В поисках королевы - Адриана Белоусова
– Я хочу тебя, – на миг отрываясь от ее губ, прошептал Дор. Его карие глаза блестели от желания, дыхание стало тяжелым. Она снова потянулась к нему, почувствовав себя несчастной, на миг оказавшись без его тепла. – Тебе можно? Ты ведь…
– Можно. Я в порядке, – торопливо проговорила Кордия, скользя ладонями ему под рубашку. От прикосновения к сильному телу сердце забилось еще чаще.
– Люблю тебя, – покрывая поцелуями ее лицо и шею, шепнул Дор. Отпрянув от нее, встал. Подняв ее на руки, понес в кровать, что утопала под темным пологом. Она обняла его за шею, не сводя глаз с любимого лица. На миг ей стало интересно, когда она влюбилась в него? И в памяти всплыл момент, когда Штефан ударил ее. Дор, тогда еще под страшным проклятьем, схватил его за руку и запретил ему это делать. Она была мелкой ведьмой, самым незначительным человеком для него, а он рискнул ради нее жизнью друга. И она знала, что у него не было времени, чтобы подумать: он действовал от души, и это невероятно тронуло ее. После этого она уже не могла смотреть на него, как прежде.
Дор опустил ее на кровать. Спешно разделся, оставив на полу всю свою одежду. Взгляд Кордии скользнул по уже знакомым ей шрамам и задержался на новых. Они покрывали его торс, как узоры, как история его пути и знаки, что здесь ему повезло выжить. Дор снял с нее сапоги, а следом за ними избавил ее от плотного теплого платья, сшитого местными портнихами специально для нее. Когда он потянул за шелковый пояс ее панталон, застонала от охватившего ее возбуждения. Каждое прикосновение Дора было подобно молнией под кожей. Она вспомнила, как прежде он пах грозой, и она всегда знала, когда он приближался.
Кордия обняла его, притягивая к себе. Она горела от желания, и любая новая ласка казалась ей бесконечным промедлением. Дор снова целовал ее, запустив ей пальцы в волосы. Оттянув белокурые пряди назад, коснулся губами ее шеи возле уха, и Кордия тихо охнула.
– Дор… – с нетерпением прошептала королева. Ее лицо пылало, дыхание сбилось. Она потянула его за собой на подушки. Он сбросил их на пол и встал на коленях у нее между ног. Их взгляды встретились. Не отводя глаз, Дор склонился над ней, и сплетя ее пальцы со своими, прижал ее руки к матрасу. Она хотела снова поцеловать его, но он дал ей этого сделать.
Он медленно вошел в нее, шепча ее имя. Кордия выгнулась ему навстречу, не желая, чтобы между ними оставалось хоть какое-то пространство, вцепилась пальцами ему в плечи, и доверившись его ритму, подчинилась страсти, позволяя своей страсти фейерверком разлететься по всему телу, заполнив каждую клеточку эйфорией.
– Навсегда, – зачем-то прошептала Кордия, прижимаясь щекой к влажному плечу Дора.
– Навсегда, – ответил он ей.
И Кордия знала, что так оно и будет.
Глава 40. Последняя встреча
В Шиоронию они выехали через неделю. После встречи с Кассиопеем Дор и Рим должны были сесть на корабль и отплыть в Истрату. Кордия грустила по этому поводу, но старалась не показывать виду. В дороге ее от этого отвлекала тошнота, а когда они оказывались на постоялом дворе, измотанная своим состоянием, тут же засыпала. Единственное, что радовало ее, – Дор засыпал рядом с ней. Она обнимала его во сне, вдыхала его запах, и все трудности становились незначительными. А утром следующего дня думала, как она будет жить без него.
Шиорония встретила их оттепелью и запахом весны. Когда они въехали во двор Красного дворца, на крыльце их встретили Сабола и Йена. Едва Дор вышел из кареты, девочка бросилась к нему и повисла у него на шее. Он погладил ее по волосам, что-то сказал, но Кордия не смогла разобрать, что. Впрочем, это не имело особого значения. Королева взяла на руки Рени и двинулась к крыльцу. На миг обернулась, глядя, как Йена что-то, захлебываясь, рассказывает герцогу и с каким вниманием он слушает ее. Отец и дочь, как мило. Королева вдруг поняла, что ревнует. Будет ли он так же относится к их детям, если они у них будут? Как-то графиня Локк говорила, что после проклятия Дор вряд ли сможет иметь детей. Возможно, Йена так и останется его единственным ребенком.
Сабола забрал у Кордии малышку и поцеловал ее в щеку. Она засмеялась, показывая мелкие зубы.
– С возвращением, – сказал Сабола, и они с Кордией обнялись. – Ты стала еще красивее. И я даже знаю, кто виноват.
– Можешь отругать его, если хочешь, – рассмеялась Кордия.
– Я слишком стар для таких экспериментов, – с серьезным лицом произнес Сабола, но его глаза смеялись.
На крыльцо выбежала Люси. Всплеснула руками, увидев Рени, и взяв ее на руки, тут же зацеловала. Она поискала кого-то взглядом среди прибывших и, не найдя, загрустила.
– Бальтазар приедет через месяц, – догадавшись, кого ищет девушка, сказала Кордия. Люси закусила губу и кивнула, пряча лицо. – Он сейчас очень занят.
Люси еще раз кивнула и пошла с ребенком во дворец.
– У нее нет шансов, – вздохнул Сабола, глядя Люси вслед.
– Пожалуй, – откликнулась Кордия. – Грета все еще держит его.
– Боюсь, что это навсегда, – сказал Сабола и поджал губы. – Быть однолюбами – это у нас семейное.
– Ты заглядывал в будущее?
– Вчера вот на Таро расклад сделал.
– И что там?
– Надо ждать хороших новостей, – улыбнулся Сабола.
Обнимая за плечи Йену, к ним подошел Дор.
– К приезду Кассиопея все готово? – спросил он.
– Да. Он прибудет завтра, – сказал Сабола. К нему подошел Мариан и они сперва обменялись рукопожатиями, а потом обнялись. Гастон, каркая, кружил у них над головами. Из-за двери выбежал Молоко, и ворон спланировал к нему, бодро толкнув его головой.
– Есть варианты, зачем он сюда едет? – спросил Дор.
– Завтра узнаем, – зевнул Мариан. – Со мной он не делился, если ты об этом.
– Со мной тоже, – вставил Сабола и, открыв дверь, вошел во дворец. Остальные последовали за ним.
* * *
Ночь Кордия провела тревожно. Она смотрела на Дора и зная, что корабль в Истрату отходит
