Цветочный код, или Попаданка для дознавателя - Кливз

Прежде чем я успела его о чём-то спросить, с него словно сдуло пушистую шкурку. Вспышка золотистого света взорвала пространство, заставляя нас зажмуриться. А стоило нам открыть глаза, на месте хомяка возник… мужчина средних лет: человек в простой одежде, с несерьёзными веснушками на носу и такими же озорными, как у Мопса, глазами. Он потянулся, щёлкая суставами.

— Фух! А я уже забыл, каково это — иметь пальцы!

Даже жаль, что пальцы были не только у него. Ещё в момент свечения огромная пятерня сомкнулась на моём плече. Я успела мельком заметить, как взгляд Моррейна, скользнув на возникшего из ниоткуда мужчину, на миг выразил дикое изумление, но тут же с жадным придыханием вернулся ко мне.

— Позже разберёмся и с твоим другом, — прошипел он, и его хватка стала ещё жёстче. Вот вам и «в-третьих».

Дыхание вмиг сбилось, а от боли в плече захотелось взвыть. Я сглотнула неприятный комок в горле и подняла голову, оглядывая масштаб проблемы. Надо мной возвышался сам Айван Моррейн. Его белобрысые волосы были всклокочены, на глазах красовались свежие синяки — «привет» от Сандро и меня. Увидев моё лицо, он сначала остолбенел, а затем его губы медленно расплылись в кровожадной улыбке. Захотелось оказаться как можно дальше отсюда. Вот прямо очень надо. И где волшебный плод, когда он так нужен?

— Ну конечно, — прошипел он. — Снова ты. Цветочница, которая появляется из ниоткуда и исчезает в никуда. Тебя словно сама судьба мне посылает.

Он сделал шаг вперёд, и его рука с привычным жестом взметнулась к моей многострадальной шее. Я почувствовала знакомое мерзкое давление. Вот только в этот раз Моррейн поднял меня вверх на уровень своих глаз. Носки туфель едва доставали пола. Пришлось впиться пальцами в его руку, чтобы хоть как-то держаться.

— Твоя магия мне пригодится. — Он приблизил своё лицо к моему и начал нараспев произносить какие-то слова. Скрипучий голос неприятно пробежался по коже. На его руке голубым светом вспыхнули кольца.

«Артефакты»?

Выкачать из меня магию решил, как делал это с другими. Внутри всё сжалось от ужаса, пальцы похолодели и с пущей уверенностью вонзились поглубже в руку мага, оставляя кровавые следы от ногтей.

Но снова что-то пошло не так. Его магия наткнулась на мою — и отскочила. Я почувствовала небольшую щекотку в районе груди и щелчок. От меня к нему. В воздухе с сухим треском сверкнула искра. Моррейн отшатнулся, словно его ударило током. Маг смотрел на меня с недоумением, которое быстро сменилось жгучим, неподдельным интересом.

— Что… что ты такое? — выдохнул он. Его взгляд скользнул по моей татуировке, которая всё ещё светилась мягким светом, но заметно побледнела. — Твоя магия… она не подчиняется мне. Неужели чужая⁈ Иная…

Он отступил на шаг и присмотрелся, уже не как к жертве, а как учёный к редкому экспонату. Даже поставил меня на ноги и ослабил хватку.

— Они все — как сосуды. Можно наполнить, можно исчерпать. Но ты… — он протянул руку, почти касаясь моего лица, вот только я отпрянула. — Ты источник. Самовосстанавливающийся. Неиссякаемый. Ты не из этого мира, не так ли? Я понял! И она тоже! Две аномалии в одной ловушке. Удача определённо снова на моей стороне. — Хохот Моррейна разнёсся эхом по залу.

Я смогла лишь скосить глаза в сторону травницы. Она вжалась в стену и с удивлением смотрела за спину Моррейна.

Глава 43

Взгляд скользнул с пальца, указывающего за спину Моррейна, на её испуганное лицо. Эмоции сменяли одна другую, как калейдоскоп: ужас, удивление, стыд, недоумение.

«Что там такое, от чего она в таком ужасе?» — мелькнула у меня паническая мысль, и я инстинктивно перевела взгляд в другую сторону, чем сбила с толку Моррейна.

Этот жест отвлёк мага на долю секунды, и мне этого хватило. То, что произошло дальше, навсегда врезалось в память как самое сюрреалистическое зрелище в моей жизни.

— Защищать редкие издания — долг каждого библиотекаря! — проорал бывший хомяк, чьё пухлое, абсолютно голое и веснушчатое тело ринулось в атаку на второго мага. Голый зад сверкнул в сиянии кристаллов, вызвав неконтролируемое желание зажмуриться.

Второй маг застыл. Очевидно, жизнь его не готовила к подобным встречам. Он неуклюже пытался поднять руки, чтобы кинуть заклинание. Не успел. Мопс нанёс удар первым. Это был не боец, это был хаос на двух ногах. Он не бил, а вцеплялся, путая ноги противнику, отвлекая его воплями о «несоблюдении правил каталогизации» и прочих странных для боя вещах.

Аделина зажмурилась от происходящего — мне стало жаль бедную девушку. Почти. Не каждая хрупкая психика готова к подобным испытаниям.

Моррейн, оглушённый этим абсурдом, на мгновение ослабил хватку. Это был мой шанс. В жизни я не дралась, но инстинкты — вещь могущественная. Я изо всех сил хлопнула ладонями по ушам Айвана.

Глухой, болезненный вопль оглушил меня. Его пальцы разжались, и я тут же рухнула на пол, прямо на ковёр из хрустальной пыли. Боль пронзила колени, но адреналин заглушал всё. Я судорожно, с отчаянием тонущего, набрала полные горсти холодной, колющей пыли. Простое, по сути, действие сейчас могло подарить нам драгоценные секунды.

Моррейн, тряся головой, словно после контузии, открывал и закрывал рот. Надо отметить, пришёл в себя быстро. Его массивная фигура опустилась и уже нависла надо мной. Лицо мага исказила чистая, не замутнённая совестью ярость.

— Ах, ты… Сво́лочь! Сначала глаз подбила, теперь оглушила. Ну держись, гадкая девчонка…

Я не дала ему договорить. Резким движением швырнула ему прямо в лицо обе горсти сверкающей пыли.

— А-а-а! Глаза! Мои глаза! — он завыл на верхней ноте, вцепившись руками в лицо, и отшатнулся, спотыкаясь о свою же длинную мантию.

— Руку! Давай руку! — закричала я Аделине, подскакивая на ноги.

Она, не раздумывая, вцепилась в мою протянутую ладонь. Мы рванули прочь из зала в первый попавшийся тёмный коридор, оставив позади хаос и вопли. Страх гнал вперёд. Прочь. Подальше от обезумевших магов. В ушах стучало: «Беги, беги, беги!» Аделина одной рукой подхватила подол своего платья, задавая темп. Бегала она гораздо лучше меня, ведь на втором повороте моё дыхание начало сбиваться.

Думать о Мопсе не хотелось. Судя по тому, что мы успели увидеть, он справится. Сейчас же следовало убраться из этого места, и побыстрее.

Мы неслись по бесконечному, слабоосвещённому коридору, не зная куда,