Наследник для хозяина стаи - Эми Мун
На плечи легли две узкие твердые ладошки.
— Позволь сделать тебе массаж? — замурлыкала Инесса.
Резко обернувшись, Давид перехватил волчицу за запястье и сжал. Но Инесса улыбнулась еще шире.
— Да, милый… Сбрось напряжение.
И сама прижалась к нему. Давид чертыхнулся. Настойчивость волчицы могла бы вызвать восхищение, если бы не головная боль. И очередное сравнение с Авророй — той не нужно предлагать себя, чтобы вызвать интерес.
Давид оттолкнул волчицу.
— Убирайся.
— Но…
— Оглохла?!
Однако ссору оборвала трель сообщения. Прочитав его, Давид ругался громко и от души. Только проблем с поставщиками ему не хватало!
— Любимый? — заворковала Инесса.
Но Давид больше не обращал на волчицу внимания. На ходу набирая номер второго своего беты Артемова — заместителя по финансам, — он торопился обратно в офис. Там и кофе выпьет, и переночует. А потом вернется.
...Но следующий день только подкинул проблем. Между работниками вспыхнула ссора, дошло до крови. Сразу два проекта вернулись на доработку, один из заказчиков психанул и разорвал договор. До самых выходных Давид крутился, как ужаленный в задницу. Но даже в постоянной запаре, с дикими головными болями, он постоянно, каждые чертов день вспоминал об омеге!
И ее долбанных витражах. Посмотреть бы на них еще разок. Только не днем, а рано утром. Или вечером… Работу надо оценить со всех сторон. Ведь она может не смотреться в другое время суток. Идиотская причина! Давид думал об этом, когда выходил из кабинета. И когда спускался на подземную парковку. И все полтора часа до Северного логова.
Несколько раз ему звонила Инесса. Но Давид не хотел тратить время на разборки. Гораздо больше его занимала предстоящая встреча. Аврора наверняка отдыхает… Это даже лучше. Утром на свежую голову они поговорят.
Зверь недовольно рявкнул. Зачем ждать? Он мог бы побеседовать с омегой сейчас. На языке тела и жестов. Возвратно-поступательных.
Давид со свистом втянул прохладный ночной воздух. Никакого интима. Просто визит. Ну, может быть, одна партия в шахматы… Велев охране отогнать тачку, он мазнул взглядом по темным окнам, и вдруг как кипятком окатило — наблюдает! Едва заметная тень мелькнула за занавеской и пропала.
Так-так…
Маленькой омеге не спится? Интересно! Давид ухмыльнулся, гадая, встретит ли его Вольская или струсит.
Замок тихонько щелкнул, пропуская в прихожую. Давид нарочно включил свет, чтобы обозначить свое присутствие. Одна секунда, десять, пол минуты… и на втором этаже раздался шелест легких шагов. А вслед за ним настороженное:
— Здравствуйте, господин Сабуров.
Не струсила. Аврора вышла встречать его, как полагается. Но уже в халатике, накинутом поверх пижамы. И сонная.
Давид раздумывал всего секунду.
— Иди спать, — велел.
Омега удивленно выгнула бровки.
— Но комната… — запнулась, нервно оглядываясь в сторону комнаты отдыха.
Понятно. Беспокоится, что там не готово к приему гостей.
— Я сам в состоянии застелит кровать.
— Ладно…
И девочка исчезла так же быстро, как появилась. Проводив стройную фигурку взглядом, Давид едва заметно поморщился. Аврора все еще нервничает в его присутствии… Ничего, пусть привыкает. Теперь он будет появляться здесь немного чаще.
Глава 15
Пальцы мелко подрагивали, когда Аврора пыталась нашинковать салат. Один раз даже чуть не порезалась… Ну и дура! Ей бы сосредоточиться на готовке, но выходило плохо.
И прошедшая ночь тоже была отвратительной. Аврора извертелась в постели! Никак не могла уснуть, впечатленная внезапным появлением Сабурова. Это же надо заявиться в логово почти ночью! И вместо приказа раздвинуть ноги отправить ее спать…
Ножом все-таки резанула по пальцу. Аврора вскрикнула, зажимая поврежденную кожу. Ну разве можно быть такой растяпой? Ох, вот бы ей немного блокирующего спрея для омег… черт с ним, с обонянием! Нервы дороже!
Осторожно разжав пальцы, Аврора осмотрела порез. Не критично, но достаточно глубоко — придется воспользоваться пластырем. Плохо! Ведь Сабуров наверняка это заметит. И она не знала, какую реакцию выдаст альфа. Возможно, проигнорирует. А может, заставит рассказать в мельчайших подробностях.
Аврора вздохнула и пошла в ванную, где хранилась аптечка.
Бесполезно изводить себя ненужными мыслями. Лучше закончить приготовление завтрака. Вдруг сытый альфа станет добрее? И возьмет ее уже наконец… Аврора с силой надавила на палец, через боль возвращая мозги на место. Нельзя думать о сексе… Она в положении вообще-то! Но когда омег это останавливало? Хотя… один раз она слышала, что омега потеряла интерес к самцу сразу после зачатия. Вот бы ей так!
Аврора крепче перебинтовала палец и опять занялась готовкой. Но альфа так и не появился на завтраке. Рано утром он умчался в лес поохотиться и бегал там уже долго.
Это обижало и радовало одновременно.
Не раз она душила в себе настырные мечты, как оборотень ввалится сюда, распаленный охотой, накинется на нее прямо в гостиной. А потом утащит наверх и проведет с омегой ночь, а лучше две… Или всю неделю! О луна… Аврора с тоской глянула в сторону ванной.
Похоже, ей снова нужно использовать душ. Попросить, что ли, несколько латексных игрушек? Хоть они строго запрещены для омег, разумеется.
Но только Аврора оставила кухню и поднялась в себе в комнату, во дворе началась возня. Кажется, Сабуров все-таки вернулся. Зря только скакала туда-сюда. А сердце сделало кульбит и забарабанило с утроенной силой. Ей надо идти встречать его. Так принято. Чертовы приличия, которые она обязана соблюсти. Но чего она не ждала, так это ввалившегося в гостиную полузверя.
— Ого… ой! — закрыла рот ладошкой. — Простите…
И опустила глаза в пол. Это неприлично — разглядывать альфу, словно диковинную зверушку. Опасную такую, за два метра ростом, с широченными плечами, огромными клыками, когтями и… кое-чем другим. Как у волка, да. Аврора покраснела.
Зверь коротко рыкнул. И вдруг сменил обличье на человеческое.
— Спускайся, — приказал ей.
И направился к холодильнику. Тугие жгуты мышц бугрились на исполосованной шрамами спине, а над крепкими ягодицами гуляли две ямочки… Аврора чуть не сомлела от таких видов. Хватаясь за перила, как за свое спасение, она отсчитывала одну ступеньку за другой. И, видит луна, предпочла бы, чтобы их была тысяча. Но к концу пятнадцатой каким-то чудом взяла себя в руки. И даже смогла посмотреть альфе в глаза.
— Я могу чем-то помочь?
— Что это? — указал взглядом на ее руку.
Черт, заметил. Аврора неслышно вздохнула.
— Я порезалась, когда чистила овощи.
— Опять овощи?
