Охота на некромантку. Жена с того света - Ольга Грибова

На громкие звуки быстро сбежался весь дом. В холле мигом стало многолюдно, светло и шумно. Дети перекрикивали друг друга, Эдгар бегал и вопил, Крес пытался всех успокоить, но никто его не слушал.

Одна я стояла, тихонько привалившись к стене, не обращая внимания на переполох. Я вообще ничего не видела и не слышала, кроме одного-единственного стука – тук-тук, тук-тук, тук-тук – идущего прямиком из моей грудной клетки.

Подняв руку, я приложила ее к груди и ощутила твердые уверенные толчки сердца в ладонь. Оно снова билось! И запустил его… поцелуй Эдгара.

Мысли лихорадочно заметались, делая нехитрые выводы. Вот оно, я нашла свой источник силы. Абсолютно случайно, исключительно благодаря любви Эдгара к горячительным напиткам. Но какая разница? Важен результат.

Выходит, меня, как чудовище из сказки, надо полюбить такой, какая я есть, и тогда я стану красавицей. То есть в моем случае тело оживет. Причем полюбить надо в прямом смысле слова, а не в эфемерно возвышенном. Так сказать, совершить действие. Стихами при луне тут не поможешь, тут нужен хороший половой акт.

Я нервно захихикала, вспомнив старый профессиональный анекдот:

– Есть ли интим после смерти?

– А это зависит от вашего патологоанатома.

Похоже, я та самая, у кого он будет.

Глава 13. Соблазн велик, но не всегда

Крес первым заметил – со мной что-то не так. Приблизившись, он осторожно спросил:

– Эллария, ты в порядке? – видимо, испугался за мое психическое здоровье.

Его можно понять. Пока все спасали Эдгара, я стояла у стены и нервно хохотала. Все громче и громче. Со мной случилась настоящая истерика. Довести сорокалетнего патологоанатома до нервного срыва не каждому под силу, но у семейства Уиллисов получилось.

– Все… – борясь с приступами смеха, ответила я, – прекрасно.

– Эдгар тебя обидел? – насупился Крес.

– Что ты, он меня спас, – произнесла и снова рассмеялась.

Но ведь это, в самом деле, смешно! Из всех возможных вариантов мне достался именно этот – те самые близкие контакты третьего уровня. Почему не березки? Уж лучше обниматься с деревьями, чем с Эдгаром.

А что если исключительно близость с ним способна меня оживить? Вдруг дело именно в Эдгаре и только от него мое сердце работает? Я ведь многое перепробовала, но помог лишь поцелуй с ним.

Я похолодела. Стало резко несмешно. Нет, я точно не заслужила подобное наказание. Я, конечно, не совершенство, но и до чудовища мне далеко.

Только я немного успокоилась, как мои нервы подстегнул крик Стефана:

– Сигизмунд! – выпалил мальчишка и бросился к мечущемуся Эдгару.

Я, наконец, пригляделась, что там с ним происходит. Чего он все носится и вопит, а еще трясет ногой, как будто пытается что-то с нее сбросить?

Не что-то, а кого-то – поняла я. Хомяк-зомби вцепился в ногу Эдгара, как питбуль – челюсти не разжать. Случилось это, когда Эдгар насильно меня целовал. Хомяк словно… защищает меня?

Как там сказал Аз – ты в ответе за тех, кого оживила. А если все немного наоборот. Если это умертвия обязаны служить тому, кто их оживил. Сигги ведь не просто так за меня заступился. Мог вообще не высовываться.

Свою теорию я решила проверить немедленно. Прежде чем Стефан доберется до хомяка. А главное – до того, как Крес поймет, что здесь творится. Последнее явно лишнее.

– Отпусти его, – шикнула я на Сигги.

Едва я это произнесла, как хомяк разжал зубы и выплюнул ногу Эдгара. Воодушевленная успехом, я добавила:

– Брысь отсюда.

Сигги тряхнул лохматой головой и припустил прочь по коридору. Вжух – и юркнул в дыру в полу.

– Вот как надо слушаться хозяина, – сказала я сидящему неподалеку Азу, но кот сделал вид, что не понимает человеческую речь.

Я привалилась спиной обратно к стене. Отлично, у меня завелся собственный хомяк-зомби. Я устало опустила голову и спрятала лицо в ладонях. Что дальше?

Переполох перетек на кухню. Там с Эдгара стянули сапоги, и Медина обработала его раны. Острые и тонкие клыки Сигизмунда прокусили кожу сапога и оставили следы на лодыжке мужчины.

Умертвием ведь не становятся через укус? Потому что у зомби именно так. И если Эдгар превратится в подобие Сигги, то что мне с ним делать? Такого бугая сковородой не прихлопнешь. Но, может, хоть послушным станет… Хотя дети, наверное, расстроятся. Они любят брата таким, какой он есть.

Стоя в сторонке, я наблюдала, как вся семья хлопочет над раненым Эдгаром. Только Стефан все поглядывал в коридор.

– Это был Сигизмунд, да? – спросил мальчик у меня шепотом.

– Но лучше об этом никому не говорить, – прижала я палец к губам.

За Сигги не переживала, он может за себя постоять. А вот меня ждут неприятности, если выяснится, что я воскрешаю дохлых хомяков. Крес мигом выставит меня за дверь.

– Почему он убегает? Он меня забыл? – Стефан выглядел расстроенным.

– Ну что ты, – успокоила я, – друзей невозможно забыть. Просто Сигги… немного изменился. И, честно говоря, не в лучшую сторону.

– Но ведь у него все пройдет? Он снова станет нормальным?

На этот вопрос я ответила печальным вздохом. Кто его знает, что будет с хомяком-зомби. Я и в своем будущем не уверена.

Прямо сейчас экспериментировать с Эдгаром по части подпитки сил было невозможно. Слишком много свидетелей, да и Эдгар в неподходящей кондиции. Не набрасываться же на него и не целовать взасос при всех. Хотя…

Нет, не стану, тряхнула я головой. Пусть оклемается, а я пока морально подготовлюсь. Не так-то это просто… поцеловать Эдгара. Во рту все еще ощущался неприятный привкус алкоголя. Буду воспринимать это как горькое лекарство – противно, но надо, иначе не выздороветь.

Постепенно все успокоились, нога Эдгара была обработана, и Крес скомандовал разойтись по спальням. Я задерживаться не стала, ушла одной из первых.

Закрывшись на чердаке, пока не прибежал Аз, я снова обратилась к зеркалу. На этот раз отражение порадовало. На щеках даже проступил легкий румянец. Еще бы! Сердце, заработав, пустило ток крови по телу.

Я покосилась на черный фолиант о некромантии, что все еще лежал на кровати. Похоже, он мне больше не нужен. Я нашла свой источник. Книгу можно вернуть старьевщику.

Переложив фолиант на тумбу, я рухнула на кровать и прикрыла глаза. Значит, Эдгар. Я бы предпочла другой вариант. Любой! Другой! Вариант!

Надо думать об Эдгаре как об источнике силы, а не как о мужчине. Он – моя