Академия для отчаянной невесты - Полина Миронова

Моя спутница завистливо вздохнула:

— Ой, а в моей — наоборот! Увидели, что проявился хоть какой-то дар, и стали всем хвастаться, пока почти не отправили меня на костер. А потом с радостью проводили сюда.

Лизи приблизилась губами к моему уху и зашептала:

— Я скоро сбегу! — ошарашила она и таинственно улыбнулась. — Я ведь замуж хотела, и ни в какую академию поступать не собиралась. Мой жених должен приехать сюда, когда мы будем присягать короне. Я с ним уеду домой.

Я осторожно оглянулась по сторонам и так же тихо ответила:

— Я бы не советовала тебе делиться такими планами ни с кем. Вдруг узнают родственники. Они же приедут на присягу?

Лизи понимающе кивнула:

— А я никому, кроме тебя, и не говорю.

Клятву верности короне приносили все студенты Вадлейской академии, обещая служить на благо королевства и не использовать свои силы во вред его жителям. После этого корона начала платить за обучение, кормить и одевать.

— А еще мама надеялась, что мой дар станет сильнее, — раздраженно сказала Лизи. — Поэтому купила у какого-то странствующего шарлатана особый усиливающий амулет. — Она вытащила из кармана поблескивающий серебром медальон с крупным голубым камнем. — Я ей говорила, что это явная подделка! — она вздохнула. — А если он настоящий, то еще хуже… Хочешь, подарю тебе? Мне не нужно, чтобы мой дар усиливался. Я хочу, чтобы он вообще пропал!

С радостной улыбкой Лизи протянула мне медальон. Я взяла его, чтобы рассмотреть ближе.

— Вот и замечательно! Отдаю его тебе со всеми добрыми пожеланиями! — с явным облегчением сказала она.

Амулет слабо вспыхнул и тут же кольнул меня в ладонь. Я вздрогнула, на ладони появилась и тут же пропала крошечная капля крови.

— Ой, он тебя поцарапал! — воскликнула Лизи. — Ну всё, он соприкоснулся с твоей кровью. Теперь я уж точно не смогу его носить, — с огромным облегчением выдохнула она. — Надеюсь, хоть тебе амулет принесет какую-то пользу. Я его даже брать-то не хотела, противный какой-то. Жжется по ночам. Я его надела, а потом сняла и бросила в карман, как только мы уехали из деревни.

Я с любопытством осмотрела медальон со всех сторон, но никаких острых граней не заметила. Эх, была не была… Усиление дара мне точно не помешает. Если уж мне придется выживать в этой академии, то дополнительная помощь будет очень кстати. Смогу хорошо учиться, а потом сама выберу, как жить.

— Спасибо! — совершенно искренне поблагодарила я.

Надела подаренный амулет и спрятала его за корсаж платья.

— Эй вы, плебейки! С дороги! — грубый голос за спиной заставил меня вздрогнуть, но я не обернулась. Так меня никогда еще так не называли.

Лизи с силой дернула меня в сторону и по тому месту, где я только что стояла, щелкнул кнут. Мимо на всей скорости промчалась карета, и я едва не рухнула в грязь, увидев красующийся на ней герб Нелавилей.

Тех самых Нелавилей!

Глава 3

Массивные дубовые двери Вадлейской академии поглотили нас, как пасть какого-то древнего чудовища. Каменные стены уходили вверх, теряясь в клубящемся магическом мраке, заменявшем потолок. Холодный, влажный воздух пах озоном, как после грозы, а по ногам гулял ледяной сквозняк. Он завихрялся по бесконечным коридорам, забираясь под юбки и за воротники, заставляя ёжиться.

— Ой, какая красота! — прошептала Лизи, пытаясь охватить восторженным взглядом гигантский атриум. — Смотри, витражи! И статуи! Это же настоящие великаны!

Я смотрела на те же статуи и не испытывала ничего, кроме раздражения. Мне не нравились мрачные, изъеденные временем изваяния магов прошлого, чьи каменные глаза, казалось, следили за каждым новоприбывшим с немым укором. Для Лизи это была сказка. Для меня — холодная, мрачная тюрьма, где я должна была выживать несколько лет.

— Красота, да, — пробормотала я, кутаясь в свой тонкий плащ. — Только от нее зуб на зуб не попадает. Здесь, наверное, даже летом иней на стенах.

Наше внимание привлекла оживленная толпа, сгрудившаяся у одной из стен. Десятки студентов, от таких же растерянных первокурсников до самоуверенных старшекурсников, активно обсуждали что-то, развешанное на огромной доске.

— Расписание! Бежим! — схватила меня за руку Лизи. — Я слышала, что первые лекции уже сегодня. Нужно будет успеть занять места на первом ряду!

Первый ряд? Я глянула на Лизи с ужасом. Она же собиралась сбежать отсюда, зачем ей первый ряд? Хотя вот мне не помешает обосноваться на первых рядах. Учиться я должна очень усердно. Мы стали уверенно пробиваться к расписанию сквозь шумную толпу, извиняясь и наступая всем на ноги. И именно в этот момент я увидела его.

Грегори Нелавиль.

Он стоял в центре оживленного кружка обожателей и прихлебателей, прислонившись к колонне с видом королевской особы, снисходящей до визита в конюшню. Высокий, прекрасно сложенный, с идеально уложенными темными волосами и насмешливым изгибом губ. На нем была не форменная мантия, как на большинстве старшекурсников, а хорошо сшитый темно-синий камзол, который подчеркивал широкий разворот плеч.

Сердце ушло в пятки, а в горле снова встал ком. Я замерла, не в силах отвести взгляд, пытаясь понять, что он здесь делает. Нелавиль казался тут своим, как будто правил этим местом уже много лет.

Вдруг его взгляд скользнул по мне. На его лице не дрогнул ни один мускул, но я увидела едва заметное, молниеносное движение зрачков. Он узнал меня.

— Смотри-ка, еще один птенчик, уронил клюв при виде нашего Грегори Шантуа, — раздался рядом насмешливый, сладкий голос.

Я обернулась. Рыжеволосая старшекурсница в идеально сидящей мантии с нашивкой огненного факультета смотрела на меня с издевкой.

— Он такой знаменитый? — наивно спросила Лизи, краснея.

— О, милая, он — Шантуа! — старшекурсница засмеялась, эффектно откидывая локоны за спину. — Наследник богатого, знатного рода. Красавчик. Каждая первокурсница влюбляется в него с первого взгляда. Но не трать время зря, дорогуша, тебе с ним ничего не светит! — последнюю фразу девушка уже шипела.

Шантуа? У меня в голове все перевернулось. Но это же Грегори Нелавиль! Я точно знала его герб, его лицо с портрета. В конце концов, я видела его вживую! Что это за игра?

Пока я пыталась прийти в себя, снова мельком взглянула на него. И тогда он сделал едва уловимое, но совершенно однозначное, движение — быстрый взгляд вниз, на свою руку, где он пальцем начертил что-то по воздуху, а затем резкий, почти приказной кивок в сторону дальнего конца зала. Его глаза твердо держали