вэй тут же подумал: «Ну у меня-то как раз был и ребенок, и семья, а заодно и Цзые». Ко всему примешались забавные диковинки. Но это была его единоличная тайна, которой Ян не собирался делиться с этими типами.
– Самки – не вопрос. Где в дальних далях нет ароматных трав, – заявил доктор Дато. – Самками нам может быть что угодно: палец, шприц, флакон – все сойдет. Ничем не стоит гнушаться. В военное время не стоит быть слишком щепетильным.
– И все же, для того чтобы всем было хорошо, приходится делать все по правилу и по подобию, по форме и по образцу, – добавил главред.
Ян Вэй слушал все это с явным непониманием. Главред тогда достал фотокарточку. Присмотревшись, Ян Вэй увидел Цзые. Доктор Дато пояснил:
– Это единственная уцелевшая на корабле женщина. Мы ее ищем, чтобы клонировать себе тысячу, а то и десять тысяч. Говорят, что она при профессоре Ваньгу.
В глубине души, будто его схватили за все ниточки бытия, Ян Вэй ответил: «Нет».
Главред продолжил:
– Разумеется, здесь не без опасностей. Женщина – вещица, которая в дальнейшем распускается наподобие перьев павлина. Целесообразная конструкция с течением времени обращается в чванливую и надуманную штучку, которая, попусту растрачивая ценную энергию, излишне вкладывается в то, чтобы продемонстрировать всю свою красу. По правде говоря, мы трусливо замерли в нашем замешательстве. У нас на душе – одни сомнения. Чрезмерная радость приносит за собой большую печаль. Вот так и повымирали все павлины.
– А я слышал, что павлинов человек испепелил. Или же обезьяны съели, – вставил Ян Вэй. – Прошу вас воздержаться от дальнейшего клонирования.
– Так ты и в самом деле понятливый человек. Именно такого мы искали… – признал доктор Дато. – Пойдешь с нами спасать больницу?
Главред добавил:
– Тебе нет нужды больше мотаться по палубам. Мы понимаем, что ты не обычный больной.
– А разве больница не собиралась на веки вечные сохранить вверенные ей реки и горы? – спросил Ян Вэй. – Разве не вы утверждали, что нам нужно добиваться консенсуса, оставаться оптимистами?
– Раз уж оказались вместе, то стоит говорить правду. Я знаю, что ты – приближенный к профессору Ваньгу человек.
– Тебе нечего больше тревожиться. Пойдем с нами, будем творить новую историю, – вставил доктор Дато.
Ян Вэй про себя подумал, что история – вроде бы плевое дело, а все равно зашла в тупик. Он глазами искал Цзые среди отряда доктора Дато и главреда, но не увидел ее. Похоже, у этих товарищей при себе был только ее фотопортрет.
Главред указал на малыша:
– Ой, а это кто? Каким образом получился такой похожий на тебя человечек?
Ян Вэй не то в шутку, не то серьезно сказал:
– Я вообще не знаю.
Доктор Дато недоуменно заметил:
– Этот ребенок явно содержит в себе необыкновенный потенциал. Ты с кем-то сошелся? А то сейчас генный анализ сложно провести… За этим старичком – будущее больницы? Ну же, что тебе поведал профессор Ваньгу?
Ян Вэй ничего не ответил. Главред достал еще газетный лист и почтительно вручил тот Яну. Это была переделанная из «Новостей медицины и фармацевтики» газета «Старческое здоровье». В ней была опубликована новая заявка, собственноручно подписанная самим кассиром финансового отдела больницы доктором Шасином.
– «Доктор Шасин»? – зачитал Ян Вэй.
Главред слегка конфузливо предложил:
– Раз уж профессора Ваньгу не отыскать, то пойдем на поиски доктора Шасина. Он один располагает достаточной квалификацией, чтобы стать начальником больницы. Для наших предполагаемых реформ нужен человек, который с готовностью отрубит себе руку, укушенную змеей. А мы же обязаны поддерживать реформы, верно?
– Верно! – отозвался доктор Дато.
23. От вековой обиды сам не свой я в этом теле
Ян Вэю пришлось присоединиться к коллективу доктора Дато и главреда. Называли они себя Конвоирами красного креста и собирались то ли обратить беспорядок обратно в порядок, то ли привнести в порядок еще больше беспорядка – ведь все это цели одного порядка, если задуматься. Конвоиры уделяли повышенное внимание Яну и надеялись, что там, куда он предложил бы им идти, обнаружился бы профессор Ваньгу. Ян же прекрасно сознавал, что краснокрестники лишь хотели отыскать и клонировать Цзые, чтобы все могли вкусить и употребить по назначению это общественное благо.
Ян Вэй заявил врачу и главреду:
– Мне надо обдумать вашу просьбу.
Доктор Дато заметил:
– Не спеши, время есть.
– Все это ради борьбы? – спросил Ян Вэй.
Ответил главред:
– Война – отговорка.
