Балкания - Александр Ермак

Трен! До боли знакомо… Билет на завтра. К чему такая спешка?.. Сорок дней. Много это или мало?.. Чек на тридцать тысяч долларов и «после завершения проекта получишь в пять раз больше». Почему так много?..

Его размышления прервал звонок в дверь.

– Проходите, Бруно! Кофе?

– С удовольствием выпью чашечку перед службой.

Стефан провел пожилого смуглого гостя, одетого в легкий светлый костюм, в рабочую комнату, налил кофе ему и добавил себе. Пару минут они сидели молча, попивая приятный напиток мелкими глотками и вертя головами, оглядывая стены, потолок, мебель.

Наконец Бруно отставил чашку в сторону. Его морщинистое лицо пришло в движение:

– Спасибо! Наши планы не изменились?

Стефан сделал еще глоток:

– Нет, единственное…

Морщинки на лице Бруно напряженно сдвинулись друг к другу, и Стефан добавил:

– Вас устроит оплата в рассрочку? Аванс я вам уже выплатил, всю оставшуюся часть переведу. скажем так. в течение двух месяцев.

Бруно неспешно оглядел комнату еще раз:

– Хороший дом – небольшой, но два этажа, свой садик.

Стефан продолжил:

– И в замечательном месте.

Бруно вздохнул:

– Сам бы жил здесь, да обстоятельства. требуют денег. Два месяца. Вы же знаете, что на этот дом претендовали не только вы.

Стефан кивнул:

– Да, жить на Капри хочется многим, но не все готовы заплатить назначенную вами сумму. А я ведь выплачиваю ее всю. Полностью. Верно, не за один раз, но два месяца пролетят незаметно. К тому же шестьдесят первый день – это крайний срок, и, скорее всего, я переведу оставшуюся сумму гораздо раньше.

Бруно задумался, потом сглотнул и уже собрался что-то сказать, но в это время в дверь комнаты постучали. Стефан негромко крикнул:

– Войди!

В дверь протиснулась невысокая, округлая темная фигура:

– Забираю мусора! Можно ли?

Домработница-филиппинка, толком не знающая ни одного языка, кроме родного, приходила каждое утро. Убиралась, готовила на целый день еду, которую Стефан потом разогревал. Он так и не смог запомнить ее настоящего, совершенно непроизносимого имени. Поэтому звал просто – Фила. Она не возражала.

Стефан кивнул женщине:

– Конечно, Фила!

Та забрала мусорную корзину и вышла. Бруно, проводив взглядом домработницу, снова сглотнул, кивнул:

– Все-таки два месяца – это многовато…

– Хорошо: полтора! Сорок пять дней!

Морщинки на лице Бруно разгладились:

– Что ж, как говорит Священное Писание, «терпение нужно вам, чтобы, исполнив волю Божию, получить обещанное». – И добавил: – Но если вы не заплатите через сорок пять дней, то сделка будет расторгнута, а ваш аванс остается у меня в качестве компенсации. Думаю, это будет по-божески!

Стефан согласился:

– Да, это будет справедливо!

– Что ж, я вам верю. Как человек старой формации, да, я – верующий. А вы, насколько помню, нет.

– Нет.

Бруно покачал головой:

– Но невозможно же жить без веры! Во что верят наши новые поколения? В кока-колу? Она спасет вас, когда наступит Судный день? Как, как вы будете жить без веры?!

– Бруно, мы уже говорили об этом. Не верить – не значит не доверять. Я уважаю вас и доверяю вам.

Гость почесал щеку:

– Да-да, конечно, говорили, я помню. Извините, – опустил руку и посмотрел на часы, – мне пора на службу.

Стефан проводил Бруно до порога. Тот, выйдя на улицу, обернулся:

– А пойдемте со мной?! Проведете хоть немного времени среди настоящих, добрых людей, а не в компании бездушных гаджетов. Подумаете, послушаете службу. Сегодня она особенная. Нет, молиться не обязательно.

Стефан отрицательно затряс головой, и покидающий дом гость развел руками:

– Что ж, как хотите! Но помните: двери храма всегда открыты для любого, в том числе и для вас. Никогда не поздно в них войти!

Бруно театрально воздел руки к небу и чуть не сбил пролетающую над ним рыжую бабочку. Проводил ее, впорхнувшую в открытую дверь дома, взглядом:

– Тварь божия…

– Я ее выпущу, не беспокойтесь.

Стефан не стал закрывать за Бруно дверь, действительно намереваясь выпустить бабочку обратно. Ловить тварь божию не пришлось. Бабочка сама села ему на плечо, и Стефан от этого вздрогнул. Он мгновенно вспомнил. Он помнил. Точно такая же рыжая бабочка села на ее обнаженное плечо. Потом перебралась на протянутый тоненький пальчик. С него – на его обнаженное плечо.

Медленно вышел за порог. Бабочка взмахнула крылышками и вспорхнула в воздух. Не спеша полетела над склоном в сторону моря. В сторону Трена.

Вернулся в дом. Там шумел пылесос – Фила прибиралась. Стефан налил в бокальчик ароматной граппы и вышел на тенистый балкон. Сел в кресло и долго смотрел в ту сторону, куда улетела бабочка. У него есть полтора месяца, чтобы перевести деньги с Соломоновых островов, закрыть сделку и стать собственником этого дома. Дома, о котором он столько мечтал. А менеджер банка так неуверенно говорил про пару то ли недель, то ли месяцев.

«Черт бы побрал эти Соломоновы острова! Надо же было оставить деньги там. Перевел бы их сразу в Швейцарию или в Неаполь – и сейчас бы горя не знал. Но что-то же можно сделать прямо сейчас! Занять недостающую сумму, чтобы расплатиться с хозяином дома? Но кто одолжит такие деньги? Никакой банк не даст кредит человеку, у которого нет ни официальной работы, ни постоянных доходов. Про деньги же на Соломоновых островах лучше даже и не заикаться: налоговики так вцепятся, что и до тюрьмы может дойти. Друзья? Ау!.. Семья? Ау!.. Анна? Габриэла? Эти способны только тратить.»

Размышления Стефана прервал голос Филы, вернувшей пустую мусорную корзину на место:

– Кончила я, уходить!

Он вернулся с балкона в кабинет. Еще раз перечитал письмо от Беркли, снова глянул на билеты бизнес-класса «Неаполь – Вена – Трен» и обратно. Какая в Трене для него в этот раз может быть работа? За такие деньги… Конечно, в WP никогда не скупились с оплатой непростого, очень непростого труда, но столько никогда не предлагали. Что же это за работа? На сорок дней…

«УЕЗЖАЙ ТУДА, ОТКУДА ПРИЕХАЛ!»

Стефан снова взглянул в окно, за которым голубела, синела, переливалась перламутром и пенилась его осуществленная мечта. Почти осуществленная. Снова перечитал письмо Беркли и снова почесал шрам на груди:

– Но теперь точно в последний раз!

Вытащил чемодан из шкафа и тут же бросил его. Сломя голову кинулся на улицу.

Домработница была уже в паре десятков шагов от двери и собиралась выкинуть мусорный мешок в контейнер.

– Фила!!!

Она остановилась, обернулась. Темное круглое лицо Филы вытянулось, когда Стефан, подбежав, вырвал мусорный мешок у нее