Великий Кузнец - Анри Олл

…

К обеду лес по правую сторону начал редеть. И я увидел их: древние монолиты, молчаливые каменные стражи. Огромные каменные столбы, врытые в землю по идеально ровной дуге. Каждый высотой этажа в три-четыре, если не больше. Тёмно-серый камень покрывали странные руны, которые говорят слабо светились голубоватым светом по ночам. Если приглядеться, то между монолитами будто натянута невидимая пелена: воздух там дрожал, слегка искажая пространство.

А посреди дуги, чуть ближе к нам стоял портал. Его невозможно было спутать ни с чем: гигантская арка из того же тёмного камня, испещрённая рунами. Внутри арки вместо пустоты водоворот цветов: синий, фиолетовый, местами вспышки белого, как постоянно движущаяся живая ткань мироздания.

- Впервые видишь портал? - спросил Игнат, подойдя сбоку.

Я кивнул, не в силах оторвать взгляда.

- Привыкнешь. - Он хмыкнул. - Главное: не смотри на него слишком долго, голова начинает кружиться.

Борис махнул рукой:

- Все в повозки! Проходим быстро, не зеваем!

Василий подогнал первую повозку к самой арке. Я видел, как лошади беспокойно фыркают, явно прибывая не в сильном в восторге от близости к порталу. Они были объезженными и уже привычными, но это не значило, что им нравилось происходящие.

Первая повозка въехала в водоворот цветов и исчезла. Просто... перестала существовать. Будто её никогда и не было. Вторая. Третья. Катерина обернулась, усмехнулась, увидев моё лицо:

- Не бойся, просто ныряй и не думай.

Её повозка тоже исчезла. И вот моя очередь. Возница (пожилой помощник Василия) цокнул языком и лошади двинулись вперёд.

Водоворот рос, заполняя весь обзор. Холод и странное ощущение невесомости.

…

И мы оказались по ту сторону. Первое что я почувствовал - тошноту. Желудок будто вывернуло наизнанку, в голове закружилось, перед глазами поплыли цветные пятна. Я схватился за борт повозки, пытаясь не упасть.

- Нормально, - донёсся голос Игната откуда-то сбоку. - У всех так в первый раз. Через пару минут отпустит.

Я зажмурился, глубоко дыша. Постепенно мир перестал вращаться. Я открыл глаза, всё вокруг изменилось. Позади нас стояла такая же арка портала: мерцающая и будто живая. За ней, полукругом, та же дуга каменных монолитов. Но дальше...

Леса почти не было. Вместо густых зарослей сосен и елей - редкие, чахлые деревца, цепляющиеся корнями за каменистую почву. Зато повсюду камень: огромные валуны, целые скальные образования, выступающие из земли словно кости древнего великана: серый, бурый камень, местами с белыми прожилками. Земля тоже была другой: не чернозём, а каменистая, твёрдая, с редкими кустами сухой травы.

Небо осталось таким же: жёлтый кристалл где-то в центре осколка освещал мир тем же рассеянным светом. Но здесь он отражался от скал, делая всё вокруг каким-то более резким и угловатым.

- Добро пожаловать в окрестности Глыбограда, - Василий придержал лошадей, оглядываясь. - Тут почти весь камень для королевства добывают. Видишь? - Он указал на дальние скалы, где виднелись тёмные провалы. – Каменоломни: известняк, кварц, мрамор, гранит... Хорошие деньги в целом.

Борис подъехал ближе, сканируя горизонт взглядом профессионала:

- Осколок небольшой. До поселения часа три неспешным ходом из-за извилистой дороги между всеми этими скалами. Ночевать будем там. - Посмотрел на команду. - Днём тут относительно безопасно. Тролли пещерные имеются, но они на свет не лезут. Медлительные твари, к тому же. Если увидите - сразу говорите.

- А ночью? - не удержался я.

- Ночью они выходят кормиться, - ответил Лев, не отрывая взгляда от скал. - Но мы до темноты в Глыбоград доберёмся. За стенами будем.

Караван тронулся. Дорога здесь была не грунтовой, как в Зорени, а мощёной. Плоские камни, уложенные плотно друг к другу - работа поколений каменотёсов. Повозки грохотали на камнях громче, но ехать было ровнее.

Я смотрел по сторонам, жадно впитывая новизну: скалы возвышались справа и слева: странные, точно выдолбленные ветром формы. В одной я разглядел вход в пещеру - тёмный зев, откуда тянуло холодом. Лев заметил мой взгляд:

- Не смотри туда долго. Тролли чуют взгляды. - Усмехнулся. - Шучу. Но правда, лучше сильно не высовываться.

Катерина ехала чуть впереди, и я видел, как её рука постоянно лежит на рукояти кинжала. Игнат выглядел спокойнее: покачивался в ритм движению повозки, насвистывая, но щит у него был наготове, прислонённый к борту.

Вскоре мы обогнали и проехали мимо телеги груженной огромными глыбами светло-серого камня. Возница - мужик с лицом цвета пыли и руками в мозолях кивнул нам, не останавливаясь.

- Известняк везут, - прокомментировал Василий. - Видишь белые прожилки? Хороший камень: в столице из такого храмы строят.

Через час пути я увидел ещё одну пещеру. Эта была больше и у входа лежали странные белёсые кристаллы, словно осколки льда.

- Кварц! - Василий оживился. - Вот это уже ценная штука. Магам нужен для всяких их дел: посохи делают, скипетры волшебные... Один хороший кристалл может стоить как мой дом в Зорени.

- Так почему их просто так бросают? - спросил я.

- Это брак, - усмехнулся Игнат. - Трещины внутри, или цвет не тот. Для серьезной магии годится только идеальный кварц: прозрачный, без изъянов. Его в глубоких шахтах ищут, где жилы богатые, а эти на расходники разные и безделушки пойдут.

…

Городской кристалл вдали начинал окрашивать небо в янтарный цвет, когда впереди показались стены.

Глыбоград - название было абсолютно точным. Город будто вырос из самой скалы: серые каменные стены, местами даже не построенные, а выдолбленные в природном образовании. Правда невысокие: этажа в два, не больше, но толстые и основательные.

У ворот стояли двое стражников в кожаных доспехах с копьями. Увидев караван, один из них лениво махнул рукой:

- Василий? Опять со своими табуретками?

- С табуретками и не только, - отозвался купец. - Пропустишь?

- Пошлину плати. Пять медяков с повозки.

Василий, не торгуясь, отсчитал двадцать пять медяков. Стражник пересчитал, кивнул. Ворота открылись.

Город внутри был... утилитарным: никаких украшений, никакой красоты. Дома из серого камня, приземистые, с маленькими окнами. Улицы узкие, мощёные тем же камнем. Люди одеты просто: рабочая одежда, покрытая пылью. У многих руки в мозолях, лица слегка загорелые и ветреные.

Но в центре города возвышался монолит, как и в Зорени. Огромный, с желтым кристаллом на вершине, уже начинающим сильно тускнеть и менять окрас с приближением позднего вечера.

- Постоялый двор