Фэнкуан: циклон смерти - Женя Дени
А потом беда пришла оттуда, откуда её совсем не ждали. Сначала на приборной панели тускло, но настойчиво вспыхнула красная лампа аккумулятора. Юра заметил её краем глаза и нахмурился, но ничего не сказал, потому что с самого начала почти все лампочки в этой старой машине жили своей собственной, непредсказуемой жизнью. Однако через несколько минут свет на панели начал заметно тускнеть. Стрелки приборов дёрнулись, магнитола тихо щёлкнула и погасла, а фары впереди стоящей машины вдруг стали казаться непривычно тусклыми.
— Юр… у нас всё нормально? — насторожилась Ева, чувствуя неладное.
Он не успел ответить. Двигатель вдруг противно захрипел, обороты резко провалились, и машина обречённо дёрнулась, словно споткнулась на ровном месте. Юра машинально выжал сцепление и попробовал добавить газу, но мотор уже дышал на ладан, и через секунду окончательно затих, потушив за собой и приборную панель.
Юра повернул ключ зажигания. В ответ раздался только слабый, жалкий щелчок и больше ничего. Он попробовал ещё раз, потом ещё, но тишина была им единственным ответом.
— Зашибись! — Он со всей силы ударил по рулю, и от удара ладони противно заныли.
— Что случилось? — встревоженно спросила Ева, хотя уже догадывалась, что ничего хорошего.
— Понятия не имею… — процедил Юра сквозь зубы и уже начал натягивать на себя ненавистный защитный костюм. По его резким, нервным движениям было видно, как он зол. Ему уже хотелось разгромить это проклятое ведро в щепки, но сейчас было не до выяснения отношений с машиной.
Он наспех застегнул липучки, натянул капюшон и, раздражённо хлопнув дверью, выскочил наружу прямо посреди дороги, даже не оглядевшись по сторонам. Водители сзади недовольно засигналили и начали объезжать их по встречной полосе, матерясь и показывая неприличные жесты.
Юра подошёл к капоту, дёрнул замок и поднял тяжёлую крышку. Из-под капота тут же потянулся тонкий, сизый, едкий дымок. В нос, даже сквозь плотный респиратор, ударил резкий, тошнотворный запах горелой изоляции и кислого, раскалённого металла. Он посветил фонариком внутрь и выругался так громко и отборно, что Ева услышала каждое слово даже сквозь закрытые окна.
— Генератор… — только и смог выдавить он, глядя на почерневшие детали.
Тот самый убитый генератор, на который Валерик ещё тогда посоветовал не обращать внимания, потому что он, цитата, "чудной, но вполне себе рабочий". Ремень привода был чёрным и блестел от перегрева, а возле корпуса генератора почернела и оплавилась проводка, кое-где обнажив медные жилы. Похоже, внутри сгорел регулятор напряжения или диодный мост, и теперь аккумулятор оказался полностью высажен в ноль, а без исправного генератора и заряженной батареи эта машина превращалась в бесполезную груду железа.
Починить это на дороге не представлялось никакой возможности. Ни инструментов, ни запасных частей у них с собой не было. Да и на починку у них не оставалось ни времени, ни малейшей возможности, ибо вокруг с каждой минутой становилось только опаснее. Уже начинали собираться подозрительные фигуры, выходящие из сумрака. Юра краем глаза уловил нескольких шатунов, которые медленно выползали из дворов и подворотен, да и просто брели по тротуарам в сторону дороги, привлечённые шумом машин и запахом живых людей. В автомобили они проникнуть пока не могли, потому как не хватало сообразительности, так что, находясь внутри закрытой машины, ты оставался в относительной безопасности. К тому же вояки, проезжавшие мимо, периодически отстреливали особо настырных, поддерживая шаткий порядок. Однако надолго ли хватит этого хрупкого равновесия, никто бы не взялся предсказывать.
Юра заметил, что Ева всё поняла без лишних слов: она уже начала быстро, сноровисто натягивать на себя защитный костюм. Он забрался в салон и вытащил свой рюкзак. Ева тоже забрала свой, прихватила ультрафиолетовую лампу и вторую, точно такую же, кинула Юре:
— Возьми. Они нам понадобятся.
Он поймал лампу на лету и заметил, что поверх защитной мантии у неё уже висела кобура с пистолетом, туда она успела переложить оружие, пока он возился с капотом.
— Так я тебе и не объяснила, как пользоваться, — с кривой, виноватой усмешкой сказала Ева. — Такой себе из меня инструктор…
— Ничего, — отозвался Юра. — Он подумал, что ему тоже не мешало бы пристроить сверху ту самую ФСОшную кобуру, которую они отобрали у военных. — У нас в вузе была военная кафедра около семестра. Мы там, конечно, не стреляли и оружия в руках даже не держали, но что-то я всё же знаю. Плюс я часто играл в шутеры, там хоть какая-то база.
— Это не одно и то же, — справедливо заметила Ева, пристёгивая поводок к ошейнику Бобы. Пёс нервно крутился на уже полюбившемся диванчике, упирался всеми четырьмя лапами и категорически не желал выходить на улицу, чувствуя исходящую оттуда опасность.
— Что будем делать с коробками? — кивнул парень в сторону салона, где остались покупки из магазина медтехники.
— Оставим, — с заметной, искренней жалостью проговорила Ева, бросив на них прощальный взгляд. — На себе не утащим… А разжиться успеем, если повезёт. Давай уходить отсюда… — Закупалась она ими в целях организации лаборатории в подвале их будущего убежища, на случай, если ЦКЗ покажет кукиш.
Она кивком указала на женщину с длинными спутанными волосами, которая уже брела по дороге прямо к ним, неестественно вытянув вперёд трясущиеся руки. Та находилась ещё довольно далеко, но направление держала уверенно, не сбиваясь и не отвлекаясь на другие машины. Юра быстро закрепил лампу у себя под рюкзаком в крепление для спальника, пустовавшее два года после того злополучного кемпинга, в котором он умудрился посеять спальный мешок, подошло идеально, словно было сделано специально для этой лампы. Затем он помог Еве пристроить её лампу, засунув её в боковое кольцо для бутылки с водой. Пришлось немного сломать пластиковый фиксатор, так как лампа оказалась шире и другой формы, но в итоге она держалась нормально, пусть и не так надёжно, как хотелось бы.
— В метро, —
