Отбор. Пламя в твоей крови - Анжелика Янчевская

— Сомневаюсь, — ответила я на том же языке, не задумываясь, и тут же прикрыла рот рукой. Ну вот, я опять это сделала!

Оба дракона замерли и уставились на меня с неприкрытым изумлением. Дарин даже на полшага отступил, словно я вдруг превратилась в опасную змею.

— Ты понимаешь наш язык, — произнёс он едва слышно. Это был не вопрос, а констатация факта.

Я молча кивнула, не видя смысла отрицать очевидное. Нарис присвистнул и пробормотал что-то о «невероятном». Его глаза расширились от удивления.

— И давно? — спросил Дарин, внимательно наблюдая за мной, словно я была каким-то редким экспонатом, который он не мог до конца понять.

— Я… не знаю, — честно ответила я, пытаясь унять дрожь. — Никогда раньше не слышала драконий язык. Сегодня в сарае, когда вы говорили… я просто понимала. Словно всю жизнь его знала.

Нарис нахмурился и что-то прошептал Дарину, но тот лишь отрицательно покачал головой. Затем Дарин сделал шаг ко мне, и я невольно отступила.

— Не бойся, — сказал он, и его голос стал мягче. — Мы не причиним тебе вреда.

Я вдруг почувствовала себя глупо. Если бы они хотели навредить мне, разве стали бы разговаривать?

Лорд Дарин кивнул, как будто мой ответ что-то подтверждал, и спросил: — Эльвия, тебе известно что-нибудь о твоих родителях?

Я покачала головой, чувствуя, как сжимается сердце: — Только то, что мама умерла при родах. Дядя и тётя всегда говорили, что она была… — я запнулась, слова застревали в горле, словно колючие комья.

— Говорили, что она была кем? — спросил Дарин, и его взгляд стал заинтересованным.

Я смотрела в пол, чувствуя, как щёки заливает предательский румянец:

— Падшей женщиной. Позором семьи. — Мой голос дрогнул, но я заставила себя продолжить. — Они говорили, что я даже не знаю, кто мой отец, потому что моя мать «нагуляла» меня. — Я подняла глаза, встречаясь с золотым взглядом дракона. — Неизвестный отец и рыжие волосы — вечный повод для насмешек.

На его лице промелькнула тень гнева, быстрая, как вспышка молнии, но тут же исчезла. Интересно, он злился на ситуацию или на меня?

Дарин и Нарис обменялись быстрым взглядом, который я не смогла расшифровать. Затем Дарин медленно извлёк из-за пазухи тот самый хрустальный шар, который я видела в сарае. Теперь, при свете комнаты, я могла рассмотреть его лучше. Внутри бесцветного кристалла, словно застывшее в янтаре, находилось крошечное пламя. Оно пульсировало, как живое сердце, и становилось ярче, когда дракон подносил его ближе ко мне.

— Это шар отбора, — объяснил Дарин, держа кристалл на вытянутой ладони. — Древний артефакт, созданный первыми драконами. Он выбирает… — он замялся, подбирая слова. Казалось, ему было сложно облечь в слова то, что он собирался сказать. — Он выбирает тех, кто достоин быть рядом с королевской семьёй. Тех, в ком течёт истинная кровь драконов.

Я смотрела на шар, не понимая:

— При чём тут я?

— При том, что шар выбрал тебя, — резко сказал Нарис, явно теряя терпение. — Чего ты такая тугодумная? Ты правда не понимаешь, что происходит?

Я вздрогнула от его резкого тона, и Дарин бросил на своего спутника предупреждающий взгляд.

— Нет, не понимаю, — ответила я, с трудом сохраняя спокойствие. — Может быть, вы потрудитесь объяснить? Нормально объяснить?

Я поймала себя на том, что моя речь становится резче, но ничего не могла с собой поделать. Вся эта ситуация — это безумие какое-то.

Я перевела взгляд с Нариса на Дарина: — Вы хотите сказать, что…

— Что твой отец, вероятно, был драконом, — закончил за меня Дарин. — А твоя мать могла даже не знать об этом. Драконы не всегда раскрывают свою истинную природу, когда… общаются с людьми. — В его взгляде промелькнуло что-то, что я не смогла определить. Смущение? Неловкость? — Твои волосы — явный признак драконьей крови, хотя у чистокровных дракониц они обычно более темные, цвета крови, а у тебя они ближе к оттенку пламени. Ты — полукровка, но с очень сильной наследственностью. Иначе ты не могла бы понимать наш язык или вызывать такую реакцию шара.

Я почувствовала, как у меня кружится голова. Комната начала вращаться, и я машинально схватилась за спинку стула, чтобы не упасть.

— Что… что это значит для меня? — спросила я, с трудом подбирая слова.

Дарин взглянул на Нариса, и тот вздохнул, словно сдаваясь перед неизбежным:

— Это значит, что ты имеешь право участвовать в отборе невест для принца Тариуса, — сказал он неохотно. — Шар выбрал тебя как одну из девяти кандидаток.

По моему телу пробежала волна жара, а затем холода. Невеста? Я? Принц? Меня? Да в это невозможно поверить! Я, простая деревенская служанка и вдруг невеста принца драконов? Это же бред!

— И что теперь? — спросила я, всё ещё не в силах осознать происходящее. — Вы заберёте меня в… в драконье королевство? Прямо сейчас?

— Именно так, — ответил Дарин. В его голосе звучала непререкаемая уверенность. Командный тон человека, привыкшего к тому, что его приказы исполняются без возражений. — Ты можешь собирать свои вещи.

Я недоверчиво посмотрела на него. Неужели всё так просто? Вот так взять и уйти с чужаками? Покинуть единственный дом, который я знала, пусть даже ненавистный?

— И если я откажусь? — вопрос сам вырвался из моих губ, и я увидела, как Нарис иронично изогнул бровь, словно поражаясь моей наивности.

Дарин и Нарис переглянулись, и я увидела, как в глазах черноволосого дракона промелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Боюсь, это невозможно, — медленно произнес Дарин. Его голос звучал мягче, но не оставлял сомнений: он не принимает отказа. — Шар отбора указал на тебя. По законам Огненного Предела, мы обязаны доставить тебя во дворец.

Законы Огненного Предела. Звучало величественно и пугающе одновременно. Я почувствовала, как во рту пересохло.

— Но ты должна понимать, — добавил он, заметив, как я побледнела, — даже если ты не пройдешь отбор, а это, честно говоря, весьма вероятно учитывая конкуренцию…

— Учитывая, что ты всего лишь полукровка без всякого воспитания и подготовки, — вставил Нарис с плохо скрываемым превосходством.

Дарин бросил на него такой взгляд, что даже я поежилась. Нарис мгновенно умолк, хотя его глаза продолжали смотреть на меня с едва скрываемым презрением.

— … то даже в этом случае, — продолжил Дарин, — каждой участнице полагаются значительные откупные. Достаточные, чтобы купить небольшой домик в столице и жить безбедно, не завися от родственников.

От его слов у меня вдруг перехватило дыхание. Откупные? Собственный дом? Свободная жизнь без дяди и тёти?

Я представила маленький, но опрятный домик с садиком, где я могла