Скандальная блогерша для драконьего лорда - Лина Дорель

Мы засыпали так — в теплом коконе счастья, в комнате, освещенной догорающими свечами, в замке, который стал домом, в жизни, которую мы построили вопреки всему. Конечно же, впереди нас ждали проблемы, ссоры, трудности.

Но мы были вместе. И это делало все остальное неважным.

Глава 69

Я проснулась от того, что кто-то медленно целовал мою шею, прокладывая путь от ключицы к мочке уха. Солнечные лучи пробивались сквозь высокие окна восточной башни, заливая комнату мягким золотистым светом, и я на секунду забыла, где нахожусь, пока не почувствовала теплое тело рядом и руку, обнимающую меня за талию.

— Доброе утро, жена, — прошептал Элиан мне на ухо.

— Доброе утро, муж, — ответила я, поворачиваясь к нему лицом и обнаруживая, что мой обычно безупречно причесанный дракон выглядит совершенно растрепанным — волосы торчат в разные стороны, на шее красуется несколько весьма красноречивых отметин, а в глазах плещется счастье.

Боже, я действительно вышла замуж за дракона. За дракона, который еще совсем недавно впадал в панику от вида моих разбросанных туфель, а теперь лежит в постели с смятыми простынями, и это его абсолютно не беспокоит.

— Ты улыбаешься, — заметил он, проводя пальцем по моей щеке. — О чем думаешь?

— О том, что ты лежишь на мятых простынях и не пытаешься их разгладить, — призналась я. — Это прогресс.

Элиан опустил взгляд на постель — действительно, белоснежное постельное белье представляло собой живописный хаос из скомканных складок, сбившихся подушек и одеяла, которое наполовину валялось на полу — и усмехнулся.

— Знаешь, что я понял прошлой ночью? — спросил он, снова притягивая меня ближе, так что моя голова оказалась у него на груди, и я слышала ровное биение его сердца. — Я понял, что могу контролировать себя. Что я могу выбирать, когда мне важен порядок, а когда... — его рука скользнула вниз по моей спине, — когда есть более важные вещи.

— Более важные, чем идеально заправленная постель? — поддразнила я.

— Это ты, — просто ответил он. — Ты научила меня, что жизнь не должна быть идеальной, чтобы быть прекрасной.

— Ты становишься невыносимо романтичным, дракоша, — пробормотала я, пряча лицо у него на груди, чтобы он не видел предательского румянца на моих щеках.

— Тебе нравится? — в его голосе прозвучало столько самодовольства, что я не удержалась и слегка укусила его за плечо.

— Замолчи и поцелуй меня, — потребовала я, и он с радостью подчинился.

Мы провели в постели еще добрых полчаса, просто лежа в объятиях друг друга, переговариваясь о всякой ерунде — о том, как вчерашний пир удался лучше, чем мы ожидали, о том, что Марта наверняка уже приготовила завтрак, а мы все еще валяемся в постели, как безответственные новобрачные.

— Нам нужно вставать, — наконец вздохнул Элиан, явно не желая этого делать. — Сегодня первый день нашей совместной жизни как официальных супругов, и у нас есть обязанности.

— Обязанности могут подождать, — заявила я, перекидывая ногу через его бедро и устраиваясь удобнее. — Мы молодожены. Нам положено валяться в постели минимум три дня.

— Вика... — начал он, но я заткнула его поцелуем.

— Еще час, — выторговала я. — Один час, а потом я обещаю быть образцовой женой лорда и все такое прочее.

Элиан мягко рассмеялся, и этот звук отозвался где-то глубоко внутри меня теплом и счастьем, которое я даже не знала, что способна испытывать.

— Хорошо, — согласился он. — Один час. Но потом мы действительно должны встать, потому что я обещал крестьянам из Старой Ольхи помочь с новой системой орошения, а ты хотела поговорить с Иви о новой коллекции платьев для твоих эфиров.

— Ты запомнил, — удивилась я.

— Я запоминаю все, что ты говоришь, — ответил он серьезно. — Даже когда ты думаешь, что я не слушаю.

Вот опять. Опять эти слова, от которых становится тепло и страшно одновременно, потому что я никогда раньше не была так близка с кем-то, не позволяла никому знать меня настолько, не давала никому власти ранить меня. А Элиан... он мог. Он мог разбить меня вдребезги одним неосторожным словом, и это пугало до дрожи в коленях.

Но он не стал бы. Я знала это совершенно точно. Мой странный, помешанный на порядке дракон скорее разорвал бы себя на части, чем причинил мне боль.

— Ты слишком хорош для меня, — прошептала я, не думая, и тут же прикусила язык, понимая, что сказала это вслух.

Элиан приподнялся на локте, глядя на меня с нежностью.

— Вика, ты спасла меня, — сказал он просто. — Ты ворвалась в мою жизнь как ураган, разрушила все мои стены, заставила меня снова почувствовать, снова жить. Ты вернула мне жизнь, которую я считал потерянной навсегда. Как ты можешь думать, что ты недостаточно хороша?

— Потому что я использовала тебя, — призналась я тихо, и слова вырвались прежде, чем я успела их остановить. — В начале. Когда я только приехала сюда. Я использовала тебя для своих эфиров, для внимания, для того, чтобы снова почувствовать себя важной. Я была эгоистичной стервой...

— Была, — согласился он, и я моргнула от неожиданности. — Но потом изменилась. Ты стала другой. Ты выбрала меня, даже когда это означало отказаться от легкой славы с Вальтером. Ты рисковала всем, чтобы защитить меня и долину. Ты... — он помолчал, подбирая слова, — ты стала лучшей версией себя. И я люблю обе эти версии — ту, прежнюю, колючую и циничную, которая не давала мне спуску, и эту, нынешнюю, которая позволяет себе быть уязвимой.

Я не смогла сдержать слез — они потекли сами, предательски и неудержимо, и Элиан бережно вытирал их большими пальцами, целуя мой лоб, щеки, губы.

— Я люблю тебя, — прошептала я сквозь слезы. — Я так сильно люблю тебя, что это пугает меня.

— Я тоже тебя люблю, — ответил он. — И я обещаю, что сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела о том, что осталась здесь, со мной.

Когда мы наконец выбрались из постели — намного позже обещанного часа, если честно, — солнце уже поднялось высоко. Элиан, проявив чудеса самоконтроля, не стал немедленно заправлять постель, а просто накинул на себя легкий халат и направился к окну.

— Хочешь полетать? — спросил он внезапно, оборачиваясь ко мне с улыбкой.

— Полетать? — переспросила я, натягивая простое, удобное, темно-синее платье с серебряной вышивкой по подолу. — Ты имеешь в виду... на драконе? На тебе-драконе?

— Именно это я и имею в виду, — кивнул