Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 11 - Сергей Алексеевич Евтушенко
Но сейчас… сейчас у меня наконец-то появилась сокровищница, с которой можно и нужно было работать.
— Если желаете, лорд Виктор, — негромко сказал Эдвард. — Мы можем продолжить работы по реставрации. Разбить зал на подходящие комнаты, украсить и как следует укрепить. Скажите только слово, у нас уже готово несколько вариантов плана.
— Обсудим это вместе с новым казначеем. А пока что — отличная работа, ребята.
Теперь цверги просияли совершенно не стесняясь.
Ритуал выбора слуги всё ещё оставался мне в новинку — хотя я погружался в него далеко не в первый раз. Полночь знала, кого я прочил на роль казначея, но у неё имелись и другие варианты, на случай если я передумаю или выбранная душа откажется наотрез. Сквозь привычный мрак дальнего зова мимо меня проносились фрагменты реальности, в которых существовали дремлющие души — часть из них удавалось разглядеть «на лету». Жизнерадостная на вид крылатая с головой галки, невероятно бледная вампирша в наряде, напоминающем деловой костюм, пожилая женщина-цверг, выглядящая как профессиональный бухгалтер. Я не видел их имён, не знал прошлого, но заранее отметил каждую. Даже если моя основная кандидатка не откажется, возможно, ей понадобится помощница. В конце концов, предыдущая хранительница казны попросту сошла с ума, работая в одиночку.
— Вам всё ещё нужен визирь?
— Мне всё ещё нужен казначей.
Маат-Ка-Тот казалась смущённой моим возвращением — хотя мы обсуждали его в наш предыдущий разговор. Она обещала, что подумает «недолго», но у меня не было ни малейшего понятия, каким образом в этих фрагментах течёт время. Не исключено, что с её точки зрения я вышел за пределы её пузыря и тут же вернулся назад — пока в реальном мире прошло больше двух месяцев.
Но больше тянуть с новым назначением, увы, было нельзя.
— Я… всё ещё не уверена, что хочу возвращаться.
— Нужно ещё время подумать?
— А оно у меня есть? — ответила она вопросом на вопрос.
— Есть, пока я тут, — спокойно сказал я, садясь на материализовавшийся из воздуха стул. — То, есть, не очень много, но и не так уж мало.
Она встала с дивана и потянулась, совершенно по-кошачьи, но скорее нервно, чем эротично. Бывшая первая наложница и визирь лорда Роланда, наследница древней династии Кальдарима, леди, исполненная множества достоинств и способная доставить не меньшее множество проблем. Когда-то давно она совершила ошибку, решившись на сделку с Князем в Жёлтом, и корила себя до сих пор, даже спустя шесть столетий после смерти. И всё-таки, её громадный опыт и мастерство переговоров могли сыграть решающую роль в финансировании Полуночи сегодня.
— Йхтилл пал, — спокойно сказал я, наблюдая, как её кошачьи глаза расширяются от удивления. — Вернее сказать, возродился под новым управлением. Мы вновь союзники, но только когда во главе встал достойный человек. Не безумец.
— Это… невозможно, — пробормотала Маат. — Князь вечен.
— Вечность — штука крайне спорная и неоднозначная. Скажем так, его гнусная сущность надёжно заперта и не скоро получит возможность вырваться на волю. Ближайший век никто не потребует с Полуночи возвращения долга.
Может, даже дольше, а может и меньше — всё зависит от воли и разума Асфара. Если Пожиратель не решит отобедать строптивым вечным замком вне очереди, у нас оставалось немало времени для реализации запасных стратегий. Для части из них нам тоже требовалась Маат-Ка-Тот.
— Сокровищница в любом случае лишена влияния Йхтилла, равно как и соседние помещения.
— Подвох? — наконец спросила она.
Да целый ворох подвохов, если уж на то пошло. Грядущая катастрофа, имя которой Шар'Гот, Старая вражда, пусть и не слишком явная, с Террой — обеим девушкам предстояло найти общий язык, если Маат будет нанята. Наконец, просто повторное воплощение и очень долгая жизнь в Полуночи, которую охраняет тень её возлюбленного в виде Жнеца… такое могло подточить любую решимость. Маат никогда не блистала отвагой, напротив, она прекрасно знала, когда отступить. Но сейчас, запертой в этом фрагменте, ей не удавалось найти повода не выходить за его пределы.
— Придётся договариваться с десятком цвергов, которые уже составили подробный план реставрации, — сказал я. — И устроить настолько надёжную комнату, что, если даже я захочу туда войти, потребуется пароль и отзыв.
— С этим проблем не будет. — пробормотала она, всё ещё погружённая в тяжкие раздумья.
— О, я бы так не сказал. К тому же, подсчёт и распределение финансов могут стать чрезмерной нагрузкой на кого угодно.
— Вы пытаетесь заставить меня разозлиться, — мягко улыбнулась она. — Раззадорить. Я ценю это, лорд Виктор, правда ценю…
Обычно за таким вступлением следует что-то вроде «но предложение принять не могу». Что ж, у меня не было возможностей и сил уговаривать её до пробуждения Шар'Гота. Сокровищница в любом случае получит своего казначея, просто придётся повозиться и притереться подольше.
— Я согласна на одном условии.
— Вот как? — переспросил я, не скрывая удивления. — Каком же?
— Вы представите меня человеку, что стал новым Князем. Я… хотела бы на него посмотреть и убедиться в ваших словах.
— Да вообще без проблем. Мне поклясться, что я вас познакомлю?
— Достаточно вашего слова.
— Тогда оно у тебя есть.
Столб бледного пламени души Полуночи посреди тронного зала смотрелся сродни настоящему чуду. Маат-Ка-Тот стала второй по счёту призванной слугой взамен испепелённым, но что-то мне подсказывало, что далеко не последней. Оградить Адеррайсер надёжным заслоном в сокровищнице было только первым шагом. Дальше требовалось понять, как в самом деле обернуть его против наших врагов.
Глава восемнадцатая
Сон приходил всё более неохотно. Раньше так случалось, когда перед носом маячил очередной дедлайн, а времени на его решение оставалось всё меньше. Нервы, беспокойные мысли, составление новых планов или разбор уже существующих, сомнения и страхи — короче, вполне понятный человеческий набор для бессонницы. Но сейчас, впервые за долгое время, моя душа пребывала в относительном спокойствии, даже несмотря на надвигающийся конец света. Возможно, дело было в том, что столь масштабные катастрофы сложно охватить сознанием, «гибель вселенной» звучит скорее как набор звуков.
Или же спокойствие тоже было иллюзорным, поскольку
