Потеряшки (не) от генерального - Катерина Олинская

— Что? — истерично хихикаю. — Так ты приехал удостовериться, что я не буду ни на что претендовать? Какая же ты сволочь, Бирюков! И что значит, все деньги я спустила в клиниках? Мы оба хотели ребенка. Никто не виноват, что у нас не получалось. А теперь ты винишь меня?

— Слушай, Юль, давай без истерик, а?

— Без истерик? Ты меня попрекаешь за деньги на обследования и процедуру, а сам покупаешь любовнице подарки с несколькими нулями в чеке.

— Это мое личное дело, куда тратить свои деньги.

— Денис, ладно я. Но ты забыл, что у тебя есть ребенок?

— Да, еще об этом. Хотел попросить тебя не подавать на алименты. Я сам буду переводить тебе каждый месяц. Я не собираюсь обеспечивать тебя по полной. А дочери хватит и небольшой суммы.

— Ты серьезно? — смотрю на того, кого еще недавно любила. Думала, что любила. — Ты думаешь, на детей нужно мало денег? Она растет, ей нужны новые вещи чуть ли не каждый месяц. И она ребенок, Денис! Ей хочется иногда хоть какую-нибудь игрушку или конфетку. А если заболеет…

— Она же с тобой остается. Поэтому ты сама должна обеспечивать ребенка ровно на половину.

— Боже, я не верю, что ты до такой степени козел. И как я раньше этого не видела, — со злостью выплевываю. — Знаешь что, Денис. Нам от тебя ничего не нужно. Катись к своей в прямом смысле дорогой девушке. Не забудь только на развод приехать!

Глава 10

Переборов желание двинуть мужу по морде, ухожу за ограждение детской площадки. И как только машина Дениса скрывается за поворотом, я не выдерживаю. По моим щекам текут слезы, которые я стараюсь быстро смахивать. Не хочу, чтобы дочка видела, что я расстроена.

Но в моей голове до сих пор не укладывается отношение Дениса к своей дочери. Как? Ну вот как он может так поступать? Почему какая-то чужая девушка достойна получать от него дорогие подарки, а родная дочь ограничена во всем? Где справедливость?

Но унижаться я больше перед ним не буду. Мы сами справимся, даже если будет сложно. Я просто обязана взять себя в руки.

— Малышка, ты наигралась? Пойдем кексики печь, — улыбаюсь дочери. Она не должна чувствовать, что у нас сложные времена в семье. Не хочу портить ее ранимую детскую психику.

— Да, — бежит она мне навстречу. — А кексики шоколадные будут, или с клубничным вареньем?

— Какие захочешь, такие и будут. Можно и с шоколадом, и с вареньем испечь.

Весь вечер мы проводим за совместным кулинарным творчеством. Иришка ни разу не спросила про папу. Но я даже рада этому. Нам обеим будет легче, если оборвать эту связь сразу.

Работа в офисе становится неотъемлемой частью моей жизни и протекает довольно спокойно. Я занимаюсь мелкими отчетами и контактирую в основном только со старшим бухгалтером. Больше в кабинет к генеральному меня не вызывали. Но я мельком вижу Арховского в офисе, когда он торопится на очередное совещание. Все время серьезный и деловой. Прямо-таки скала, а не мужчина.

А еще, судя по все тем же слухам сотрудниц холдинга, он заключил новый договор с партнерами из ближнего зарубежья. Поэтому скоро работы станет еще больше. В общем мне все нравится.

Но окончания сегодняшнего дня я жду больше, чем когда-либо. Светлана Леонидовна делает расчет по зарплатам. А значит, я получу полноценную зарплату. И когда мне на телефон приходит банковское уведомление, я чуть не подпрыгиваю в своем рабочем кресле. Наконец-то я смогу купить Ришке ту куклу, о которой она так давно мечтает.

— Сколько? — не веря, пялюсь на пришедшую сумму в мобильном банке.

— Ты что, Юль, первый раз такие деньги видишь? — хихикают мои напарницы.

Я хоть и раньше получала нормально, но совершенно не ожидала, что моя нынешняя зарплата будет втрое больше.

— Это еще надбавок не было. Но в этом месяце, будет аврал ближе к отчетному периоду. Так что, я уже приглядела себе новые дизайнерские туфли, — все болтает Вика. — А еще духи в полноразмерке. Кайф.

После работы я на крыльях радости бегу не на шопинг, как мои коллеги, а в магазин детских игрушек. Предвкушаю увидеть радостный и восторженный взгляд Иришки, когда она получит подарок.

Протискиваюсь между узкими рядами с плюшевыми медведями, пластиковыми кухоньками и танками к заветным куклам, но натыкаюсь на широкую спину мужчины. Нам не разойтись здесь. И чего он тут встал, как истукан? Определиться не может?

— Извините, вы долго еще выбирать будете? — прошу мужчину пропустить меня.

Он оборачивается и его темная бровь удивленно приподнимается.

— Ой, простите, Стефан Дмитриевич. Не ожидала столкнуться с вами здесь, — смотрю на него снизу вверх. Он так комично смотрится в своем строгом костюме среди этих безделушек, что я невольно улыбаюсь.

— Отчего же? Это самый крупный магазин игрушек. А у меня тоже есть ребенок, которого хочется побаловать, — заявляет с полной серьезностью и пропускает меня к нужному стеллажу.

Я вижу заветную куклу, но она стоит на самой верхней полке. Оборачиваюсь в поисках консультанта, но никого нет в поле видимости, кроме Арховского.

— Извините, Стефан Дмитриевич. Не могли бы вы помочь достать вот эту куклу? — тычу на яркую коробку на самом верху.

Отчего-то уголки губ босса дергаются вверх. Ему что, смешно от того, что я маленького роста? Как некрасиво усмехаться над природными данными.

— Моя дочь очень хочет именно эту, — развожу руками, показывая, что не собираюсь сдаваться заполучить заветную куклу.

— Сколько ей лет? — вдруг интересуется он.

— Недавно исполнилось три. А вашей? — зачем-то спрашиваю и о его ребенке.

— Моей тоже три, — на секунду задумавшись, Арховский протягивает руку и достает сразу две коробки.

Я радостно забираю у него из рук одну из них и любуюсь блестящими волосами и теми самыми розовыми туфельками на игрушечной девочке. Иришка будет в восторге.

Не теряя времени, иду на кассу. Но рядом с моей коробкой Арховский ставит свою и протягивает кассиру карту.

— За обе?

— Да.

Не успеваю я среагировать на короткий диалог босса и кассира, как Арховский уже подает мне одну из коробок и подталкивает к выходу.

— Зачем вы оплатили обе? — растерянно спрашиваю, выйдя из магазина.

— Мелочь, вы помогли мне определиться, — отвечает он, а мне неловко. Ведь игрушка не такая уж и дешевая, чтобы вот так платить за нее.

— Не стоило. Я переведу вам деньги, скажите только куда, — спешно достаю из сумочки телефон.

— Юлия, для меня