Высокие ставки - Хелен Харпер

— Так и есть, — мои подозрения, однако, подтвердились. Не могу поверить, что он полночи не спал, чтобы собрать всю информацию, которую только мог извлечь из виртуального мира, просто в надежде, что она мне понадобится. Он отличный парень, но он достаточно умён, чтобы требовать за свои услуги рыночную цену. Учитывая, что я всё ещё должна ему денег, происходит что-то ещё.

— Чего ты на самом деле хочешь?

— Эм, — краснеет он. — Ничего, просто…

Я вдруг понимаю, что что-то изменилось. Я улыбаюсь ему.

— Твой голос! Он прошёл ломку!

— Да, — признаётся он, улыбаясь. — Я был практически последним в классе, что немного смущало, особенно когда мой голос начинал срываться в самый неподходящий момент… Но на прошлой неделе словом недели было «громогласный». Главным образом потому, что когда я не сосредоточен, я говорю как мой старый учитель начальных классов, который любил громко кричать о десятичных запятых.

Я рада, что он не настолько повзрослел, чтобы забыть о своих более привлекательных чертах характера.

— Попробуй, — говорю я.

Rogu3 прочищает горло.

— Нет, глупое дитя, — гремит он, — калькуляторы предназначены для тех, у кого проблемы с арифметикой!

Я хлопаю в ладоши.

— Впечатляюще. И, безусловно, громогласно. А теперь скажи мне, почему ты здесь.

За дверью моей спальни раздаётся сопение. Rogu3 бросает на меня взгляд.

— Либо ты действительно изменилась с тех пор, как стала кровохлёбом, Бо, либо у тебя появился новый друг.

— Это дело, над которым я работаю. Отвечай на вопрос.

Он сглатывает.

— Ты можешь отказаться…

— Само собой. Продолжай.

Он встаёт, засовывая руки в карманы.

— Это глупо, — бормочет он. — Забудь, что я когда-либо был здесь.

— Rogu3, сядь. Ты можешь спросить меня о чём угодно. Я не кусаюсь, — его глаза встречаются с моими, и я мягко улыбаюсь. — Я обещаю.

— Хорошо, да, — кивает он. — Я могу тебе доверять. Я знаю тебя целую вечность.

Очевидно, что «целая вечность» для подростка означает нечто иное, чем для меня.

— Конечно, — я жду, когда он заговорит, но он только переминается с ноги на ногу. По какой-то причине ни один из его шнурков не завязан. — Rogu3, у тебя проблемы? Это из-за хакерства?

Он уныло качает головой в знак несогласия.

— Твои экзамены? Ты ведь досрочно сдал выпускные экзамены, не так ли?

— Только математику. Всё прошло нормально.

— Твои родители?

— Нет. Дело не в них.

— Rogu3, — мягко говорю я, — ты должен дать мне хоть что-нибудь.

Его нижняя губа выпячивается, и на одно ужасное мгновение мне кажется, что он вот-вот заплачет. Он делает глубокий вдох и пытается взять себя в руки.

— Её зовут Наташа, — говорит он.

Хорошо, что он смотрит на свои кроссовки, а не на меня, потому что у меня отвисает челюсть. Я быстро захлопываю рот. Мне, наверное, следовало догадаться, в чём проблема, но он всегда казался мне особенно уверенным в себе и собранным. Полагаю, не имеет значения, кто ты — когда ты влюбляешься, у тебя появляется тот же оттенок безумия, что и у всех остальных.

— Она твоя девушка?

Он пинает ножку стула.

— Если бы, — он вздыхает. — Я ботаник. Ботаник, который прячется в гараже своих родителей и целыми днями возится с компьютерами.

— Который, вероятно, сейчас более успешен, чем кто-либо из твоих сверстников когда-либо будет за всю жизнь, — замечаю я. Затем поспешно добавляю: — Не то чтобы я оправдывала незаконную деятельность.

— Если тебе не нужны эти файлы, я могу забрать их обратно, — Rogu3 указывает на папку Коринн Мэтисон в моих руках.

— Ты же знаешь, что я оставлю их себе, — я откладываю папку. — Давай сосредоточимся на Наташе, хорошо?

— Она богиня. Она умная, красивая и классная, — Rogu3 фыркает. — И популярная.

— Ты приглашал её на свидание?

— Она на меня даже не взглянет.

— Ты не узнаешь, пока не…

— Попробуешь? Да, да, да. Но я-то знаю, Бо. Поверь мне, я знаю. Как ты думаешь, почему я здесь?

— Чтобы попросить совета, — отвечаю я.

— Эм, да. Совета. Конечно.

Выражение его лица наводит меня на мысль, что я последний человек, к которому он обратился бы за этим. Учитывая состояние моей личной жизни, это неудивительно. Но это всё равно не объясняет, почему он здесь.

— Выкладывай. Чем я могу тебе помочь?

— Нет, ты права. Совет — это хорошо. Именно за этим я сюда и пришёл.

— Rogu3, ты не обидишь меня, если не захочешь прислушиваться к моим советам.

Его облегчение ощутимо.

— О, ладно. Хорошо, — он кивает. Затем всё это превращается в торопливый лепет. — Ты теперь вампир, так что ты крутая и гламурная, и если ты появишься в моей школе в этой кожаной куртке и с этой своей обычной надутой мордой, и придёшь поговорить со мной, то, может быть…

— Ты будешь крутым за счёт своих знакомых? — сухо спрашиваю я. Это не то слово, которое я когда-либо употребляла по отношению к себе, но я могла бы согласиться с ним. Затем я хмурюсь. — Погоди, какая ещё надутая морда?

Он игнорирует мой вопрос.

— Я знаю, что ты не сможешь прийти днём, но в пятницу вечером в спортзале будет играть группа. Там даже будет бар. Для подростков младше восемнадцати, — добавляет он, заметив мой недоверчивый взгляд. — Это же школа, помнишь? Там все будут. Мы могли бы придумать код, а потом, когда она будет поблизости, ты могла бы зайти и, ну, знаешь, притвориться, что узнала меня.

— Только это не будет притворством, потому что я узнаю тебя.

Его лицо проясняется.

— Точно! Так даже лучше!

Он выглядит таким полным надежды и рвения, что напоминает мне Кимчи.

— Учитывая то, как сейчас относятся к вампирам, я не думаю, что дружба с одним из них улучшит твою репутацию на улицах.

На его лице появляется расчётливое выражение.

— Ну, вместо того, чтобы быть моим другом, ты могла бы, знаешь, быть подлой и коварной. Ты могла бы показать свои клыки и угрожать всем, и тогда я мог бы, — он переминается с ноги на ногу, — вырубить тебя или ещё что-нибудь в этом роде.

— Rogu3, — вздыхаю я. — Ты один из самых умных людей, которых я знаю. Тебе не нужно устраивать шоу или быть кем-то, кем ты не являешься. Просто будь самим собой. Ты красноречив и чётко формулируешь свои мысли. Ты не нуждаешься в подобных выходках.

— Ты не понимаешь, — он раздосадованно сжимает челюсти. — Я фрик. У меня прыщи, и я худой, а моих друзей больше интересует двоичный код, чем нормальные подростковые штучки.

Я