Фрау попаданка - Адель Хайд

И его жизнь представлялась ему чередой бесконечно унылых дней, наполненных терпением, постоянным сдерживанием истинных чувств и желаний.

Всё изменилось в тот момент, когда он встретил её. Она ворвалась в его размеренную жизнь, в его унылый мир, осветив всё золотом своих волос, принеся с собой удивительно аппетитные ароматы булочек и ванили, и барон вдруг увидел, насколько серая и беспросветная у него жизнь. И подумал о том, что, если бы не она, он бы уже был женат на той, кто ему совершенно безразлична, и лгал бы и себе, и ей всю жизнь, и никогда бы не испытал тех потрясающе выводящих из себя, на грани бешенства, эмоций.

Он вдруг почувствовал себя живым, он вдруг ощутил в себе силу, которая была в его древних предках, когда он смотрел на портреты огромных мужчин, первых баронов, тех кого прозвали Золотыми львами. Они жили так, как они считали нужным, они брали в жёны тех, кого любили, и в то время все бароны рождались от любви, и они были сильными, и никто не смел им выговаривать что делать и как жить, потому что золотой лев решал всё сам.

Какими яркими красками вдруг заиграла его жизнь и, делая ей предложение, он совершенно чётко понимал, и в этом он был согласен со своей матерью, что он сошёл с ума, но как же ему нравилось это! Да, он хотел остаться в этом сумасшедшем состоянии навсегда!

Он проверил все законы, он, как владетель, имел право выбрать себе любую жену, и никто, даже сам король был не вправе ему запретить.

Но он не предполагал, что его послушание и попытки соответствовать ожиданиям матери и общества в прошлом, позволят его родственникам думать, что им и его жизнью всё ещё можно управлять.

Он проводил Хелен до дома. После того, как она с триумфом победила на конкурсе, он и те, кто её сопровождал, поехали обратно в Вальдграбен.

Он сидел вместе с ней на телеге, потому что она отказалась составить ему компанию в одном седле, и был совершенно счастлив. Они ехали и обсуждали конкурс, а он прижимался к ней своим бедром, и мысли его становились похожи на кисель, розовый, ка её юбка, от костюма, который он ей привёз.

Барон, веселясь, вспоминал, как к нему подошёл главный распорядитель церемоний королевского дворца, барон Голдштейн, и выговорил ему, что «От вас, фон Вальдек я не ожидал такого».

Потому что барон практически ограбил костюмерную королевского театра, для которой и был заказан этот костюм, и диве, играющей роль поварихи в этой постановке, пришлось выступать в простом белом платье, но зато она обогатилась на пятьсот золотых, что примирило её с потерей уникального, пошитого специально для премьеры, костюма.

Хелен он не стал рассказывать подробности, потому что иначе, она вряд ли чувствовала себя так спокойно и уверенно, как он наблюдал на конкурсе. И ей этот костюм шёл гораздо больше. В чём барон Голдштейн тоже согласился, особенно когда ему достался кусочек торта с гордым названием «Лицен».

Они попрощались перед гастхофом. Барну показалось, что, если бы он напросился на поздний ужин, Хелен бы в этот раз ему не отказала, потому что в её глазах он видел тот же розовый туман, который окутывал и его голову. И скорее всего поздний ужин перешёл бы в ранний завтрак.

Но барон не мог позволить себе хоть как-то испортить репутацию своей невесты, поэтому даже прощальный поцелуй был едва весомым.

А с утра, с букетом цветов, который каждое утро специально для Хелен готовил садовник замка, он стоял перед дверью гастхофа и не понимал почему Хелен не открывает, пока к нему не подошла фрау Хофер, соседка Хелен и, заливаясь слезами, рассказала, что ночью, в дом к Хелен ворвались стражники в форме королевских гвардейцев и увезли Хелен в столицу, в королевскую тюрьму.

— За что? Что они сказали? — спросил барон.

— Они ничего не сказали, господин барон, — ответил подошедший герр Хофер, — Хелен крикнула, что её обвиняют в убийстве мужа.

— Постойте, — нахмурился барон, — но ведь дело должно быть закрыто?

Фриц покачал седой головой:

— Видать, герр Бреннер дело так и не закрыл.

Барон почувствовал, как его глаза заволакивает багровая пелена злости. Он коротко бросил:

— Спасибо! Приглядите тут за «Золотым львом», я скоро!

— Конечно, господин барон, мы и сами уже, благослови вас дева Мария, — осенила спину барона крестом фрау Улита.

Барон подъехал к полицейскому участку, где нашёл пьяного герра Бреннера. Стало понятно, кто всё подстроил. Барону было противно, но он всё равно набил ему рожу, хотя герр Бренер только пьяно отмахивался от него, и особо не сопротивлялся.

— Зачем? — спросил барон.

— Я хотел, чтобы она была со мной, — пьяно икнул герр Бреннер.

И барон оттолкнул подлого дурака.

После чего вышел, вызвал личную охрану и показав на герра Лукаса, приказал:

— Этого привести в порядок и доставить в столицу.

Сам вскочил на коня и поехал в Лицен, он знал, кто за всем этим стоит. Эрик зарвался, но барон ему напомнит, кто из них Золотой лев, а кто ворона, возомнившая себя орлом (на гербе графа Штаремберг был изображён орёл, но издалека он действительно напоминал ворона, примечание автора (выдумано)).

Но для начала ему надо было заехать к лучшему адвокату, к тому, с кем он был дружен с детства, и к тому, кто тоже остался без отца, и пытался противостоять и королевскому совету, и своей весьма деспотичной матери. Молодой король Аустравии, Леопольд Четвёртый.

Антон был уверен, что Лео не упустит возможности утереть нос графу Штарембергу, поставив того на место. Решение молодого короля против решения представителя старой аристократии.

По дороге он заехал к чете Хофер и попросил их быть готовыми приехать в столицу.

Глава 42. Королевская тюрьма

То, что меня арестовали было ожидаемо. Непохож был граф Штаремберг на человека, бросающего слова на ветер. Я хорошо запомнила его взгляд, там на площади Лицена, когда сказала Антону «да».

Но как же славно было ехать с бароном на телеге, я чувствовала, что он тоже испытывает внутри какую-то лёгкость, как будто бы из нас проросли крылья, и подтолкни нас слегка и мы полетим.

Это ощущение не прошло и когда мы попрощались. Если честно, то я боялась этого момента, боялась, что барон попросится на поздний ужин, и не хотела этого, ну вернее так, женщина во