Господин Котофей (СИ) - Русских Алекс

Зарубежные политики как уж на сковороде вертелись, пытаясь представить вторжение обычной ошибкой, мол, все не так, как вы думали, это просто были учения, но войска заблудились, массовый сбой в навигаторах произошел.

Зато Крымская республика, воспользовавшись происшествием, обратились к России с просьбой ввести войска для охраны полуострова, так что «вежливые люди» случились и в этом варианте истории, причем на пару лет раньше.

Пост российского спецназа рядом с проходной нашего завода тоже выставили, все же важный объект Черноморского флота, а девушки и дети рядом с бравыми солдатами фотографировались. Мы с Лешкой и Мишей тоже ходили посмотреть.

На посту у ворот оказались пулеметчик и пара бойцов с автоматами. Я рядом крутился, вдруг чувствую, меня кто-то на руки берет. Смотрю – боец с пулеметом. Леша рядом стоит, говорит:

- Это мой кот.

Боец только кивнул согласно, погладил меня и Лешке передает.

- Хороший котейка, - чувствую, под маской, парень улыбается.

- Да, - Лешка согласился, - Он храбрый очень, меня защищал несколько раз, даже бандитов задерживал.

- Береги его, - боец опять улыбнулся, не поверил, конечно, а зря.

Потом оказалось, рядом корреспондент местной газеты крутился и момент, когда меня пулеметчик внуку передавал, снял. Так я и вошел в историю возвращения Крыма в родную гавань. В прошлом моем варианте истории, когда человеком был, тоже похожий момент случился, только там и мальчик другой был и кот рыжий. Ну, а в этот раз я отметился со своей серой шкуркой. Фото по всем СМИ разошлось, не только нашим, но и зарубежным.

Слава – она такая, покрутился, где надо, вот и знают тебя все, а про мой вклад в спасение города, увы, почти никто не знает. Ну, и ладно, главное, что никакого переворота не произошло, все люди целы, на улицах ликование всеобщее. Нет, непременно те, кто не шибко рады, найдутся, но в данный момент их на улицах совершенно не наблюдается. А вообще похоже на весну 14-го в той жизни. Я тогда в Севастополь приехал, там такое ликование было, всенародное.

Я, кстати, еще раз на «Крузенштерне» побывал, проинспектировав камбуз, даже с коком подружился. Нет, заводская столовая тоже хороша оказалась и меня там привечали, слова плохого не скажу, но меня прямо на парусник тянуло со страшной силой. Интересно, может у этой моей кошачьей тушки бабушка с дедушкой раньше на кораблях плавали с матросами? И меня из-за этого в моря тянет со страшной силой? Так, глядишь, начну по океанам тосковать, тем более что воды я не боюсь. [2] Не знаю, не знаю.

Я еще и на «Волхов» хотел пробраться – тоже что-то ремонтировали на нем. Но там кок меня шуганул. Зря он так. Я, правда, второй раз и на барк и на «Волхов» сам ходил, без сопровождающих. Может из-за этого? Подумал работник поварешки, что я бродячий, сопру что-нибудь. Но все равно зря он в меня тапком кидался. Его спасло только мое уважение к флоту и в «Волхову». Старинное судно, его еще при царе на воду спустили, а до сих пор в составе вспомогательной флотилии. Но все же, то ли дело кок на паруснике, я в него прямо такой влюбленный.

Хоть в гостинице было неплохо, но мне вернуться хотелось, у котов привычка к дому сильная. Тут еще голландец сначала ходил, как в воду опущенный, пока за него Ирина не взялась. Оказалось, что мать Миши снова решила ехать в Европу, обратно к ее нидерландскому жениху, чего парень решительно не хотел. Вот только он же еще несовершеннолетний и сам остаться не может. Мишка даже потихоньку попробовал проконсультироваться у Андрея, заехавшего проведать родных, нельзя ли ему поступить в техникум, чтобы переселиться в общежитие и отказаться ехать.

Ирина, узнав про проблему, развила решительную деятельность. Она такая, она может, знаю я ее, если что-то вобьет себе в голову, то тут даже Сергей предпочитает в сторонку отойти.

В итоге мишкина мать согласилась, что сына лучше оставить в Севастополе, тем более что у него с ее заграничным хахалем очень уж напряженные отношения получались. Она умотала в Голландию, а наш летучий друг обосновался в лешкиной комнате на правах старшего брата. Внук потом по секрету мне признался, что очень рад, он всегда мечтал, чтобы он был, да и по Сашке, уехавшему с матерью в Америку, скучает.

Пришлось, правда, привлечь к разрешению вопроса службу безопасности, как генерал ни отнекивался, но был вынужден пойти на уступки и сделать ряд звонков, выдавая гарантии от своего лица. И все прямо чудесным образом пошло на лад, ответственные лица согласились, чтобы героическая и уважаемая семья Котовых взяла опеку над несовершеннолетним Михаилом Кимом на все время отсутствия его матери или до совершеннолетия опекаемого. Надо же, я даже не думал, что он, оказывается, Ким.

Я по возвращению в квартиру завел себе привычку с утра провожать наших учеников в школу. Увы, про мою тропку уже все в семье знают, но именно поэтому окошко на лоджии не закрывают. Ирина сначала ужасалась и патетически вопрошала:

- А если он свалится?

Но мужская половина семьи с примкнувшим к ним Кимом убедили ее, что я все же кот и для меня лазить по деревьям – это нормально. Зато теперь могу прогуляться по городу, посещаю Артиллерийскую бухту, где меня знакомый рыбак угощает уловом.

***

Все же хорошо, что я начал провожать Лешку с Мишей, встречаю я их не всегда, но пару раз в неделю они задерживаются оба, репетируя в школьном рок-ансамбле. Мне нравится наблюдать, как внук на электрогитаре наяривает, так что я прихожу поприсутствовать, а потом конвоирую обоих до дома. Тут идти-то всего ничего, но, как оказалось, не зря я в эскорт подался.

Мы из школы через дворы идем, так ближе намного, по лестнице спускаемся. Иду вот так в очередной раз, слушаю, как Лешка с Голландцем болтает, как вдруг до меня донесся знакомый запах. Обоняние, скажу я вам у котов хорошо развито, мне внук до сих пор вспоминает про мои пахучие метки в подземелье, на что я ему отвечаю, что естественное – не безобразно и, что без моих меток он бы так и сидел под запором.

И вообще, нюх у меня острейший сейчас, я ведь не просто запах ощущаю, нет, мне понятно, чем человек занимался, как у него со здоровьем, что он ел на завтрак, потому как не только одежда и волосы ароматы впитывают, но и еле слышная вонь присутствует, остающаяся после посещения туалета.

Получается эдакий букет, очень характерный, и в котором я прекрасно различаю отдельные составляющие. Я, конечно, подробностей не даю, чтобы не смущать народ, пусть у меня только два слушателя всего и есть.

Так вот, спускаемся по лестнице, как вдруг меня окатила волна хорошо запомнившегося запаха. Аж шерсть на загривке у меня поднялась от нехороших ассоциаций. Глянул – старичок согбенный шкандыбает навстречу. Вот только больно ловко передвигается он для почтенного возраста, так и ощущается скрываемая хищная ловкость. В руке набитый под завязку продуктами пакет. И видно – несет совершенно без труда.

Еще и зыркнул так неприятно этот престарелый перец на Лешку, на меня буквально повеяло скрытой агрессией. Но прошел он мимо ребят и направился во двор дома. Хм, а ведь он в подъезд идет, в котором вход из подвала есть, не исключено, что оттуда имеется проход в подземелья. Я тут за последние дни местность вокруг тщательно разведал, так что знаю.

А ведь сейчас нырнет в подвал и ищи его свищи, под городом целый лабиринт, уж я-то знаю. Плеснет какой-нибудь химии или обычным табаком след притрусит и все – не найдешь. То, что перед нами замаскировавшийся Злой, у меня никаких сомнений не осталось. Запах – он, как отпечатки пальцев, практически неповторим.

Я дождался, когда замаскированный дедок пройдет, да тихонько парням говорю:

- Леш, этот дед, что прошел – тот самый тип, что тебе угрожал в бомбоубежище. Спустись ниже и немедленно звони дяде Андрею, пусть немедленно приезжает. Если он не отвечает, то свяжись со службой безопасности, они теперь тебя хорошо знают. Теперь ты, Миша, не приближайся ко мне близко и не вмешивайся. Твоя задача – не позволить людям меня оттащить. Сам не лезь, скорее всего, у него пистолет есть. А я постараюсь задержать варнака.