В поисках королевы - Адриана Белоусова
– Смысл сейчас обвинять друг друга? – с досадой сказал Мариан. – Нужно решать проблему, времени осталось не так много.
– Пойдем пройдемся, – кивнув в сторону Дора, спокойно произнес Лейф. Чего он ждал от этой прогулки, сомнений не вызывало, и герцог сам того не желая, стиснул рукоять меча. – Мариан, проследи, чтобы слуги собрали наши вещи: после обеда мы едем в Шиоронию.
Мариан кивнул и, хромая, двинулся в помещение для слуг.
– Встретимся через двадцать минут у реки, – сказал Лейф и стал подниматься по лестнице.
Дор проводил его взглядом. Он знал, зачем король идет. Сейчас на нем не было пояса с мечом.
* * *
Полуденное солнце приятно припекало. Дор смотрел на реку, вода которой искрилась в солнечном свете. Ему не хотелось драться, но то напряжение, что было между ним и Лейфом, требовало выхода. Даже если все закончится смертью одного из них.
– Надеюсь, ты готов, – раздался за спиной голос Лейфа.
– Еще скажи, что тебя это волнует, – ответил Дор.
Вместо ответа Лейф его атаковал. Двигался он легко и уверенно, словно танцевал. В глазах была злость, а губы кривились в усмешке. Словно у него был какой-то план, и он ему следовал. В его выпадах чувствовалась и ярость, и в то же время холоднокровие. Дор завидовал его легкости: свои движения казались ему грубыми и тяжеловесными.
– За свою ложь ты заслуживаешь смерти, – сказал Лейф, когда их мечи скрестились, и они замерли в противостоянии. Натиск короля был достаточно силен, но Дор смог отбросить его назад. Лейф удержался на ногах и снова двинулся на герцога. Мечи снова скрестились.
– Для моего убийства ты выбрал не самый удачный вариант, – парировал Дор, хотя уверенности в том, что он победит, у него не было. Он часто ошибался, и только везение не позволяло этим ошибкам стать фатальными. А еще он считал, что они зря тратят время, вместо того чтобы заняться поисками Кордии.
– Я оскорбленная сторона, и я решаю, каким способом тебе умереть! – ответил Лейф. Он слегка запыхался, на лбу выступила испарина.
– Похоже, ты не в курсе, но дуэли запрещены! – крикнул Дор, снова отражая атаку Лейфа.
– Я король, мне можно! – усмехнулся тот.
Один удар – и меч Дора отлетел в сторону. Ткань на рукаве обагрилась кровью, но боли он не почувствовал. Знал, что она придет позже. Выхватил из ножен кинжал, готовый защищаться.
– Так не интересно, – сказал Лейф и бросил меч на землю. Вытащил кинжал и замер, дразня Дора, чтобы тот открылся. Дор сделал обманчивый жест, и Лейф бросился на него.
На этот раз Дор лишил короля оружия. Но Лейф не растерялся и одним ударом обезоружил герцога. Теперь они снова были на равных и перешли врукопашную. Оба были злые и уставшие, но каждый хотел выместить на другом свою злость. От адреналина у Дора темнело в глазах, сердце бешено билось, заставляя забыть о боли. Он разбил Лейфу лицо и, похоже, сломал нос. Тот заехал ему ногой в грудную клетку, и пара ребер не выдержали его удара.
– Как же я тебя ненавижу! – сквозь зубы процедил Лейф, пригвоздив Дора к земле. Герцог не сомневался в искренности этих слов, стараясь убрать руки короля со своей шеи, но хватка оказалась железной. От нехватки воздуха в голове загудело, а перекошенное от ярости лицо противника начало размываться. Он попытался ударить его коленом, но тело сделалось ватным, и толчок получился слабым и смешным.
– Это взаимно, – прохрипел Дор и пожалел об этом. Два слова отняли у него силы, и сознание стало затухать. Ненависть к Лейфу превратилась во что-то далекое, не имеющее никакого значения. Он не сомневался, что умирает.
* * *
Свет вернулся неожиданно. Легкие вдруг так наполнились воздухом, что стало больно. Дор открыл глаза и, поморгав, огляделся по сторонам. Он лежал на берегу реки, на том месте, где упал из-за обманного трюка Лейфа. Хотелось пить. Уставшее за день солнце уже пригревало не так сильно, и герцог ощутил дрожь. Поднявшись, он подобрал свой меч.
Лейф сидел на краю берега и смотрел на воду. Он сбросил камзол и был в одной рубашке, на белой ткани которой темнели багровые капли.
– Когда настроен кого-то убить, надо в итоге проверять пульс, – сказал Дор и закашлялся. Горло саднило, и он с трудом ворочал языком. – А не пускать дело на самотек.
– Я не собирался тебя убивать, – не оборачиваясь, сказал Лейф и бросил камушек в воду. – Я дал слово матери, что не сделаю этого.
– С меня она взяла такое же обещание, – вздохнул Дор.
– Получается, нам придется терпеть друг друга до конца дней, – усмехнулся Лейф.
– Не думаю, что это долгий срок, – заметил Дор. Лейф рассмеялся, оценив его слова.
– Вряд ли мы сможем стать друзьями, – задумчиво проговорил Лейф и посмотрел на Дора. – Но может быть…
– Пожалуй, такой поворот событий точно убьет меня, – резко сказал Дор, не дав королю договорить.
– Но мы можем попробовать стать братьями, – закончил свою мысль Лейф. Ворот его рубашки был расстегнут, и Дор увидел цепочку со странной подвеской, похожей на длинный наперсток размером с мизинец.
– Что это? – спросил Дор, не сводя глаз с украшения.
– Вся моя жизнь, – сжав двумя пальцами подвеску, едва заметно улыбнулся Лейф. – Так что скажешь, герцог де Брата?
Глава 5. Встреча в трактире
Грета смотрела на тропинку, которая скрывалась за деревьями. Она чувствовала, как лес дышит, но это дыхание принадлежало не ему, а Киане. Окутывал своей силой ее тело, делая покорной. Она мотнула головой, прогоняя чужую магию. Мысленно прочитала заклинание и ощутила, как магические тиски ослабли. У нее были сомнения, что ее магия сработала по-настоящему. Подозревала, что Киана играет с ней, обманывает ее, давая поверить в свое могущество. Едва эта мысль проскользнула в ее сознании, она уловила тихий звук, похожий на смех. Значит, она права.
Не обращая внимания на это, Грета сделала несколько шагов вперед. Ветер волной ударил ей в лицо и разметал волосы. Киана, как всегда, появился перед ней неожиданно. Но на этот раз он был не один, а с Таликой. Та, словно кобра, вилась вокруг его тела темной дымкой.
– Киана, мне надо уйти, – голос Греты прозвучал звонко, и ей показалось, что это нельзя воспринять серьезно.
– Я тебя не держу, – сказал Киана, и в его глазах вспыхнул странный огонек. – Найдешь возможность уйти – иди.
– Да ладно, не