Бывший, руки прочь от пышки! - Татьяна Бэк

Татьяна Бэк

Бывший, руки прочь от пышки!

Глава 1

Пока ожидаю врача в кабинете, трясусь всем телом так, что зубы стучат. Сегодня наконец-то стану мамой. Точнее, я ей стану через девять месяцев, если всё пройдёт хорошо. Дверь кабинета открывается...

— Ну здравствуйте, пациентка Сердечная Елена Игоревна! — раздаётся низкий мужской голос с сексуальной хрипотцой, который мне до боли знаком.

Нет! Этого не может быть! Надеюсь, мне просто почудилось!

Зажмуриваюсь и поворачиваю голову, боясь открыть глаза. Но дальше вести себя подобным образом уже глупо, поэтому осторожно поднимаю одно веко. Сердце сперва замирает, а потом начинает биться, трепыхаться испуганной пичугой в клетке. Кровь приливает к лицу, и я едва сдерживаю стон.

Это он… Белов Андрей Юрьевич, красавец-мужчина, обладатель тела Аполлона, невероятной харизмы, обаяния и огромного… самомнения. А по совместительству — мой бывший. Предатель, разрушивший все мои девичьи мечты, растоптавший грёзы влюблённой наивной дурочки. Я зубами выгрызала, выдирала с кровью воспоминания об этом типе, и вот теперь он мой врач?

— Какого художника ты здесь делаешь? — рявкаю зло, стараясь скрыть своё разобранное до винтика эмоциональное состояние и трепет, который во мне вызывает вид бывшего.

А выглядит предатель крышесносно, как, впрочем, и всегда. Медицинская форма смотрится на нём, как на актёре порно: литые мышцы того и гляди порвут натянувшуюся ткань. Мужественное лицо с волевым подбородком, на котором раньше была столь любимая мной ямочка, сейчас обрамлено аккуратной ухоженной бородой.

— Сердце моё, вообще-то, я здесь работаю! И ты пришла ко мне на приём! — белозубо улыбается бывший во все тридцать два и нагло осматривает меня с ног до головы.

Физически ощущаю его взгляд, — кожа вспыхивает там, где наглющие глаза этого самца ощупали мои выдающиеся формы плюс-сайз.

— А ты шикарно выглядишь… — продолжает бывший с таким видом, будто не он, мудачина этакий, сломал мне жизнь.

— Не могу сказать о тебе того же! — нагло вру я.

Минуту буравим друг друга взглядами. Если бы можно было поджигать взором — бывший уже осыпался горсткой пепла, но Белову всё нипочём.

— Я пойду! — заявляю, гордо вскинув подбородок, и поднимаюсь со стула.

— Сидеть!

Белов не повышает голос, но его тихий приказ звучит так, что невольно плюхаюсь пятой точкой обратно. Этот мужчина мог бы быть дрессировщиком тигров, они бы у него были как шёлковые. Только вот я не тигрица, а кое-кто пострашнее: обиженная женщина.

— Не ори на меня!

— Сердце моё, я никогда бы не позволил повысить на тебя голос… Ты же знаешь, как я к тебе отношусь!

На мгновение по идеальному лицу бывшего пробегает тень, а в глазах мелькает что-то несвойственное этому наглецу… Боль? Вина? Сожаление?

Только вот мне сейчас плевать! Сожалеть нужно было до того, как на корпоративе в вип-комнате трахать свою начальницу, давно строившую глазки. Решил получить повышение через постель? И пусть это не похоже на Белова, который всего добивался умом и профессионализмом, но я всё видела своими глазами.

— Знаете, Андрей Юрьевич, я действительно пойду! Не уверена, что доверяю вашей квалификации!

Наконец-то мне удаётся добавить в голос достаточно льда и яда, а на лицо надеть маску безразличной ко всему стервы. Но внутри продолжает бушевать вулкан, и лучше мне уйти до того, как он начнёт извергаться. А то на столе у бывшего уже присмотрела увесистую статуэтку, которую можно прицельно запулить в его голову. Только вот я хочу стать матерью, а не осуждённой за убийство в состоянии аффекта.

— Лен, всё, прекрати… — в голосе мужчины вдруг появляется смертельная усталость. — Ты знаешь, что я лучший репродуктолог области. Поэтому хватит этих выступлений, просто расскажи, зачем пришла на приём. Я обещаю, что помогу, сделаю всё, что в моих силах.

Надо же, само светило науки готово облагодетельствовать меня своей помощью. Или это способ снова залезть мне под юбку? Ну уж нет!

При одной мысли, что сейчас мне придётся водрузиться на гинекологическое кресло и предоставить на обозрение Андрею все свои прелести, кровь вновь приливает к лицу, а потом вдруг стремительно уносится куда-то вниз, нещадно пульсируя внизу живота.

Да что же это такое? Откуда это нездоровое возбуждение? Хотя и так понятно. Это, Лена, называется «недолюбИт», что вполне логично, при условии, что у тебя больше года мужика не было.

Я честно старалась, ходила даже на свидания с коллегами и сыновьями маминых подруг, только вот всё это… не то. По сравнению с Беловым все мужики — лишь бледные тени. Вот поэтому и вышло, что этот мудачелло был моим последним любовником, и с тех пор доступ к телу Елены Сердечной был закрыт.

А Белов тем временем словно считывает моё возбуждение и подкрадывается ко мне, как дикий хищник… втягивает воздух, ощущая трепет добычи, — то есть меня — скалит зубы, готовясь вцепиться в мою сочную плоть. Да у меня и самой в этот момент нет никаких мыслей, тело требует безудержного животного секса прямо на его рабочем столе. Чтобы смахнуть все эти документы и даже статуэтку, которую уже мечтала швырнуть в бывшего.

Наверное, если бы не любила по-настоящему Белова, то позволила себе эту слабину. И кто знает... может, заделала ребёнка без всяких ЭКО от незнакомого донора, а забеременела от бывшего, как и мечтала. Только вот моё чувство к Андрею было, да и есть слишком уж глубокое, пустившее корни. Не получится у нас просто беспоследственный разовый трах, о котором можно легко забыть, словно ничего и не было.

Поднимаюсь со стула вновь, но на этот раз очень медленно, маняще, плавно изгибаясь всем телом, которое так любил ласкать Андрей. Он млел от моих женственных округлостей и пышных форм, а сам в итоге залез на худосочную жердь с минусовым размером груди. Сейчас мне хочется, чтобы предатель оценил всё, что потерял.

— Лена… — заклинателем змей шепчет мужчина, гипнотизируя меня своими бездонными серо-зелёными глазами, где расширенные от возбуждения зрачки вытесняют радужку.

Как же хочется утонуть в омуте эти блядских гляделок, которые из меня всю душу сейчас достают.

— Дай пройти, Белов, не доводи до греха! — произношу решительно, но голос срывается.

Бывший нависает надо мной всеми своими мускулистыми тестостероновыми двумя метрами роста. Чувствую жар его мощного тела даже через слои нашей одежды. Как же хочется дать слабину и оказаться в его объятиях, забить на чёртову гордость и просто отдаться страсти.

— Пусти! — повторяю твёрже, но, кажется, бывший думает,