Василёк. В академии Крылатых змеев - Яна Епринцева

Парень сразу бросился в погоню за любимой, да только приехав в город, понял, что отыскать её в этой суматохе и толкотне, никак не получится. Это ведь всё равно, что искать иголку в стоге сена. Походил, поспрашивал, да все только руками разводят. Оказалось, это лишь для Добромила Василиса особенная, а другим, как растолкуешь, чем девушка отличается от сотен других, живущих в этом городе?

Длинная коса, глаза зелёные, глубокие как омуты, стройна и величава как лебёдушка. Да мало ли таких? Отчаялся парень, но возвращаться домой ни с чем не пожелал.

И тогда, не придумав ничего лучше, решил тоже в академию податься. Если смогла суженая пробраться сюда каким-то образом, то он живо её отыщет, а коли нет, то что-нибудь придумает.

План этот был всем хорош. Учащиеся академии после занятий могли спокойно покидать учебное заведение и ходить в город. А старшекурсники и вовсе летали на змеях в свои родные селенья и города.

Вот Добромил и рассудил, что пока суд да дело, поживёт в академии и в случае если Василисы там не обнаружится, будет совершать ежедневные прогулки по столице, в поисках любимой. Если же не отыщет, то со временем сможет облететь все окрестные поселения, и тогда уж строптивице от него не укрыться.

«То, что Василиса поступила в академию, очень сомнительно. Ну не берут туда девиц, это каждому известно. Но может, устроилась работницей какой? На кухню там, или ещё куда? Проверить надо. Ну а коли, нет, то обойду весь город, обыщу каждый уголок его, но найду упрямую девицу», — рассудил парень и отправился поступать в академию.

И теперь Добромил терпеливо сидел возле кованых ворот, ожидая разрешения войти. Он даже не догадывался, что девушка, о которой были все его мысли, находится сейчас совсем рядом, лишь руку протяни. Колдовство ведьмы действовало безотказно, наводя морок и скрывая от взора любящего мужчины истинное лицо Василисы.

Девица же едва могла дышать от страха разоблачения, а ещё от ужасного волнения. Появление Добромила всколыхнуло былые чувства, разбередило рану в сердце, нанесённую его изменой.

«Явился! — думала она, искоса поглядывая на молодого человека. — Агафью свою что оставил? Не мила уже стала? Так ещё и поступать в академию надумал. А ведь раньше ни разу не заговаривал о том, что желает стать ратником, поступить на службу к царю, да и про драконов помалкивал. Хотя… Я ведь тоже не делилась своими мечтами».

Тут девушку посетила новая мысль, которая отозвалась болью в её сердечке:

«А вдруг он и не хотел жениться? И вовсе не меня ищет, а просто нашёл повод отвертеться от неугодного брака? Что же, хороший план! Теперь Добромил свободен, как ветер в поле, вот и приехал осуществлять свои истинные желания».

Находиться рядом с изменником девушке было больно. Всё новые и новые мысли кружились у неё в голове, заставляя горло сжиматься в болезненном спазме. Но деваться некуда, стражи ворот академии больше не показывались и голоса не подавали. Приходилось терпеть и ждать.

Так просидели Добромил и Василиса под деревом довольно долго. Парень рассуждал, с какого места в городе лучше начать поиски. А девушка мечтала поскорее попасть в академию и избавиться от досадного соседства. Наконец, сбоку от ворот отворилась неприметная дверца, и оттуда выглянул высокий парень в кольчуге, накинутой на белую рубашку.

— Эй вы, двое! Проходите! Повезло вам, в этом году в академии недобор, мало кто смог пройти перовое испытание. Так что завтра его для вас устроят, коли выдержите, сможете учиться, — крикнул он, призывно махнув рукой.

Добромил и Василиса живо вскочили на ноги и поспешили к отрывшемуся проходу во двор академии.

Стражник пропустил их внутрь и захлопнул дверцу, заперев её на задвижку. А затем жестом приказал следовать за ним.

Василиса изумлённо разглядывала место, куда она попала. Всё здесь казалось таким необычным, непохожим на то, к чему привыкла девушка. Да и что она видела за свою жизнь? Лес, да деревушку свою. Разве только денёк в городской сутолоке провела, но ничего кроме кривых улочек, да многолюдной площади и не посмотрела толком. И теперь с любопытством оглядывалась по сторонам.

Здание академии было необыкновенно высоким, с множеством узких, вытянутых окон, весь огромный двор вымощен камнем и выметен до блеска. А возле высокой каменной ограды с зубцами наверху были устроены загоны с навесами над ними и коваными решётками.

Куда делся второй стражник, что летал на драконе, девушка не увидела. Возможно, сообщив своему напарнику о решении начальства, тот улетел по своим делам. А может, притаился где-то возле ворот, места для того, чтобы спрятать, не то что одного, а даже с десяток крылатых змеев здесь имелось в избытке.

— Тебя на боевой факультет не возьмут, можешь даже не пытаться, — обратился вдруг стражник к Василисе.

— Да я и не стремлюсь на боевой. Мне целительство интересно, хочу змеев лечить, — ответила она.

Мужчина покачал головой, снисходительно глядя на неё сверху вниз. И он и Добромил возвышались над худенькой фигуркой девушки как две скалы.

— Там тоже сила нужна, и смелость знаешь, какая требуется? Раненый дракон, это тебе не человек! Лежать и охать не будет! Махнёт хвостом — и поминай как звали!

Глава 16

— Я бы тебе знаешь, что посоветовал? — продолжал стражник. — Иди на писаря. Туда обычно самая большая очередь из боярских да купеческих детей, на тёпленькое местечко в дальнейшем попасть желают. Да в этом году везде недобор.

Василиса в ответ лишь фыркнула. Она знала, что тот факультет, на который предлагал поступать ей мужчина, один из самых востребованных и почётных. Ведь выпускники его ценились во всех органах власти государства. Да и все царские вельможи и советники были выходцами именно оттуда.

Разница была лишь в том, что дети из богатых и влиятельных семей, могли строиться на хорошее место и дослужить до почётного звания при дворе. А те, кто попроще, из семей победнее, устраивались в городские управы.

Но каждый из них проходил обучение в академии Крылатых змеев, всё потому, что они тоже имели непосредственный контакт с драконами. Им приходилось летать на них из одного населённого пункта в другой, по делам царя или управы, в зависимости от места службы.

— Да ты не фыркай! Я за тебя боюсь, уж больно хилый, не совладаешь со змеем. Они силу