Создатель злодейки. Том 2 - Sol Leesu

Родители всегда советовали ей выбирать того, с кем она хочет быть всю жизнь.

«Если так, то, может быть… я люблю этого мужчину».

Шарлотта, привыкшая получать любовь, но совершенно не умеющая ее отдавать, слегка склонила голову. Если это и вправду любовь… значит ли это, что она откажет другим ухажерам и выберет Леннокса?

«Жаль».

Особенно наследного принца Вернера.

Шарлотта почти не испытывала к Вернеру чувств как к мужчине и даже была немного разочарована тем, что он уже не одаривал ее бесконечным вниманием, как в начале. Но вся привлекательность Вернера заключалась вовсе не в нем самом, а в том, что однажды он станет правителем империи.

Кроме того, Шарлотта все еще не могла до конца отказаться от Септимуса, самого сильного мага в мире. Даже великий герцог Трандиа, хоть и заметно охладел в последнее время, все равно не мог отвести от нее взгляд. Ей дарили слишком много любви, чтобы она могла остановиться на одном человеке.

«И вообще… выйти за него я все равно не смогу».

С этой мыслью она посмотрела на Леннокса.

Она ведь даже почти получила предложение от Вернера и до сих пор не ответила. Если в таком положении Шарлотта свяжется с Ленноксом… Тот, несомненно, подаст в отставку. Он не вынесет вины перед наследным принцем, своим господином. Возможно, Леннокс даже откажется от рыцарского титула.

Порядочность Леннокса, его нетерпимость к несправедливости и преданность чести часто вызывали восхищение, словно он был рыцарем из сказки.

Но сейчас абсолютно не тот случай.

Что толку быть «самым сильным человеком империи», если ты больше не рыцарь?

Для Шарлотты положение человека было сродни доказательству его ценности. Чем больше человек признан в обществе, тем он ценнее.

«Значит, любить Леннокса я все равно никогда не смогу».

Любовь – странное чувство. Когда ее получают, она ощущается близкой, а когда нужно отдавать, становится пугающе далекой.

Шарлотта принимала любовь других так же естественно, как свое право, но иногда не могла понять, почему кто-то готов добровольно идти на жертвы и проявлять преданность, не получая ничего взамен. На что такие люди надеются, если не уверены, что им ответят взаимностью?

«Но все же жаль… Хочу, чтобы он был рядом. Может, когда мои чувства разовьются, попросить его стать моим рыцарем? Пусть будет со мной всю жизнь».

Шарлотта не хотела быть его женщиной, но и потерять не могла. Так что она решила хотя бы привязать его к себе.

– Сэр Леннокс, я…

Позабочусь о вас, собиралась она сказать.

Но мутный туман в глазах Леннокса внезапно сменился яростным блеском. Он вытащил меч и затушил костер.

Похоже, было уже слишком поздно. Хотя твари еще далеко, их уже заметили.

– Спрячьтесь за мной.

Шарлотта растерялась лишь на миг, а затем с побелевшим лицом спешно укрылась за его спиной.

Если бы они были в столице и врагом был человек, она могла бы для приличия сказать: «Но…» Однако сейчас другой случай. Тут действительно стоит вопрос жизни и смерти.

Сжавшись за его спиной, Шарлотта прошептала дрожащим голосом:

– Это… монстры?

– Да.

– Мы сможем победить?

– Должны.

Ответ Леннокса был каким-то неопределенным. Словно он сам убеждал себя в своей решимости.

Значит, противник настолько силен? Шарлотта в страхе вцепилась в край его одежды и тяжело задышала. Вновь представив жуткую, нечеловеческую склизкую тварь, она поддалась панике.

Леннокс только внешне выглядел уверенным. На самом деле, было бы неудивительно, если бы он упал в обморок, балансируя на грани жизни и смерти. Когда Шарлотта прижалась к его спине, стало понятно, что у рыцаря сильнейший жар.

Однако даже так он должен был защищать ее ценой собственной жизни.

Он обещал.

Обещал, что защитит несмотря ни на что.

И она верила ему. Несмотря на страх. Потому что это был Леннокс.

Рыцарь закрыл глаза, оценивая противника. Присутствие было тяжелым и многочисленным, непрерывным, но нерегулярным.

Монстр. Противник по крайней мере с шестью лапами, значительных размеров, но приближающийся с ужасающей скоростью.

И их очень много. Они, казалось, двигались стаей, вероятно, десять… нет, двадцать особей или больше.

Это означало, что Леннокс не сможет даже отвлечь их, дав Шарлотте убежать.

Ни один из них не должен уйти – со всеми нужно разобраться здесь. Леннокс думал об этом, ожидая, пока монстр покажется.

Но что-то шло не так. С приближением монстров воздух делался гуще и явственнее примешивался странный запах. От одного лишь вдоха у Леннокса задрожали пальцы.

Ах, проклятье!..

– Леди Шарлотта! Не вдыхайте!

Грибы Лимби.

Когда Леннокс понял, кто перед ним, то принял и свою судьбу.

«Похоже, теперь я действительно погибну».

К каждой битве Леннокс подходил готовый к смерти. Но за всю жизнь никогда не сталкивался с таким полным отчаянием. Никогда прежде не бывал так ослаблен. С тех пор как он стал мастером меча, его тело и сила превосходили обычные настолько, что он не болел, не ранился серьезно и ни разу не был на грани гибели.

И вот сейчас появились эти Грибы Лимби, одни из самых жестоких монстров.

Если Леннокс погибнет здесь, то должен прежде высвободить всю свою внутреннюю энергию ки и уничтожить всех тварей до последней.

Если ему не удастся защитить Шарлотту, то сама его гибель будет совершенно бессмысленной. Учитывая его физическое состояние и природу монстров, чем дольше будет длиться сражение, тем более невыгодным станет его положение.

Грибы Лимби с определенными интервалами распыляют в воздухе ядовитый газ, воздействующий на центральную нервную систему и вызывающий галлюцинации. Леннокс, который был устойчив почти ко всем ядам, в своем нынешнем состоянии мог им поддаться.

Ситуация была патовой. Из всех вероятных мест, где можно было повстречать Грибы Лимби, это случилось в пещере! Леннокс еще мог выдержать их напор, но Шарлотта наверняка окажется под воздействием ядовитого газа.

«Пути к отступлению нет…»

Не оставалось ничего другого, как покончить с этим как можно быстрее.

Леннокс посмотрел на паукообразного монстра и активировал внутреннюю энергию ки в своем теле. Сила, окутывавшая его треснувшие и сломанные кости, а также поврежденные органы, пришла в движение и начала концентрироваться в мече, который держал рыцарь.

– Кхыа!..

Как только внутренняя травма, до сих пор едва сдерживаемая энергией, проявилась, изо рта рыцаря хлынула кровь. Леннокс грубо вытер ее тыльной стороной ладони, прежде чем принял боевую стойку.

– Леди Анджело, отойдите подальше и постарайтесь не вдыхать яд, – пробормотал он, усиливая ослепительно-белую энергию меча. Когда Шарлотта, как послушный