Расколотые небеса - К. М. Дэвидсон

— Она часто так делает? — спросил Уэллс, с оттенком юмора в тоне.

Астерия вышла из своих мыслей, сжав руки на коленях, ее глаза широко раскрылись. Она буквально пялилась на него, пока они трое разговаривали.

— Извини, — сказала Астерия, прочищая горло и переводя внимание на Одо. — Как вы познакомились?

— Астерия. — Одо слегка усмехнулся. Она прищурилась на него и смутно заметила, как Уэллс наблюдает за ней с этой блядской усмешкой. — Разве ты не помнишь, что я был Королевским Целителем для Эльдамайна до того, как ты позвала меня на пост Главы Старейшин?

О. Точно.

Астерия на мгновение поджала губы, склонив голову набок.

— Честно говоря, я мало задумывалась о том, чем ты занимался до того, как попросила тебя возглавить Академию.

Из губ Уэллса вырвался короткий, сдавленный смешок, прежде чем он шлепнул ладонью по своему рту. Астерия бросила на него неодобрительный взгляд, пока он пытался справиться с улыбкой.

— Мне стоит извиниться сейчас. Это было довольно неподобающе с моей стороны. Мне просто интересно, что ты вызвала его, не задумываясь.

— Он был моим учеником, — пояснила Астерия, сама не понимая, зачем она оправдывается перед этим ничтожным принцем. — Я полагала, что он примет предложение, поскольку нет в этом Королевстве чести выше, чем вести за собой будущих Сирианцев этого мира.

— Я не хотел обидеть, клянусь, — проговорил Уэллс сквозь свой тихий смешок. Он откинулся на спинку стула, жестом предлагая Одо продолжить.

Одо, казалось, был заинтересован в том, что происходило между Астерией и Уэллсом, даже если она желала обратного. Его взгляд задержался на Уэллсе, прежде чем вернуть внимание обратно к Астерии.

— Я тоже из Эльдамайна. Мой отец был Королевским Целителем до меня, так что я вырос вместе с Каррафимами.

Взгляд Астерии перескакивал между Эрикой и Уэллсом.

— Так он приехал сюда, чтобы…

— Навестить, — сказала Эрика с грустной улыбкой. — Я полагала, что он примет предложение, поскольку нет в этом Королевстве чести выше, чем вести за собой будущих

— Ты проделал путь из Эльдамайна в Селестию просто для визита? — Астерия нахмурилась, потому что ей показалось странным, что принц просто сядет на лодку и отправится в середину моря навестить друзей по прихоти.

Пока Лиранцы могли открыть портал в любую точку этого Королевства одним щелчком пальцев, всем остальным Существам приходилось пользоваться долгими видами транспорта: кораблями, лошадьми, каретами. Правда, многие Лемурийцы умели превращаться в созданий с четырьмя ногами, плавниками или крыльями, что ускоряло их передвижение, но путешествовать им все равно приходилось.

— Быть вторым запасным наследником не обременяет меня обязанностями, — объяснил Уэллс, пожав плечами, его руки сложены на коленях именно там взгляд Астерии задержался на недопустимо долгое время. Ее живот сжался от неподобающей мысли о том, каковы на ощупь могут быть эти руки и эти бедра. — Моя семья вызывает меня, когда я нужен для дипломатических вопросов, так что я часто оказываюсь в путешествиях через моря, что включает в себя и посещение друзей.

Астерия удерживала взгляд Уэллса, пока Одо медленно обходил заднюю часть своего стола.

Именно тогда она вспомнила о флаконе.

Она застыла, когда он отодвинул свой стул, чтобы сесть.

— Одо…

Склянка упала прежде, чем он успел сесть. Стекло разбилось, погрузив комнату в тишину. У его ног поднялось зеленое облачко.

— Боже правый, что это за ужасный запах? — воскликнула Эрика, прикрывая рукой рот, и резко поднялась с кресла, сделав шаг к столу. Астерия бросилась вперед и схватила ее за руку, останавливая.

— Проклятье, — прошипел Одо, прикрывая нос, взглянув на Астерию. — Без обид.

— Вполне заслуженно. — Она поморщилась, зашипела, когда запах до нее донесся. Она зарылась ртом и носом в сгиб локтя, медленно отступая к двери. — Как бы я ни хотела остаться и поболтать, у меня есть другие дела.

— Изадор, — пробормотал Одо, уставившись в пол. Он внезапно повернул голову к Астерии. — Ты знала…

— Я прощаюсь с тобой, Оруэлл. Астерия бросила ему улыбку, и та, что он ей вернул, согрела ее грудь. Она мгновенно призвала портал и шагнула в свой кабинет, ощутив, как живот дернуло в сторону Одо, прежде чем проход захлопнулся за ее спиной.

Астерия сделала глубокий, успокаивающий вдох, мысленно поблагодарив себя за то, что открыла окна перед уходом. Легкий позднелетний бриз был уже не таким влажным, как несколькими неделями ранее, предвещая скорую осень. Она проплыла через просторную комнату к мягкому креслу между камином и открытым окном, из которого открывался вид на сад Целителей.

Ее беспокоила встреча с Уэллсом. Она полностью потеряла всякий декорум, притягиваясь к нему незнакомым ей образом.

Астерия находила множество мужчин привлекательными с тех пор, как порвала с Родом, но она отказывалась заигрывать с ними. Она не доверяла никому свое сердце, и, если она могла легко удовлетворить себя, зачем они ей были нужны?

Она нашла дружбу с такими, как Одо, Сибил и ее братьями и сестрами, чтобы занять свое время. У нее также была вся Академия учеников, если бы она захотела взять других учеников в будущем.

Но что-то в Уэллсе досаждало ей самым лучшим и худшим из возможных способов. Впервые за долгое время она ловила себя на том, что фантазирует о том, каково было бы ощутить его усмешку на своих губах, горле, груди. Сильные руки, блуждающие по ее телу.

Если его телосложение хоть как-то указывало на то, что скрывается под одеждой…

— Астер, — глубокий, характерный голос прервал ее мысли.

Она вздрогнула во второй раз за сегодня, хотя не было сомнений, кто был в ее кабинете.

— Отец, — выдохнула Астерия, вскарабкиваясь со своего стула.

Галлус наблюдал за ней с пристальным взглядом, пока она расправляла платье, собираясь с мыслями.

Ее отец, стоящий в ее кабинете, был верным способом отрезвить ее.

Астерия была похожа на своего отца не только в своей божественной форме, но и в смертной. Многие говорили о том, что он был привлекательным Существом для Лиранцев, людей, Сирианцев и других. Будь то в смертной или божественной форме, у него был способ смотреть на человека и притягивать его, даже если их инстинкты кричали им бежать.

Галлус обладал такой всепоглощающим притяжением, что ничто — даже свет — не могло вырваться из нее.

Мать Астерии говорила, что он был жутко и непростительно красив как смертный. Прямые иссиня-черные волосы — которые унаследовала Астерия — ниспадали до лопаток, ледяные голубые глаза смотрели из-под тяжелого взгляда. Он