Наследник для хозяина стаи - Эми Мун

И с этим никак нельзя было бороться. Но Аврора пыталась. Хотя сны превратились в нечто совершенно невозможное... Теперь это стало в порядке вещей просыпаться от оргазма. А потом плестись в ванную и там получать еще один.

Как же хорошо, что охрана ночевала в отдельном домике. Аврора очень надеялась, что никто не слышит ее стонов.

— Сегодня надо погулять очень много, — шепнула, пряча нос в пушистую шаль. — Пройдем с тобой не три, а пять километров…

Но ее планы нарушил звук подъежавшего авто.

В груди похолодело. Нет… нет-нет-нет! Она не ждала гостей! Вообще!

Аврора метнулась к двери, потом от нее и снова схватилась за ручку.

Надо идти встречать. Может, это альфа! Ох, нет, только не он! Пусть сидит в своем логове, и без него хорошо! Но ее настырные омежье “я” скулило от счастья и требовало выбрать самое красивое платье, а лучше — бежать встречать голой. Если надо — ползти.

Аврора сердито тряхнула головой.

— Не дождёшься, — процедила сквозь зубы и, крепче закутавшись в шаль, покинула свое убежище.

Но только подошла к лестнице, дверь с лязгом распахнулась. На пороге действительно стоял Сабуров.

И вид у него был неважный.

* * *

Давид

Девчонка замерла у края лестницы испуганной ланью. Глаза широко распахнуты, ладонь накрыла живот — ну просто хоть долбанную картину пиши. Мадонна, блин! Давид слегка поморщился — голова болела невыносимо, а позвоночник крутило так, что по суставам отдавала глухая ломота. Молча пройдя к барной стойке, Давид вытащил из шкафчика кружку. Ему нужен кофе. Потом все остальное.

Щелкнув на несколько кнопок кофемашины, Давид полез в ящик. Где банка с капсулами, черт возьми?

— Полка прямо над вами, господин Сабуров, — прошелестел за спиной тихий голос.

Твою мать!

Давид забористо выругался, но кофе все-таки достал. Так, теперь его надо сварить. Омега все равно ни черта не умеет.

Или умеет?

Острая пульсация в затылке нарастала с каждой секундой. Давид уже всадил две ампулы обезбола, но пока оно подействует…

Рядом снова послышалось шуршание.

— Позвольте мне тоже сделать кофе?

Банка разлетелась, ударившись о стену, и брызнула во все стороны осколками. А Давид в один шаг прижал омегу к столешнице и навис сверху.

— Я не разрешал говорить!

Аврора крупно вздрогнула и склонила голову.

— Простите.

Злость, кипевшая в нем все эти долбанные два дня, резко пошла на убыль. Проклятье. Она же беременная… Нельзя кричать. Давид отодвинулся, с неудовольствием наблюдая, как Аврора торопливо отходит в сторону.

— Ты можешь сварить кофе, — указал взглядом на кофемашину.

Омега кивнула. Но не тронулась с места. И рта не раскрыла. А серые глаза потемнели до черноты. Но не от похоти.

Вот черт. И почему он себя чувствует последним обмудком? Ну да, слегка повысил голос… Не ударил же. Давид с силой потер переносицу. Ем вдруг вспомнилась их первая встреча. И ссадина на девичьем лице.

— Вольский поднимал на тебя руку?

Аврора поколебалась, но все же кивнула.

— Да.

— Часто?

— Мне казалось, что да.

— После аукциона нос тебе разбил тоже он?

— Его жена.

Твою ж мать! Давид шумно выдохнул и принялся расстегивать пиджак. Аврора занервничала еще больше, оглянулась, явно намереваясь сбежать, но нет. Не для того он тащился в Северное логово.

— Сделай кофе мне и себе, Аврора. Нам нужно поговорить. Просто поговорить, — нарочно выделил голосом слово.

Омега наградила его испытывающим взглядом, но приблизилась. Храбрая мышка. И не пытается играть в эмоции. Давид наелся враньем до тошноты. Этот чертов тендер выпил из него последние соки. Сильные конкуренты попались, Давид еле выгреб, и то благодаря удаче…

Стоило об этом вспомнить, в затылке медленно провернулся раскаленный штырь. Когда же это хренов укол подействует?! Но перед носом вдруг очутилась исходящая легким парком чашка.

— Ваш кофе, господин Сабуров.

Давид принял угощение из тонких пальчиков омеги. Попробовал и от облегчения чуть не застонал. То, что нужно! Вольская мудрить не стала, сварила обычный крепкий кофе, но добавила чуть-чуть соли. Это убрало лишнюю горечь, делая напиток мягче.

— Неплохо, — поощрил застывшую перед ним омегу. — Очень даже.

Аврора чуть склонила голову и развернулась чтобы взять свою чашку.

— Тебе можно? — поинтересовался, глядя как омега делает маленький глоток.

— Да. Раз в несколько дней.

Ладно. В любом случае у омег очень крепкий организм. Выкидыши случались чрезвычайно редко, и то если создать совершенно невыносимые условия.

Здесь же Аврора должна чувствовать себя спокойно. Он так думал.

— Давай сядем, — кивнул в сторону стола.

Вольская подчинилась.

Неторопливо проплыла мимо него, а Давид по инерции сделал вдох. Блокатор мешал ощутить ее аромат в полной мере, но все равно во рту собралась слюна. Беременность сделала запах омеги только лучше… И не только запах. От внимания не укрылись блестевшие глаза и какая-то особая грациозность движений.

Зверь протяжно заурчал. Ему нравилось наблюдать за омегой. Аврора двигалась как русалочка… и была похожа на нее: изящная, нежная и молчаливая. Самое то после напряженной нервозности последних дней.

Давид сделал еще глоток кофе. И боль, угнездившаяся в затылке, перестала быть такой острой. Хорошо! Еще бы чего-нибудь перекусить… Взгляд упал на холодильник. Аврора это заметила.

— Доставка сегодня привезла стейки и запечённую красную рыбу с гарниром из овощей. На несколько персон.

— Показывай.

Омега послушно принялась за дело. А Давид откинулся на спинку кухонного стула и ослабил галстук, не переставая следить за Авророй. Определенно, он не прогадал, когда решил купить ее. И беременность пока проходит без проблем… Хоть он все еще не принял будущее отцовство. Это казалось пока чем-то далеким. Нереальным. Но Давид не заморачивался — всему свое время.

А по кухне уже плыл запах пищи. И пусть для забитого блокатором обоняния это были крохи, но и их хватило, чтобы разжечь зверский аппетит.

— Ты тоже поешь, — велел омеге. И добавил: — Сколько сама хочешь.

Аврора коротко взглянула на него и положила на тарелку салат. Всего лишь? Давид хотел было высказаться, однако тут же передумал. Раз она так решила — пускай. Ему больше достанется.

И буквально за десять минут он прикончил стейк и гарнир к нему. Аврора в это время клевала салат. С расспросами не лезла, вела себя тихо, даже не пытаясь скрыть настороженности. Но эта ее честность в эмоциях странным образом успокаивала зверя. А сытный ужин и наконец-то сработавший укол резко улучшили настроение.

Давид отодвинул пустую тарелку и, жестом приказав Вольской не