Наследница замка Ла Фер - Юстина Южная
Но вот наконец настал тот самый день.
— Едут-едут! — послышались вдалеке крики Ноэля, и мы с сестрой, Рене и тетушкой Флоранс, переглянувшись, приготовились встречать охотничью делегацию.
27.3
В прочитанных мной исторических книгах королевские выезды на охоту описывались, как целые процессии из карет и множества повозок, заполненных провизией, необходимым снаряжением, палатками и мебелью. Если монарх и его приближенные охотились с проживанием в полевых условиях, а не останавливались в шато, то условия эти, благодаря слугам, резко превращались в неполевые: для высшей знати разбивали роскошные шатры из парчи, устланные коврами и уставленные удобной складной мебелью. Отдельный шатер отводился под спальню короля, где он возлежал на своей походной кровати с балдахином.
С Франциском могли ехать три-четыре сотни человек свиты, включая врачей, музыкантов и даже личного астролога. Караван подвод дополнялся десятками, а то и сотнями гончих собак и лошадей; арбалеты и кинжалы (а позднее и аркебузы) охотников были украшены золотой инкрустацией, охотничьи рога — окованы серебром. Вечером после трудного дня аристократы развлекали себя музыкой, поэзией, шахматами и картами, попивая при этом вино из золотых кубков.
Одевались для охоты не менее шикарно, чем для бала. Обычно выбирали одежду гербовых цветов, порой с нашитыми на ней родовыми эмблемами. Бархат, меха, великолепно выделанная кожа — все это было не только красивым, но и практичным. Шоссы из оленьей кожи защищали от веток, отстегивающиеся рукава были удобны при верховой езде, а дамы, тоже выезжавшие на лошадях, порой надевали жилет с вшитым китовым усом для поддержки спины.
В общем, на охоте — как на параде.
К нашему огромному счастью, король нынче путешествовал инкогнито, а основная цель поездки герцога де Монморанси лежала совсем в других сферах, так что нас ждала практически камерная охота. Всего-то с парой десятков придворных, дюжиной гончих и минимумом пафоса. Кровать, впрочем, Франциск таки привез с собой. И не могу его за это осуждать: даже ее походный вариант был роскошнее, чем то, что мы могли предложить монарху в Ла Фер.
Едва появившись в замке, его величество, конечно, осиял его своим королевским светом. Всё теперь вертелось вокруг него, а наши слуги старались не попадаться под ноги личным камердинерам Франциска и герцога де Монморанси.
Честно говоря, мы с Каролиной тоже пытались особо не отсвечивать, прикрываясь графиней де Шайи, которая с достоинством приняла весь светский удар на себя. Но, как мы уже прекрасно знали, она вовсе не тяготилась этими обязанностями.
Для меня же чуть ли не единственная радость от этого посещения состояла в том, что вместе с герцогом приехал и Анри. Правда, в силу понятных обстоятельств, много общаться у нас с доктором не получалось, но все равно это было лучше, чем ничего.
Разумеется, шато Ла Фер ничем не смогло впечатлить его величество, зато сидродельня привела его в полный восторг, он даже собственными монаршьими ручками понажимал на рычаг пресса и выдавил нам немного сока для будущего сидра.
— Мадемуазель, проследите, чтобы именно эта партия яблочного вина украсила мой стол зимой, — обратился ко мне Франциск, сияя от собственных производственных подвигов.
— Разумеется, государь, — с улыбкой поклонилась я.
До этого я успела несколько раз вежливо пресечь попытки придворных разузнать подробности нашего сидрового процесса, так что должна была хоть как-то вознаградить его величество за собственную неуступчивость. Неуступчивость в деловом отношении, я имею в виду. В личном — Франциск, слава Богу, ничего от меня не просил. Видимо, госпожа де Пислё занимала все его мысли, даже когда он находился вдали от нее.
А на следующий день после экскурсии на сидродельню стартовала охота. Король, герцог, их приближенные, а также егеря и прочие слуги — все устремились в лес. Отправились туда и мы с шевалье: он — как врач его светлости, а я в качестве представителя от графства. Навыки верховой езды к этому времени я существенно подтянула, да и присвоенную после зимних событий «амазонку» не потеряла, так что в целом чувствовала себя довольно комфортно.
Изрядно волнующегося Ноэля вместе с прыгающим от нетерпения Матисом мы тоже взяли с собой, но строго-настрого запретили отходить от старого зверолова Корина, отказавшегося пропустить такое великое событие, как почти королевская охота. «Почти» — потому что короля официально здесь как бы не было — просто с герцогом приехал некий богатый вельможа. Но на деле все, естественно, понимали, кто это такой. Сложно было не признать монарха в величественном гиганте, восседающем на угольно-черном неаполитанском коне.
Первый день прошел несколько сумбурно, но принес охотникам много разнообразной добычи. Здесь не ограничивались каким-то одним видом ловли, в ход шло все: и загон зверей гончими, и пальба из арбалетов по уткам и гусям, и сети на мелкую дичь. Так что к вечеру замковая кухня существенно пополнила свои запасы. Более того, король лично добыл оленя, загнанного сворой псов, в которой нашлось место и нашему Матису.
Оленя мне было жалко, но, увы, реалии этого мира не позволяли пройтись до магазина и закупиться мясом в аккуратной упаковке, тут все происходило гораздо грубее. Ну, или честнее. Как посмотреть.
Однако Ноэль и Матис удостоились у меня самых искренних похвал, ведь они их полностью заслужили. Даже его светлость одобрительно отозвался о подготовке пса и дал понять, что ничуть не жалеет о своем щедром подарке, раз уж нам удалось так хорошо воспитать гончую порселен.
На вторые сутки пошел дождь и затруднил весь охотничий процесс, так что король вернулся в замок без крупной дичи, лишь с несколькими гусями, которых как раз было удобнее стрелять в морось. Зато третий день снова порадовал светлым небом и сообщением егерей о присмотренном ими в чаще здоровенном кабане. Полный энтузиазма Франциск отправился в лес, едва рассвело, а следом за ним поскакали и все мы.
Поначалу
