Поцелуй с вампиром. Том 2 - Лана Александровна Ременцова

Мейфенг вошла первой и, окинув сад восхищённым взглядом, вдохнула всей грудью запах благоухающих цветов.

– А кто ухаживал за садом в наше отсутствие?

– Босс распорядился постоянно ухаживать за садом в память о вас. Он же думал, что вы погибли, но хотел, чтобы этот сад цвёл для ваших душ, и нанял лучших садовников, которые приходят сюда раз в неделю.

Валентин снова почувствовал глубокую благодарность к этому благородному бандиту – настоящему другу.

– Граф, это ещё не всё.

– Что ещё?

– Вейшенг сделал вашу могилу на кладбище, мраморный памятник – обнимающуюся пару, сильно похожую на вас.

Валентин очень удивился, но через минуту рассмеялся:

– Ну, ничего себе, Мейфенг, у нас есть собственный могильный памятник.

Но девушка не обрадовалась, с тоской опуская голову.

– Это же мама с папой и дедушкой, туда ходят и оплакивают нас. Это так жутко, Валентин.

Он обнял её и с нежностью поцеловал в щеку.

– Ан, мы хотим отдохнуть, а ты иди на террасу, завтра на рассвете сразу поедем к Вейшенгу.

– Хорошо, Граф, – и Ан быстрым шагом ушёл в ту комнату, что была на террасе дома.

Валентин с женой зашли в дом, всё внутри завешано белыми простынями. Он скинул со всей мебели простыни и, схватив жену на руки, залетел на второй этаж в спальню, где также быстро убрал всю лишнюю ткань и выкинул с балкона. Мейфенг стояла посередине комнаты, в ожидании романтических воспоминаний. Он с хищным взглядом осмотрел её с головы до ног и, обратившись в вампира, подскочил. В доли секунд разорвал платье на мелкие кусочки вместе с нижним бельём, следующим его движением, стал страстный поцелуй, сгрёб жену в охапку и бросил спиной на постель. Её длинные золотистые волосы раскинулись во все стороны, глаза загорелись таким же огнём, как и у мужа, и он яростным движением вошёл в неё. Это была одна из немногих бурных, страстных, огненных ночей, которые для неё оставались незабываемыми. Таким Валентин бывал очень редко, непредсказуемым, чуточку сумасшедшим и безумно любящим, что у Мейфенг если б было сердце живым, оно бы выпрыгнуло от захлестнувших всё сознание чувств.

На рассвете Валентин тихо встал, боясь потревожить сладко спящую жену. С нежностью убрал упавший на её лицо локон и, вспомнив вчерашнюю ночь, почувствовал, как в нём вновь загорается желание наброситься прямо сейчас на неё, но времени не было, и он вылетел с балкона в чём мать родила, прямиком в бассейн с чистейшей водой, находящийся посередине сада.

Поплавал минут десять, вылез из бассейна и взял халат, лежащий рядом на скамье, который так заботливо положил Ан. Парень стоял рядом и смущённо переваливался с ноги на ногу, опустив голову.

– Доброе утро, Ан. Спасибо за халат, это ты набрал чистой воды в бассейн?

– Да, Граф, ещё ночью, я подумал, что после…, – он запнулся, – вы захотите искупаться в бассейне.

– Да, ты прав, я с удовольствием поплавал. А теперь, быстро одеваюсь, и мы со вчерашним парнем едем к Вейшенгу, время не ждёт, я ещё обещал жене сегодня съездить к её семье. Кстати, как зовут того парня и где он?

– Он уже здесь у ворот, ждёт вас. А имя его Сан.

– Хорошо и ещё, Бохай не появлялся?

– После того как вы взорвались нет, – он снова запнулся, – простите, после того взрыва, больше мы ни о нём, ни о его людях ничего не слышали, хотя по приказу босса долго искали его.

– Понятно, лучше бы ему никогда больше здесь не появляться, а то мы с Андреем теперь точно выпустим ему кишки. Ладно, я пошёл одеваться, а ты хорошенько охраняй мою жену.

– Не беспокойтесь, я никуда её теперь не выпущу.

Вскоре минут Валентин уже ехал в джипе с Саном – новым личным водителем. В машине играла нежная китайская музыка, и настроение у Графа отличное, он с интересом разглядывал многолюдные улицы Ханчжоу. Через полчаса подъехали к ресторану, и Валентин вошёл внутрь. Босс с его людьми уже ждал его.

– Граф, доброе утро, – поздоровались с ним все парни.

– Доброе, – коротко бросил Валентин и уселся на диванчик напротив Вейшенга.

– Привет, Вали, как спалось? – он поднял на него взгляд, откладывая недокуренную сигару в пепельницу.

– Отлично, давай о делах поговорим. Что ты хотел от меня?

– Прежде всего, малыш, я бы хотел с тобой съездить кое-куда.

– Куда же? – неподдельно удивился Валентин.

– Увидишь, поехали.

Босс встал и направился на выход, за ним сразу же пошли ещё несколько его охранников, рослых и крепких парней с суровыми лицами. Валентин также проследовал за ним во двор ресторана, и они расселись по чёрным джипам. Вейшенг предложил Валентину сесть в его машину, он согласился и они двинулись в путь. Ехали долго, молчали, слушая музыку. Валентин решил не тревожить друга, так как тот пребывал в какой-то задумчивости, отвернувшись к окну.

Спустя час подъехали, как оказалось, к кладбищу.

– Что мы тут будем делать? – растерялся Валентин.

– Идём, малыш, – китаец направился к железным воротам. Валентин и охрана проследовали за ними. Зайдя внутрь, они прошли несколько тропок и вышли к зелёному пригорку, окружённому белой оградкой и благоухающими цветами: пионами и орхидеями. Вейшенг открыл калитку, и они поднялись на пригорок. Тут Валентин замер от увиденного, по центру красовался высокий памятник, две изящные статуи обнявшейся пары из белого мрамора, так похожих на него с Мейфенг.

– Ничего себе, – выдохнул.

– Да, малыш, я очень горевал, когда думал, что вы погибли в том страшном взрыве. Я действительно привязался к тебе всем сердцем как к родному сыну. И потом решил сделать такой памятник вам, навещал и обдумывал здесь свои дела, даже советовался с тобой, мне казалось, что ты мне отвечаешь.

В этот трогательный момент Валентин не нашёл никаких слов для друга, а только подошёл и снова обнял.

Так они постояли немного, подумали каждый о своём и направились к выходу. Подойдя к машине, Вейшенг замер.

– Надо снести памятник.

– Не надо, Вейшенг, пусть будет.

– Но зачем? Это же могила, а вы живы.

– Я не могу многого тебе объяснить, но памятник пусть остаётся. Мы снова скоро уедем и когда вернёмся не знаю, эта статуя будет всегда тебе напоминать о