"Феникс". Номер для Его Высочества - Элиан Вайс

— О, Генри, — её голос был ровным, даже скучающим. — Пришёл попрощаться? Или решил добить собственноручно, чтобы сэкономить палачу время?

— Зачем? — слова давались с трудом, ком в горле мешал говорить. — Зачем ты это сделала? Скажи мне правду. Всю.

— Что именно? — она изогнула идеальную бровь. — Уточни. Я использовала тебя как трамплин? Пыталась захватить власть, которую твой никчёмный отец получил по праву рождения? Или просто жила той жизнью, которую заслуживаю, пока ты был моей покорной тенью?

— Ты говорила, что любишь меня, — мой голос предательски дрогнул, и я возненавидел себя за эту слабость. — Клялась, что я для тебя всё.

— Генри, милый, — она спрыгнула с подоконника и медленно, как хищница, подошла ко мне. Я чувствовал запах её духов, тот самый, что всегда сводил меня с ума. — Ты для меня всегда был возможностью. Шансом. Ты и твой дурацкий титул «принц». Думаешь, если бы ты был сыном конюха или помощником пекаря, я бы хоть раз посмотрела в твою сторону? Ты красив, да. Но таких красивых, наивных мальчиков полно в каждом трактире. А принц — один. И я его выбрала.

Каждое её слово было ударом ножа. Медленным, точным.

— Значит, всё было ложью? Все эти годы? Прогулки, разговоры, ночи?

— А ты правда, наивно полагал, что такая женщина, как я, способна полюбить такого, как ты? — она усмехнулась и ткнула пальцем мне в грудь. Палец был острым, как кинжал. — Оглянись на себя, Генри. Ты слабый. Безвольный. Тобой можно управлять, как марионеткой. Дёрнул за ниточку — ты улыбнулся, дёрнул за другую — ты побежал выполнять поручение. И я управляла. Искусно. Пока эта выскочка Лилиан, которую ты сам бросил как надоевшую игрушку, не влезла со своей праведностью и не разрушила всё.

— Не смей её трогать! — ярость вскипела во мне мгновенно, застилая глаза красной пеленой. Я схватил её за плечи, сжимая до хруста.

— Ой-ой-ой, — Вивьен даже не поморщилась, наоборот, её улыбка стала шире. — Какие мы грозные. Решил защищать честь бывшей невесты? Поздно, милый. Она уже не твоя. Она с твоим «другом» Вудстоком, и, судя по слухам, счастлива как никогда. А ты… ты снова один. И всегда таким будешь. Потому что внутри у тебя пустота, Генри. Такая же, как была у меня. Только я свою использую, а ты в ней тонешь.

Я занёс руку для удара. Я не знал, что именно хочу сделать. Ударить по этому насмешливому лицу? Сжать пальцы на её тонкой шее? Но она даже не шелохнулась. Смотрела на меня с вызовом.

— Давай, — сказала она спокойно, будто предлагала прогуляться. — Ударь. Станет только хуже. Тебя и так во дворце никто не уважают. Шепчутся за спиной: «Слабовольный принц, подкаблучник». А если ты ещё и женщину ударишь — опустишься на самое дно. Оттуда уже не встают.

Моя рука задрожала и бессильно упала. Она была права. Во всём права.

— Убирайся, — прошептал я, отступая на шаг. — Убирайся из моей жизни. Навсегда. Чтобы я тебя больше никогда не видел.

— С превеликим удовольствием, — она отвернулась, давая понять, что разговор окончен. — Но напоследок дам совет. Бесплатно. Ты пропадёшь без меня, Генри. Ты никто без женщины, которая будет вести тебя по жизни, указывать, куда идти и что делать. Ты не способен сам принимать решения. Найдёшь другую — она тоже будет тебя использовать. Может, не так изящно, как я, но будет. Потому что внутри ты пустой сосуд. А пустоту нужно чем-то заполнять.

Я вылетел в коридор, и дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной. Сердце колотилось где-то в горле. Я прислонился спиной к холодной каменной стене, пытаясь отдышаться. Стражники косились на меня, но молчали. В их взглядах читалась та самая жалость. Меня, принца, жалели простые солдаты. Это было невыносимо.

— Чего уставились⁈ — заорал я, срывая голос. — Пошли прочь!

Я побежал. Просто побежал, куда глаза глядят, лишь бы подальше от этой двери, от этих взглядов. Я бежал по каменным лестницам, через пустые залы, выскочил на улицу, и холодный утренний воздух обжёг лёгкие. Ноги сами принесли меня к озеру, тому самому, где мы с Лилиан когда-то кормили лебедей. Упав на колени прямо в мокрую от росы траву, я завыл. Коротко, глухо, уткнувшись лицом в ладони. Как раненый зверь. Как пёс, которого выбросили на улицу.

Я не слышал шагов за спиной. Только голос:

— Ваше высочество?

Я резко обернулся, вытирая лицо рукавом. Передо мной стоял Эрик Вудсток. Тот самый человек, у которого было всё, чего лишился я: уважение отца, любовь Лилиан, чистая совесть.

— Убирайся, — прохрипел я, чувствуя, как щёки заливает краска стыда. — Пришёл посмотреть, как принц валяется в грязи? Насладиться триумфом?

— Нет, — Эрик даже не сдвинулся с места. Он смотрел на меня спокойно и серьёзно. — Пришёл поговорить. Если позволите.

— О чём нам с тобой говорить? О том, как ты украл у меня невесту? — я вскочил на ноги, грязный, мокрый, жалкий.

— Я ничего у тебя не крал, Генри, — он сделал шаг вперёд и, к моему удивлению, просто сел на траву рядом, не обращая внимания на сырость. — Садись. Не ори. Толку от крика никакого.

Его спокойствие отрезвляло. Я помедлил, но потом тоже опустился на траву, на некотором расстоянии от него.

— Я ничего не крал, — повторил Эрик. — Лилиан не вещь. Она сама сделала выбор. Как и ты когда-то сделал свой выбор в пользу Вивьен. Ты сам, шаг за шагом, терял её. Своими поступками. Своим безразличием. Своим ослеплением.

— Ты не понимаешь, — глухо сказал я, глядя на воду. — Я думал, что люблю… а меня просто использовали. Как тряпку.

— Понимаю, — он помолчал. — Моя первая любовь тоже закончилась не очень красиво. Я думал, мир рухнул. Но он не рухнул. Он просто показал мне, где я ошибался.

Я посмотрел на него. В его глазах не было насмешки. Только какая-то усталая мудрость.

— И что мне теперь делать? Куда идти?

— Жить дальше, — пожал плечами Эрик. — Другого выбора нет. Учиться на своих ошибках. Ты молод, здоров, у тебя есть титул и любящий отец, как бы вы ни ссорились. У тебя есть всё, чтобы начать сначала.

— Без неё? — вырвалось у меня.

— Именно без неё, — жёстко сказал Эрик. — Вивьен — это яд. Она пила твои силы, твою волю, твоё время. Она высасывала из тебя жизнь, а ты принимал это за любовь. Тебе повезло, что всё открылось сейчас, а