Тайна надгробия (ЛП) - Шоуолтер Джена

— Ваше кровяное давление сто двадцать девять на восемьдесят. — Её бесстрастный тон вернулся.

— Это, э-э, плохо или как?

— Оно немного повышено. — Она повесила прибор на место и ввела результаты Джейн в планшет для заметок. — Скорее всего, из-за стресса.

— Да, скорее всего. — Джейн не собиралась отступать от темы. — Бедный доктор Хотчкинс. Из-за него мой стресс так высок. Я просто не могу перестать думать о нём. — Чистая правда.

Показалось ли ей, что Эмма вздрогнула?

— Его очень не хватает, — ещё более безэмоциональный голос. — Для следующего теста мне нужна тишина, хорошо? — Она направила термометр на лоб Джейн.

Тишина? Для термометра? Очевидная ложь.

— Жара нет, — констатировала Эмма. — Так что привело вас сюда сегодня?

Убийство. Если медсестра решила, что ей удалось сменить тему, то она глубоко ошибалась.

— Я здесь из-за доктора Хотчкинса. Ну, знаете, из-за моего стресса. Вся эта неразбериха. Именно я обнаружила его тело, — да, это было идеальное оправдание. Оно имело под собой реальную основу и оставляло простор для дальнейших вопросов. — Моё сердце иногда учащённо бьётся, — всякий раз, когда приближался определённый спецагент. — Я не могу уснуть, — мечтая о том же особенном агенте. — И у меня бабочки в животе.

На этот раз Эмма точно вздрогнула.

— Я слышала о вашем участии в этом деле, — сделав ещё несколько пометок в своём устройстве, она направилась к выходу. — Ассистент скоро зайдёт. — С этими словами она вышла, оставив Джейн в комнате одну, без возможности задать следующий вопрос.

Её внезапная резкость оказалась неожиданной. Что ж, это определённо вызывало подозрения. Джейн открыла свой блокнот, чтобы нарисовать звёздочки вокруг имени Эммы.

Поскольку делать ей было нечего, кроме как ждать, она осмотрела типовой медицинский кабинет, отмечая другие детали: стандартный смотровой стол с бумажным покрытием, ряд стеклянных контейнеров с ватными шариками, длинными ватными палочками и шпателями для языка. На стене висел контейнер для утилизации игл, представляющих собой биологически опасные отходы. Джейн содрогнулась и отвела взгляд.

Тут и там на стенах висели медицинские плакаты с перечислением симптомов различных заболеваний. Она внимательно изучила висевшие на стене сертификаты: диплом ассистента врача на имя Кэролайн Уиттингтон в рамке, а также различные награды.

Раздался короткий стук, и в кабинет вошла Кэролайн, попутно заглядывая в тот же планшет, которым пользовалась Эмма. Дверь за ней закрылась.

Она вымыла руки у раковины и обернулась:

— Здравствуйте, мисс Лэдлинг, — её формальный тон казался странным, учитывая проявленные ею по телефону эмоции. Что изменилось? Помощница врача, на вид лет тридцати с небольшим, имела рыжие волосы и бледную, покрытую веснушками кожу. В отличие от Эммы, она была одета в простую синюю униформу. Смотря прямо и непоколебимо, она коротко улыбнулась Джейн. — Приятно увидеть вас вживую. В вашей карточке указано, что вы расстроены из-за обнаружения тела доктора Хотчкинса, но я должна быть с вами честна. Вы не производили впечатление расстроенного человека во время нашего телефонного разговора.

«Она подозревает меня во лжи, потому что умеет безошибочно отличать правду от лжи, или потому что сама нечиста на руку?»

— Каждый переживает горе по-своему, — это было сказано искренне.

— Что ж, вы правы. — Лицо женщины осунулось, плечи поникли, словно у неё не осталось сил скрывать свои эмоции ещё хоть мгновение. Она помассировала виски. — Простите. Просто выдался тяжёлый день.

— О, эм, конечно. Разумеется. — Резкая перемена. Слишком резкая?

— Должно быть, это было ужасно для вас, — вздохнув, произнесла Кэролайн и протянула руку, чтобы похлопать Джейн по плечу.

Это было слишком понимающе и сочувственно или в пределах нормы? Джейн уже ничего не понимала.

— Действительно, было тяжело, — искренне ответила она. Все эти машины на её подъездной дорожке, некоторые даже на газоне; грубые ботинки, что топтались повсюду.

Ассистентка врача присела на табурет рядом со смотровым столом, и её выражение лица стало намного мягче.

— Скажите, Джейн, чем я могу вам помочь? У вас проблемы со сном?

— Да! — Ох. Она не собиралась отвечать так громко, но, как уже упоминалось, прошлой ночью она только ворочалась, погружённая в мысли о Конраде. Он был одинок, но заинтересовала ли его Джейн? Хотела ли она этого? Это проклятье… — Наверное, мне не следовало сюда приходить. — Агент Райан согласился бы с этим утверждением. — Я имею в виду, вы ведь знаете — знали — и любили доктора Хотчкинса. Все в клинике, должно быть, расстроены так же, как и я. Даже больше.

Позвольте продолжить расследование!

— Во-первых, Джейн, вы всегда должны обращаться за помощью, если она вам нужна. Никогда не стесняйтесь. Во-вторых, да, доктора Хотчкинса, безусловно, не хватает. — В голосе Кэролайн прозвучала лёгкая грусть. — Он был замечательным человеком и часто безвозмездно работал в городской больнице.

— Ох, как жаль. — Джейн ненадолго задумалась, прежде чем добавить: — Вы случайно не знаете название этого учреждения? Я хочу сделать пожертвование в память о докторе Хотчкинсе. — Не помешало бы и зайти туда, выразить свои соболезнования. Поговорить тоже лишним не будет, правда?

— Прошу прощения, я точно не помню, — часто моргая, ответила Кэролайн. — Но я обязательно выясню.

— Ничего страшного, — улыбнулась Джейн, не желая утруждать женщину лишней работой. Она взяла на заметку, что стоит самой поискать информацию позже. Это помогло бы ей отточить свои навыки.

Кэролайн похлопала её по руке и вздохнула:

— Я выпишу вам кое-что, чтобы помочь уснуть, и дам направление к знакомому мне психотерапевту, специализирующемуся на подобных травмах. А теперь, — она указала на руку Джейн, — давайте поговорим об этом порезе.

О царапине, которую та получила сегодня утром, работая в саду?

— Это? Пустяки. Я постоянно царапаюсь, работая на кладбище. — Будучи единственным сотрудником, Джейн сама занималась и садом, и ремонтом.

— Постоянно царапаетесь, но при этом у вас просрочена прививка от столбняка. Мне бы не хотелось потом лечить вас от бактериальных токсинов[17]. Пока я отправляю ваш рецепт в аптеку и оформляю направление, медсестра Эмма сделает вам укол.

Что?

— Нет! Никаких игл! Я в порядке. Честно. Лучше, чем в порядке. Правда! Я всё выдумала. Я совсем не расстроена из-за найденного трупа. — Нервный смешок. — Я уже забыла об этом.

— Не волнуйтесь, — Кэролайн снова похлопала Джейн по руке, — скоро вам станет лучше.

***

Бурча себе под нос, Джейн вышла из клиники и тут же врезалась в ворчащего доктора Гарсию. Они отшатнулись друг от друга, внезапно замолчав. Доктор распахнул глаза от удивления, а затем отвёл взгляд.

— Что вы здесь делаете? — прорычал он. Это был невысокий, полный мужчина с тёмной кожей и ещё более тёмными глазами. — Вам не следует здесь находиться.

— Ох. — Джейн не поняла, имел ли в виду, что никому из пациентов не следует здесь быть, или это относилось конкретно к ней? — Я перезаписалась к ассистенту врача.

Разве ему никто не сказал? Странно.

Ладно. Она могла проанализировать нюансы этого разговора позже, а пока воспользовалась представившейся возможностью.

— Кстати! Раз уж мы встретились, хочу выразить свои соболезнования в связи с вашей утратой, а также предложить помощь в разгадке тайны символа геральдической лилии и в возмездии за осквернение вашей собственности. — Мысли рождались и слетали с её губ раньше, чем она успевала их обдумать. — Кто-нибудь когда-нибудь обращался к вам или доктору Хотчкинсу с симптомами, я не знаю, «локтя художника»[18]? Такое ведь бывает, да? А может когда-то у вас был пациент, на котором была крошечная капелька неоново-синей краски?