Ведьмы Зелёной Волши - Анастасия Федоренко

— Она будет волноваться, — неуверенно заметила я.

— Не будет. Она ведь знает, что ты со мной, а значит — в безопасности.

Он сказал это со стальной уверенностью в голосе, и все мои сомнения отпали, хоть чувство вины перед бабушкой и плескалось внутри. Я ведь прекрасно понимала, что она всё равно будет переживать за меня.

— Я даю тебе слово вожака, девочка, что с тобой ничего не случится на нашем празднике.

Слова отца Ярослава прозвучали подобно клятве: сильно и уверенно. Я почти слышала рычащие нотки в этом обещании. И на душе стало чуть легче.

Вот только если бы я знала, что произойдёт на этом празднике, никогда бы не согласилась остаться. Но кто же мог подумать, что опасность притаилась совсем рядом и целая стая оборотней ей вовсе не помеха?

Глава 22

В комнате Яра преобладали тёплые бежевые цвета. Хорошая мебель, широкая кровать, заправленная светлым постельным бельем.

Меня немного смущало, что я нахожусь здесь.

На полу был разложен тёплый светлый ковёр и мягкие подушки.

— Я не уверена, что у меня есть настроение смотреть фильм, каким бы хорошим он не был…

Прямо по центру висела широкая плазма.

Яр, всё это время наблюдающий за мной, тяжело вздохнул:

— Ты много переживаешь, Танюш.

— Ведь не просто так, — тихо прошептала я.

Вспомнились Марина с птицей на плече, её немного болезненный вид и страх в глазах бабушки.

— Я понимаю, но несколько часов не решат проблему. Твоя бабушка у Яги, а она не оставит нас в беде.

Его слова не успокоили, но примирили с мыслями о моём бездействии.

— Так что за фильм? — неловко уточнила я.

— Сейчас вместе выберем.

В итоге фильм мы выбирали не так долго. Решили остановиться на одной из популярных новинок, которую еще не смотрел ни один из нас.

Мы с комфортом сели на полу, и, к моему удивлению, это оказалось очень удобно. Рука Яра по-собственнически легла мне на талию, а моя голова оказалась на его плече.

Первые десять минут я честно пыталась смотреть фильм, стараясь не отвлекаться на ощущения того, что он рядом. Мы сидим рядом, в обнимку.

Ещё свежи были в памяти воспоминания об обиде, ране, что столько месяцев кровоточила, не желая успокаиваться. А теперь он здесь, рядом со мной…

В дверь постучали и Яру пришлось поставить на паузу, чтобы открыть. Это оказалась Злата, та девушка, что принесла чай в кабинет его отца. Теперь она стояла на пороге комнаты с очередным подносом.

— Ты наша спасительница, Злата, — с улыбкой сказал Яр, забирая ношу у неё из рук.

— Спасибо, Ярослав Дмитриевич, — смущённо опустила голову девушка. — Здесь всё, что вы просили.

А он просил много чего… на подносе оказался ароматный кофе, несколько булочек с корицей и варенье.

Мой удивлённый взгляд просто прилип к маленькой аккуратной вазочке.

— Варенье из жимолости, — пояснил Яр.

— Кажется, ты смог сделать этот день гораздо лучше, — восторженно призналась я.

— И я безумно этому рад.

Его слова были серьёзны, но в глазах читалась нежность.

Кофе оказался крепким и терпким одновременно. Булочка с корицей мягкой, а варенье из жимолости… невероятным. Марина всегда посмеивалась надо мной, мол, нормальные девушки любят клубнику, малину или смородину… и только меня привлекает жимолость.

Просмотр продолжился с того места, где остановились, однако сосредоточиться на сюжете оказалось сложнее в разы.

Я чувствовала напряжение, повисшее в комнате, но предпочитала наслаждаться напитком и угощениями, лишь бы не ощущать, как близко находится Яр, лишь бы не думать о том, что мы в его комнате совершенно одни.

«Не сегодня», — мысленно молила его я. Моя подруга была в нешуточной опасности, мир готов был развалиться подобно карточному домику, а я… я была не готова забываться и тонуть в омуте под названием Ярослав Покровский. Не сегодня и не здесь — в доме полном оборотней, от которых неизвестно что можно было ожидать.

В какой-то момент меня вновь начали утаскивать панические мысли, но одно касание чужих губ отогнало все волнения. Его губы были мягкими и тёплыми, их касание к моей коже напоминало прикосновение чего-то воздушного. Всего несколько лёгких прикосновений к шее были способны вызвать толпу мурашек и разогнать в крови адреналин. Я повернула голову, чтобы увидеть его глаза. На секунду показалось, будто их цвет от тёплого карего стал больше золотистым, но спросить об этом не успела. Его губы встретились с моими. Кто первый начал этот поцелуй — уже непонятно. Теперь были только наши губы, наши руки — мои, крепко обхватившие его шею, и его — исследующие везде.

Остаток времени до праздника мы провели в его комнате.

Яр очень чутко почувствовал моё настроение или просто слишком хорошо понимал меня, поэтому не пытался зайти чересчур далеко. Я была ему за это благодарна.

Эти несколько часов были наполнены нежностью и любовью. Мой парень постарался избавить меня от напрасных переживаний. И у него получилось.

Праздник оборотней проходил на открытом воздухе. Оказалось, за домом Покровских скрывается приличный участок. Сюда были вынесены несколько длинных широких столов, расположенных буквой «п». Идеальные белоснежные скатерти приковывали взгляд, как и живописные цветочные композиции, украшающие каждый стол. Такой масштаб празднования напоминал свадебную атмосферу.

Запахи, витающие в воздухе, были достойны отдельного восхищения.

Нос приятно дразнили ароматы запечённого мяса, маринованной рыбы, пряностей и специй. Даже будь я не особо голодной, изнывала бы от желания попробовать всё сразу.

Праздник ещё не начался, но постепенно на поляне собирались люди. Большинство лиц было мне знакомо, ведь так или иначе мы были соседями. Видела я и ребят со школы, и их родителей. Из моих одноклассников здесь присутствовала младшая сестра Яра и несколько парней, с которыми я особо не общалась. Были и другие ребята: на год-два старше нас с Мариной. То тут, то там раздавались приветствия, когда мы с Яром проходили мимо. Конечно, они меня знали не только как Таню Морозову из соседней деревушки, но и как ведьму. Я привлекала к себе много взглядов, и как-то сразу начала различать своих и чужих. Оборотни соседней стаи смотрели более пристально, изучающе. Их взгляды пробирались под кожу, старались разглядеть что-то одному богу ведомое. И, конечно же, их внимание привлекали наши с Яром сцепленные руки. Из своих никто и не выдал огромного удивления от того, что мы с Покровским вышли, как